Моя ходячая (не)приятность - Алиса Чудная

В желатерии выбираю себе большую порцию мороженого, состоящую из нескольких вкусов. Хочу попробовать дынное, банановое, кокосовое и виноградное. Ну и шарик сливочного — не смогу отказаться от него, ведь это самое любимое с раннего детства. Лакомство уплетаю за обе щеки. Действительно, Дан был прав — в Италии самое вкусное мороженое. Такого у нас точно не попробуешь.

Запиваю свой перекус кружечкой эспрессо и, засунув в кожаную папочку пару купюр, встаю и выхожу наружу. На перекрестке замечаю небольшие часы и тихо ахаю — уже шесть вечера… Надо же, я совсем потеряла счет времени и теперь катастрофически опаздываю.

Ужин в восемь, но мне нужно еще успеть принять душ, нарядится и накрасится. Хочется быть во всеоружии, чтобы порадовать мужчину.

Бегу к остановке экскурсионного автобуса. Благо, когда каталась на нем, запомнила, где она находится.

Автобус приходит спустя десять минут. Достаю распечатку, чтобы проверяющий отсканировал QR-код и, отмахнувшись от предложенных наушников, влетаю в салон. В этот раз не пойду на второй этаж. Все это я уже видела утром.

До отеля добираюсь к семи часам и выдыхаю. Успела. В холле встречаю Настю. Она сидит в кожаном кресле и читает какой-то журнал. Завидев меня, подскакивает и уверенным шагом подходит.

— Видела твоего. Сдал ключ от номера. И долго любезничал с администраторшей, — улыбается. — За ручку держал… На ушко шептал…

Во мне просыпается злость и ревность. Злость к Насте за то, что она стоит и так бесстыдно врет мне в глаза, желая помучить, причинить мне боль… Ревность же… А вдруг Настя говорит правду? Что если это так?

Эти мысли не дают мне покоя и кошусь в сторону ресепшн.

— Английский знаешь? — спрашиваю бывшую подругу и тут же мысленно хлопаю себя по лбу. Ясно ведь, что знает. Училась на переводчика. — Идем.

Схватив ее за рукав, волоку в сторону администратора. Притормаживаю только у самой стойки.

— Скажи, что мне нужен второй ключ. Тот самый, который сегодня, по твоим словам, сдал Дан, — требую у Насти, легко подталкивая ее в спину.

Она улыбается и прищуривается.

— Не веришь мне? Окей, — с этими словами поворачивается к девушке и быстро что-то говорит. Слушает ответ и поворачивается ко мне. — Паспорт покажи.

Вытаскиваю паспорт и протягиваю администратору. Та сверяет данные, глядя в компьютер и, широко улыбнувшись, идет к невысокому шкафчику. Возвращается, протягивая мне ключи с жетоном, на котором гравировка… Сомнений нет. Настя сказала правду. Или…

— Спроси, сколько ключей у них в наличии на каждый номер, — прошу я, и Настя вновь поворачивается к девушке, задавая вопрос.

Ответ я услышала и поняла. Даже моих скудных знаний английского хватило, чтобы перевести ее слова.

Два… На каждый номер в отеле всего два ключа.

— Два, — поворачивается ко мне бывшая подруга. — Один они обычно отдают постояльцам, а второй лежит как запасной на случай, если что-то произойдет. Есть еще третий комплект, у горничной, но… Как ты понимаешь…

— Понимаешь, — сжав зубы, перебиваю ее я.

— Кэт… — зовет меня Настя, касаясь моей руки.

— Отвали! — рявкаю в ответ и бросаюсь к лифту.

В номер забегаю запыхавшись. Все лежит на месте. И записка не тронута. Так и висит над дверной ручкой.

Срываю лист бумаги и рву на мелкие клочки. И что делать дальше? Распрощаться с надеждой и остаться в номере, проливая слезы в подушку и сетуя на этот несправедливый мир, в котором люди предают, обижают, пользуются и делают больно? Или же, дать этой крохотной вере шанс на жизнь? Принять душ, переодеться и спуститься в ресторан, в надежде, что чудо все же произойдет…

Где-то слышала прекрасное выражение: не ждите чудес — чудите сами…

Вспомнилось сейчас и именно поэтому я решительно прошагала в душ. Кто я такая, чтобы сдаться? Имею ли я вообще право на такую роскошь, как слабость? За счастье нужно бороться. Всегда. Почти…

Вернее, если это нужно нам обоим. Мне и ему.

Наряд подбираю недолго — открытый сарафан, который прекрасно подчеркивает линию ключиц. Он легкий, словно воздушный. В нем я буду смотреться эффектно и без косметики. Наспех сушу волосы феном, даже не заморачиваясь с укладкой.

Сегодня я хочу быть естественной. Такой же легкой и открытой, какой была всегда, сколько помнила себя.

К восьми часам вечера спускаюсь в ресторан, который в этом же здании. Тот самый, где мы ужинали с Даном впервые. Столик занимаю в первом зале — неподалеку от входа, но в тени. Если Дан придет, мне его будет прекрасно видно. А меня вот он вряд ли заметит сразу.

Заказываю бокал сухого вина и не свожу взгляда с дверей. Над ними висят часы, показывая время. Восемь… Пол девятого… Девять…

Прошу официанта повторить заказ и снова смотрю. Жду…

Как дура… До самого закрытия ресторана…

Дана нет…

Расплатившись с официантом, выхожу на улицу. Ночью тут прохладно. Зябко ежусь от порыва легкого ветерка и бреду в сторону отеля, то и дело оглядываясь в надежде, что он просто опоздал и сейчас, вот-вот, меня догонит, остановит, обнимет и прижмет к себе. Скажет, что был занят и это все просто нелепое совпадение…

Черт, ну почему же мне трудно различить даже дорогу? Почему перед глазами все расплывается и что-то горячее скатывается по щеке?

У входа в отель я в последний раз оборачиваюсь, смахиваю слезы и… вижу пустую дорогу. Никого. Ни души.