Ночь в Шотландии - Карен Хокинс

— Тогда почему кто-то так отчаянно хочет забрать его?

— Не знаю. — Ангус отодвинул тарелку, задумавшись. — Если бы только мы могли расшифровать иероглифы. Я знаю, что Янг и еще несколько человек бьются над этой загадкой, но мы должны найти способ раскрыть код. — Он добавил кофе в свою чашку. — Сегодня днем продолжим изучать ларец. Может, мы что-то упустили.

— Ты хотел сказать, что ты будешь исследовать его дальше, — криво улыбнулся Нисон. — Когда я получаю на исследование артефакт, я всегда натыкаюсь на глухие стены и уже обнаруженные факты. У вас с Херстом, похоже, есть способность находить действительно ценные предметы и распознавать их одним только взглядом.

— Ты тоже разовьешь в себе эту способность, если продолжишь учиться.

— Я учился, — вздохнул Нисон, — не помогло. Но сейчас важно не это, сейчас важна эта женщина. Если она появилась здесь, чтобы украсть артефакт, как написал нам в письме Херст, тогда он действительно может быть в беде.

— Возможно. Но он вполне способен сам за себя постоять, в какой бы ловушке он ни оказался. — Ангус вытер губы и откинулся на спинку стула. — Но все равно, я был бы рад получить от него весточку и знать, что у него все хорошо.

— Я тоже, — кивнул Нисон и забарабанил пальцами по столу. — Ангус, а что ты станешь делать, если мисс Херст на самом деле мисс Херст?

— Это маловероятно.

— Откуда ты знаешь?

— Есть нюансы. Взять, к примеру, ее руки. Они не такие грубые, как у прачки, но и на руки леди не похожи, — мрачно улыбнулся Ангус. — Какой бы ни была причина ее появления здесь, я ее узнаю. Больше всего на свете я обожаю настоящие тайны.

— Только будь осторожен, Ангус. Она напоминает мне… кое-кого.

Ангус промолчал.

— Меня поразило ее сходство, как только она вошла в библиотеку. Только не говори мне, что ты этого не заметил.

— Есть что-то похожее в глазах, и только, — коротко отрезал Ангус.

— Да ты что! У нее почти такой же цвет волос, и рот… — Нисон широко раскинул руки. — Ангус, я не хочу, чтобы ты упустил из виду главное. Кира была так прекрасна, — тихо добавил он, помолчав немного. — Иногда кажется, будто она и не покидала нас. Мне кажется, я слышу ее смех, он повторяется эхом в этих комнатах. А ночью мне снится пожар. Пламя. Я все еще вижу…

— Стоп, — хрипло сказал Ангус. Он вдруг понял, что так сильно сжимает чашку с кофе, что та дрожит в руках. Он немного расслабил пальцы. — Я просил тебя не говорить о той ночи.

— Я… я только… Прости. Не собирался затрагивать эту болезненную тему. Я просто не хочу, чтобы ты страдал так, как уже было однажды. И сходство Мэри с Кирой… — Нисон протер глаза, словно смахивал упавшую ресницу. — Этой женщины здесь не должно быть. Когда ты будешь видеть ее, ты будешь вспоминать… И никому из нас это не поможет.

— Она заперта в своей комнате. Маловероятно, что я вообще увижу ее.

— Но ты ведь собираешься и дальше допрашивать ее, разве нет?

Ангус молчал.

— Ангус, — Нисон подвинулся ближе, — позволь мне поговорить с ней. Я могу оградить тебя от этого.

— Я не нуждаюсь в защите, — фыркнул граф. И хотя он был обязан Нисону за поддержку в трудную минуту после смерти Киры, такая опека ему не требовалась. — Я не боюсь этой женщины.

— А, наверное, следовало бы, — покраснел Нисон.

— Чепуха. Она — не Кира. И вряд ли я это забуду. — Ангус бросил салфетку на стол и встал. — Давай уединимся в моем кабинете и рассмотрим артефакт Херста. Я говорил, возможно, мы что-то упустили.

— Ладно, — вздохнул Нисон.

Через полчаса Ангус откинулся на спинку стула:

— Интересно.

— Я просто не понимаю, — нахмурился Нисон, — Простой длинный, но узкий ларец из оникса, чуть-чуть гравированный золотом. В нем нет ничего необычного. — Он с хмурым видом опять посмотрел на ларец. — Может, дело в золоте?

— Когда-то, возможно, так и было, но не теперь. Его сталось здесь совсем мало.

— Тогда, может, он удивительно древний?

— Ларец довольно старый, но… Нет. Дело не в этом, рискну предположить, что он времен Рамзеса II, но мне необходимо исследовать его подробнее.

Нисон подался вперед, чтобы посмотреть на ларец, который стоял в центре стола Ангуса на большом листе белой промокательной бумаги. Шторы в кабинете были раздвинуты, чтобы лучше проникал дневной свет.

— Почему у него такая странная форма: узкая и длинная?

— Скорее всего он предназначался для хранения папируса.

— Просто свитка? — разочарованно уточнил Нисон. — Значит, он не предназначался для хранения сокровищ.

— Нисон, чистый, неповрежденный папирус — и есть сокровище. У нас есть несколько хорошо сохранившихся для прочтения.

— Да я знаю, просто… — Нисон пожал плечами, немного поморщившись. — У меня нет твоей любви к научной работе ради научной работы.

— Есть много людей, которые называют себя египтологами, но их интересует только золото. У них нет почтения к предметам, которые они находят, они часто бросают их или ломают. — Ангус с презрением относился к таким людям. — Херст, наверное, решил, что этот артефакт представляет огромную важность. Если он в это поверил, то и я тоже верю. Просто я должен найти то, что он в нем увидел.

— Ты открывал ларец?

— Да, там с краю есть защелка.

Нисон внимательно осмотрел ларец, потом наклонился и коснулся пальцем защелки. Ларец открылся без единого звука.

— Как ты и говорил, пусто, — заглянув внутрь, подвел итог Нисон.

Ангус откинулся на спинку стула и поскреб подбородок, пытаясь представить, где еще можно было использовать ларец, кроме как для хранения папируса. Он был почти семь дюймов в длину, всего два дюйма в высоту и два дюйма в ширину. Каждую из сторон украшали иероглифы.

— Здесь так много значков, — указал на надписи Нисон.

— Я пытался разобрать иероглифы, но они слишком сложные. — Ангус взял небольшой кусочек бархата, чтобы, не касаться ларца пальцами, приподнял его и передал Нисону, который с благоговением принял артефакт.

— Как бы там ни было, но он прекрасен, — отметил Нисон, передавая его назад. — Уверен, Британский музей заплатит за него хорошие деньги, — не скрывая волнения в голосе, продолжал он. — Я должен написать…

— Нет. — Ангус поставил ларец на бумагу. — Это не для продажи. — Он выдвинул ящик стола, достал увеличительное стекло и стал рассматривать надпись. — Или иначе, этот предмет особенный. Херст не сказал, где купил его, но у меня такое впечатление, будто из-за этого он и волнуется. Интересно, знает ли наша гостья, где произошла покупка. Это могло бы стать полезной информацией.

— Значит, ты опять собираешься говорить с ней.