Каждый второй уик-энд - Эбигейл Джонсон

Мы с Эрикой ходили в одну школу с пятого класса, и она всегда была одной из лучших учениц. Я не беспокоился за ее активность в проекте, меня пугало то, что мой мозг перестанет функционировать, если я буду сидеть рядом с ней слишком долго.

– Я бы с удовольствием поработал с тобой, но мистер Коньер всегда сам назначает партнеров. Не думаю, что он поставит нас вместе.

Эрика пожевала клубнику и подняла указательный палец.

– Я уже обо всем позаботилась. Он всегда составляет пары из сидящих рядом друг с другом, так что, если ты не возражаешь сесть рядом со мной… – Эрика улыбнулась, потому что даже она знала, что возразить невозможно.

– Ради хорошей оценки, думаю, смогу потерпеть.

Эрика улыбнулась.

– Вот и отлично.

После уроков мне пришлось дожидаться Джереми на парковке. У меня не было ключа, чтобы отпереть машину, поэтому я простоял на холоде целых десять минут. Как только мы сели в машину и он завел мотор, я включил обогреватель на полную мощность.

– Мерзнешь, как маленькая девочка, – усмехнулся Джереми. – Это потому, что ты такой тощий.

– Не всем повезло с природным утеплителем вроде твоей жировой прослойки.

– Кое-кто слишком дерзок. – Джереми натянуто улыбнулся, но я ожидал удара по тормозам или резкого поворота, когда он выезжал с парковки. Чего-то такого, что могло бы тряхануть меня или заставить биться головой о стекло в ответ на оскорбление. Улыбка Джереми не предвещала ничего хорошего. – Это как-то связано с твоим свиданием за обедом?

Конечно, Джереми уже в курсе. Даже старшеклассники тащились от Эрики Портер.

Все парни из числа моих знакомых были наполовину влюблены в нее, а я так по уши – еще с тех пор, как в пятом классе она обскакала меня в диктанте по орфографии. Не то чтобы Джереми подтрунивал надо мной из-за того, что она умная, – я мог поспорить, что это больше связано с тем, как она выглядела в форме чирлидера. Это зрелище и меня не раз лишало дара речи.

Я попытался как можно скорее прекратить разговор.

– Я обедал с ней, потому что мы вместе работаем над заданием. – Я опустил ту часть, когда она на глазах у всех позвала меня к своему столику, а потом бросилась в мои объятия, получив от меня согласие стать ее партнером.

– Я слышал другое.

Я знал, что лучше не спрашивать, но ничего не мог с собой поделать.

– И что же ты слышал?

Ровно одну милю^[23] пути Джереми изображал застенчивость.

– Ты же знаешь, что она сейчас одна.

Этот соблазнительный слух дошел до меня только сегодня утром.

– И она, очевидно, рассталась со своим парнем, потому что ее интересует кто-то другой. – Джереми покачал головой. – Мой маленький братец и Эрика Портер. А я-то думал, у нее есть вкус.

Я ничего не ответил. Разговаривать с Джереми было непросто хоть о чем. А уж о девушках тем более. Мои нынешние отношения с Эрикой не выходили за рамки учебы, но, как я ни старался убедить в этом свое лицо, оно по привычке наливалось краской.

Возможно ли, что она ко мне неравнодушна? Мы всегда общались по-дружески, но сегодня она впервые обняла меня, и объятия были достаточно долгими, чтобы слухи дошли до Джереми.

– Так что же Эрика думает о твоей подружке выходного дня?

Этот вопрос очень быстро вывел меня из задумчивости. В последнее время мама все чаще расспрашивала меня о Джолин, и, поскольку я позаботился о том, чтобы на наших следующих фотографиях выглядеть самим собой, с радостью разглядывала их и свободно комментировала каждую деталь, даже в присутствии Джереми.

– Эрика ничего не знает о Джолин, которая мне просто друг. Они обе – мои друзья.

– О да? Так ты не будешь возражать, если я покажу Эрике твою последнюю фотографию с этим «другом»?

Он говорил о той фотке, которую мы с Джолин сделали прямо перед нашим с Джереми отъездом домой в прошлые выходные. Пока Джереми прощался с папой наверху, мы гуляли вокруг дома и остановились под одним из заколоченных окон, когда Джолин заметила птичье гнездо, выглядывающее из разбитого верхнего угла.

Когда она пожаловалась, что не может увидеть, есть ли там яйца, я нагнулся и предложил ей сесть мне на плечи. Жест казался вполне безобидным, пока я не принял позу, а ее холодные пальцы не обхватили мой подбородок. Не думаю, что она догадывалась о том, что я едва не уронил ее, когда она издала тихий довольный звук и прижалась ладонями к моему лицу.

Яиц в гнезде не оказалось, но на шее Джолин болталась вездесущая камера, и она согласилась расстаться со своей драгоценной вещицей, позволив какому-то прохожему сфотографировать нас, а потом прислала снимок мне. На фотографии Джолин улыбалась, показывая на пустое птичье гнездо, а я с усмешкой смотрел на нее снизу вверх.

На сегодняшний день это была моя любимая фотография.

И определенно не та, которой следовало хвалиться перед другой девушкой, которая мне нравилась.

Джереми все пытался подколоть меня и разговорить об Эрике, но я отвечал скупо, пока он наконец не сдался. Странно, как легко мне удалось переключить мысли с Эрики на Джолин, почувствовав лишь укол сожаления.

Эрика – та, о ком я мечтал долгие годы, – пригласила меня к себе домой на следующей неделе, чтобы пораньше приступить к проекту.

Джолин – та, кто чаще всего дразнил меня и выводил из равновесия, охотно согласилась помочь мне осчастливить мою маму. В тот день за обедом с Эрикой я усиленно потел и нервничал, но с Джолин все складывалось иначе: чем больше времени мы проводили вместе, тем легче мне становилось.

Даже сидя в промерзшей машине Джереми, я ждал встречи с Джолин в следующий уик-энд у отца с бо́льшим нетерпением, чем встречи один на один с Эрикой. И это самое странное.