Нечаянная любовь - Хелен Брукс

Рии понадобилось все ее мужество, чтобы пересечь комнату и выйти к Димитриосу на балкон. Она была уверена, что выражение его лица будет презрительным и победоносным, но когда она с высоко поднятой головой и горящим лицом раздвинула занавески, то вдруг перехватила столь необычный для него – полный замешательства – взгляд. Димитриос быстро отвернулся. – Извини, – пробормотал он. – Это не было запланировано…

– Я не верю тебе, – сказала они срывающимся от боли голосом.

Подумать только, всего пару минут назад она чуть не отдалась этому грубому, жестокому человеку, который ненавидит ее всей душой! Да она, наверное, сошла с ума! Она не узнавала себя и опасалась, что стоит ему до нее дотронуться, как все повторится сначала.

– А что, ты думаешь, это было? – Он проницательно на нее посмотрел. Какая-никакая месть за твою ложь.

– Рия зашлась краской, выдав себя с головой.

– Он нетерпеливо махнул рукой.

– Мне остается только сожалеть о том, что ты так плохо обо мне думаешь. Но, как бы тебе это ни показалось странным, сегодня я хотел познакомиться с тобой поближе. Теперь-то я понимаю, что все это бессмысленно, – горько сказал он. – Что касается Поппи, тут у меня нет выбора, придется принимать ее в свою семью, и я подумал, что, если мы расстанемся, не совсем разругавшись, нам будет легче в будущем. А это… – он кивнул в сторону спальни, – было злосчастной ошибкой.

Рия судорожно сглотнула. Ошибка, просто ошибка! Она ненавидела его. – Мне все это представляется в другом свете, – сказала она с болью в голосе.

– Черт побери! Ставки были не столь уж велики. Ничего не произошло. У тебя наверняка были сценки и погорячее.

Он словно чего-то ждал от нее с потухшим взглядом, но чего, она никак не могла понять.

– Так уж получилось, что со мной такое происходит впервые.

Эти слова дались ей с трудом. Его черные брови удивленно взметнулись вверх, и ей показалось, что он просто играет с ней в какую-то только ему известную игру.

– Ты хочешь сказать, что дожила до двадцати одного года – а ведь тебе двадцать один, хоть это правда? – (Она кивнула.) – Так значит, ты дожила до двадцати одного года, – продолжал он насмешливо, – сохранив все это очарование под покрывалом? Я не могу в это поверить.

– Мне все равно, веришь ты или нет, – с трудом выдавила она. – Я не обязана перед тобой оправдываться. Ты для меня – пустое место.

Она хотела сделать ему больно, чтобы увидеть хоть какой-то проблеск чувства на этом холодном, насмешливом лице, и когда смысл ее слов дошел до него, в глазах у него загорелись злые огоньки.

– Мне кажется, что чем быстрее ты уедешь, тем лучше будет и для тебя, и для меня, – сказал он с непроницаемым лицом. – Ты и так прошлась по нашим жизням, как ураган. Незачем… – Он оборвал себя на полуслове, увидев муку в ее мягких серых глазах. И выругался, шепотом, но от души. – Прекрати! – Димитриос взял ее за руки и слегка встряхнул: – Не смотри на меня так!

Он оттолкнул ее, будто она обжигала его, и выбежал из комнаты.

Рия стояла совершенно неподвижно, чувствуя, что уходит в небытие. Я больше этого не вынесу, горько подумала она. Он обращается со мной, как с игрушкой, подберет и бросит, где захочет. Надо уезжать.

Эта мысль не покидала ее все утро, длившееся целую вечность. После разговора с Димитриосом Никое и Поппи куда-то пропали, а Кристина дала Розе распоряжение не беспокоить ее. Димитриос тоже испарился, и она была ему за это чрезвычайно признательна. Ей было бы очень трудно посмотреть ему в лицо после того, что произошло за последние двадцать четыре часа. Прогулявшись в одиночестве по пыльной, раскаленной от солнца скале, она вернулась около полудня. Роза подала ей ленч в комнату, и, перекусив, Рия решила немного отдохнуть. Видимо, она уснула и проснулась от легкого стука в дверь. К ее удивлению, в углах уже собирались вечерние тени.

– Войдите.

Она села на кровати, моргая от света. Дверь мягко открылась, и в комнату нерешительно вошла Кристина.

– Прошу прощения, я разбудила вас, дорогая. – Рия почувствовала облегчение оттого, что сестра Димитриоса еще разговаривает с ней. Ее даже удивило дружеское расположение Кристины. – Я сама недавно встала, вчерашний день оказался для меня значительно труднее, чем можно было ожидать.

Рия вскочила и сжала в ладонях холодную руку Кристины.

– Пожалуйста, поверьте, я никому не хотела причинить зла, – с тревогой произнесла она, чувствуя, что должна убедить Кристину в своих добрых намерениях. – Я просто хотела помочь Поппи, а в тот момент ничего лучшего мне на ум не пришло. Я понимаю, вы это считаете совершеннейшей глупостью, но мне действительно казалось, что так я облегчу ее положение.

– Димитриос уже объяснил мне цель своего визита в Англию, – медленно сказала Кристина с явным неодобрением. – Я считаю, что, несмотря на добрые побуждения, всю эту кашу заварил именно он. Он меня удивляет. Он, видимо, набросился на вас, стреляя из всех пушек сразу, простите за выражение.

Рия расстроено кивнула, и Кристина с явным раздражением покачала головой.

– Временами мне кажется, что отец наш еще жив, – еле слышно произнесла она. – Вообще он не тяжелый человек, что бы вы о нем ни думали. Где-то там, в глубине души, все еще живет тот Димитриос, которого мы когда-то знали. Но он заперт очень глубоко.

Рия безутешно на нее посмотрела.

– К сожалению, не мне суждено открыть этот волшебный ларчик. – Глаза у нее заблестели. – Мне кажется, он меня просто ненавидит.

– Не верьте этому, – живо возразила Кристина. – А вам бы хотелось открыть тот ларчик?

Вопрос был неожиданным, но Рия ответила не задумываясь, от всего сердца, не сводя глаз с изборожденного морщинами лица Кристины.

– Больше всего на свете… Но только не говорите ему об этом! – Разволновавшись, она схватила Кристину за руку. – Умоляю вас, Кристина, обещайте мне, что вы ему ничего не скажете!

– Ну, Рия. – Кристина покачала головой, и тут вдруг стало видно, что виски у нее седые. – Почему вы так переполошились?

– Вы должны мне это обещать, – настаивала Рия.

– Обещаю, – с неохотой сказала Кристина, и на лице у нее было написано сожаление. – Вы еще такой ребенок, дорогая… Ваша кузина лучше приспособлена к жизни. Меня просто удивляет, что вы одного с ней возраста. Как бы то ни было, – она мягко сменила тему разговора, с пониманием и нежностью глядя на раскрасневшиеся щеки Рии, – сегодня утром у меня с Димитриосом был долгий разговор. Я не одобряю того, что произошло, но ничего не поделаешь. Мой сын и ваша кузина должны пожениться как можно быстрее, насколько я понимаю.

Рия смотрела на нее обескуражено. Она ожидала, что Кристина будет потрясена, возмущена, а та говорила так, будто подобное случалось с ними каждую неделю.