Игра - Эль Кеннеди

– Согласна. Давай повесим то, что может помяться, платья, юбки…

У меня опять вибрирует телефон. Ти-Джей прислал картинку мультяшного лобстера с сердечками в глазах и облачком над головой с текстом: «ХОЧУ ВПИТЬСЯ В ТЕБЯ ЗУБАМИ!».

Я взрываюсь от смеха.

– Прости, – говорю я Коринн. – Ти-Джей шлет мемы.

– У тебя миллиард друзей мужского пола, а я даже с одним не могу справиться. – Она качает головой. – Не знаю, как ты это делаешь. Все эти хрупкие эго… Они все просто маленькие дети, которым нужно внимание. – Она восторженно вздыхает. – Знаешь, кто ты? Ты – Венди, а они – потерянные мальчики^[11].

– Похоже на правду, – говорю я сухо. – Но я люблю своих потерянных мальчиков. С ними всегда очень весело. – Я складываю очередную футболку. – Мы с Ти-Джеем сегодня пойдем вместе на ужин. Хочешь с нами?

– Не могу. Ко мне сюда придет учебная группа. Будете только вы с Ти-Джеем? Без Нико?

– Нико играет в баскетбол с Дариусом, а потом встречается с коллегами, чтобы вместе выпить. Ты, наверное, познакомилась с ними, когда они помогали тебе переезжать.

– Я познакомилась с двумя. – Она вспоминает. – Один был очень милый, а другой был очень лысый.

Я хихикаю.

– Лысый – это Стив, а милый… может, Родди? Сокращенно от Родриго. Но у него вроде есть девушка.

– Облом.

– Ага. Но ты же даже не хочешь ни с кем встречаться.

– Точно.

Я отношу стопку аккуратно сложенных футболок к деревянному шкафу Коринн, который она купила с рук.

– Давай уберем всю эту кучу и вернемся к одежде. Одежда – это самое интересное.

– То, что приносит тебе радость…^[12] – Она вздыхает. – Ты охренеть какая странная, Деми.

Я провожу с Коринн еще пару часов, а потом прохожу пешком небольшое расстояние до центра. Ти-Джей уже ждет меня в суши-ресторане, в котором все оказывается просто феноменальным. Конечно же, я пишу об этом своему парню, когда еду в такси домой, потому что хорошая еда меня возбуждает, а когда я возбуждена, то должна поделиться этим с Нико.

НИКО: Мне кажется, ты обесцениваешь оргазм тем, что называешь прием пищи «оргазмическим».

Я: А мне кажется, что ты недооцениваешь хорошую еду. И это почти преступление, потому что ты кубинец и еда у тебя в крови.

НИКО: Не-а.

Я: Я расскажу твоей маме, что ты так сказал.

НИКО: Даже не смей.

Я: Я еду в спортзал. Буду дома около 9. Хочешь зайти, когда вы с парнями закончите?

НИКО: Вряд ли получится, детка. Мы, наверное, пойдем обратно к Стиву и порубимся в «Фортнайт».

Я только чуточку расстроена. У нас не было никаких совместных планов, поэтому я не могу винить его в том, что он хочет продолжить вечер с друзьями, с которыми договорился изначально.

Я: Ладно. Веселись! Люблю тебя.

НИКО: И я люблю тебя, детка <3 <3 <3 <3

– Я скучаю по минету, – час спустя объявляет Хантер в спортзале.

Это печальное признание вызывает у меня такой взрыв хохота, что я чуть не спотыкаюсь на беговой дорожке. Прошла неделя с тех пор, как мы виделись, и, очевидно, его статус монаха все еще в силе.

– Мне жаль это слышать, – говорю я ему.

– Говори это не мне, а моему члену.

Фыркая, я опускаю взгляд ниже. Не буду лгать: его богатство выглядит впечатляюще под черными спортивными штанами. Я делаю великодушный жест рукой в сторону его паха.

– Я искренне сожалею о твоих проблемах, член Хантера.

Владелец члена Хантера серьезно кивает.

– Он ценит ваши соболезнования.

Хренов парень. Он либо восхитительный, либо невыносимый. Я еще не решила.

С учетом сказанного, в спортзале он точно не лучшая компания. Последние сорок минут мы бегали на соседних дорожках, не изменяя быстрый темп. Но у меня уже не остается сил. Признавая поражение, я снижаю скорость на дорожке.

Мистер Звезда Хоккея даже почти не вспотел. На лбу у него появилась легкая испарина, и это все. Тем временем, я превратилась в потное нечто. Слава богу, у меня нет к нему романтического интереса, иначе мне было бы ужасно неловко от такого количества пота. Даже Нико не видел меня такой.

– О, кому-то нужен отдых? – дразнит Хантер.

– Нет, просто скорость пониже.

– Слабачка.

– Монах.

– Хватит использовать это как оскорбление. Некоторые считают мое воздержание похвальным.

– Говорит тот, кто ноет, что скучает по минету.

– О, как будто ты бы не скучала, если бы твой парень перестал тебе лизать.

– Да не особо, – говорю я, не подумав. И тут же об этом жалею. Я не любитель разговоров о сексе, тем более когда речь идет о моем парне. Ну и что, что Нико – не оральный гений? Это не означает, что он не обладает другими исключительными качествами.

К сожалению, Хантер услышал меня четко и ясно. Даже когда он поворачивает ко мне голову, остальное его тело продолжает двигаться все так же слаженно, пожирая беговую дорожку длинными ногами.

– Ой-ой. Наш дружок Нико не работает языком?

– Работает.

– Да? Не похоже на это.

– Неважно, не все хороши в оральном сексе, – ворчу я. – Практика решает все, да?

Хантер, похоже, сдерживает смех.

– Разве вы не вместе уже как лет десять?

– Восемь, – нехотя говорю я. – Официально мы начали встречаться, когда нам было тринадцать.

– И он до сих пор не отточил свое мастерство в лизании кисок? – В его голосе сквозит недоверие.

– Не будь грубым.

– Ты хочешь, чтобы я называл это кунилингусом?

Фу, как ужасно звучит это слово. Кто его вообще придумал?

– Слушай, я не говорю, что он плох в этом. Мне, честно, кажется, что проблема во мне. Мне просто это не интересно.

– Тебе делал это кто-то другой?

– Нет.

– Тогда откуда ты знаешь, что проблема в тебе? – не отстает Хантер. – Ставлю сто баксов на то, что просто он не умеет отлизывать. Как долго он это делает?

У меня горят щеки.

– Недолго. – В защиту Нико я спешу добавить: – Мне кажется, ему просто слишком не терпится оказаться внутри меня.