Изумрудное лето - Ольга Крючкова

– Идёмте, мальчики… Не бойтесь, опасность позади. Просто огонь из камина перекинулся на кресла… – пыталась объяснить Елизавета Степановна своим чадам.

Мальчики как-то странно переглянулись…

– Итак, господа! Давайте всё же расставим точки над «i»! – не унимался вездесущий князь.

Все одобрительно закивали.

– И, если понадобиться, то обыщем все комнаты! И даже личные вещи! – подал голос Всеволод.

Его «супруга», стоявшая рядом, удивлённо вскинула брови «домиком».

– Надо успокоиться, иначе мы все здесь перегрызём друг другу глотки! – высказалась она.

– Дорогая, подбирай выражения… – одёрнул её «супруг».

– Да чего уж там… Любовь Васильевна абсолютно права. – С печалью в голосе произнёс Станислав. – Не успел наступить первый день поисков, как мы начали подозревать друг друга чёрт знает в чём.

– Я уверен: поджигатель – среди нас! – настаивал князь.

– Но помилуйте, господа! – взмолился Клебек, уже не чаявший как бы скорее покинуть эту усадьбу. – Я вообще человек не заинтересованный! Я – не наследник! И потому позвольте откланяться и удалиться. Кстати, должен вам напомнить, что имуществу причинён ущерб! А значит, будет наложен штраф на всех претендентов.

Князь хотел было что-то возразить. Но Клебек спешно покинул гостиную.

– Я тоже ухожу… – сказал Никанор. – Завтра приедет господин Муравин, и мы оценим ущерб, нанесённый пожаром. И вам, господа, я советую отправиться спать. Утро вечера мудренее…

Однако претенденты и их компаньоны не спешили расходиться по комнатам.

– Предлагаю обследовать камин. – Снова подал голос князь.

– Резонно… – протянул Василий.

– Если в камине и были сокровища, то там их уже нет… – вмешалась Эльза.

– Вот-вот! – подхватили присутствующие.

– Но могли остаться пустоты, – не унимался князь. – И тогда всё будет ясно…

Все дружно ринулись к камину.

Мужчины, мешая друг другу, обследовали камин. Женщины, стоя в стороне, наблюдали за мало привлекательной картиной.

Станислав весь покопчённый, словно трубочист, в грязных кальсонах, проявлял невиданную активность, даже залез в дымоход. Увы, ничего не обнаружил.

Князь с выпученными от ярости глазами, весь всклокоченный, халат нараспашку (о дамах и приличии в данном случае мужчины не думали, не до того было) на всякий случай простукивал мраморную отделку камина и прислушивался: есть ли под ними скрытые пустоты?

Василий, как подлинный гений инженерной мысли, прохаживался подле камина, размышляя. Наконец, он высказался:

– Просто так пожар произойти не мог. Значит, что-то хотели сжечь…

Все присутствующие застыли в напряжении. Даже князь угомонился и перестал стучать по мраморным плитам.

– Бумаги или документы в огне горят лучше всего… – закончил он свою мысль.

Князь подскочил, как ужаленный, схватил кочергу и начал рыться в камине. Наконец, он извлёк обгоревший клочок бумаги.

– Господа! Я нашёл его! – возопил князь.

– Покажите! Покажите! – настаивала Эльза. – А вдруг на нём что-то написано!

– Не покажу! Моё! – отрезал князь. – А, сели захотите отобрать силой, то я буду защищаться! – и в подтверждении своих слов князь выставил перед собой кочергу.

Станислав, Василий и Всеволод – представители враждебного лагеря, молча окружили князя.

– Не подходите! – взвизгнул он. – Я ударю кочергой! Предупреждаю!

И князь, действительно, замахнулся. Однако, Станислав был отнюдь не робкого десятка. Ловко перехватив кочергу, он выхватил её из рук бунтовщика.

– Полноте, Генрих Павлович! Что за ребячество? – с укоризной пожурил он. – Разве приличествует вам, человеку в летах, да ещё князю… махать кочергой?..

Генрих зажал находку в кулаке и метнулся в сторону. Но ни тут-то было, его ловко перехватили Василий и Всеволод.

Наконец дамы не выдержали.

– Нет, я больше не могу! – возопила Любовь Васильевна. – Какой позор! Мы скоро потеряем человеческий облик!

– Отпустите его! – тоном, не терпящим возражений, произнесла Эсмеральда, пытаясь защитить своего союзника.

– Пусть отдаст бумагу! – рявкнул Всеволод, заламывая назад князю руки.

Но тут вмешалась Эльза. Она приблизилась к князю и мило улыбнулась.

– Вы боитесь щекотки, Генрих Павлович? А? – любезно, словно ведя светскую беседу, поинтересовалась она. Смутьян растерялся и на миг ослабил сопротивление. – Отдайте бумагу, иначе я защекочу вас до смерти. – Пообещала она.

Князь понял: битва поиграна. Он разжал кулак и продемонстрировал свою находку, увы, объяснений она никаких не дала. Однако, загадок только прибавила.

Эльза крутила её и так и сяк.

– Здесь явно что-то было написано… Вот обрывок слов, но разобрать совершенно не возможно…

– Всё! Утро вечера мудренее: Никанор был прав. – Первым не выдержал Всеволод и увлек за собой «супругу» прочь из гостиной.

Остальные, следуя их примеру, нехотя разошлись…

* * *

Эльза и Василий уединились в своих покоях. Девушка нервно расхаживала по комнате, не проронив ни слова. Молодой человек, наконец, не выдержал:

– Перестань мучить себя! Сгоревшую бумагу не вернуть. – Мудро заметил он.

– А вдруг то, что было написано, касалось меня? – предположила Эльза.

Василий округлил глаза.

– Ты предполагаешь, что твой отец не всё сказал в завещании и попытался оставить для тебя тайное послание?

– Да! – с готовностью кивнула та.

– Сущая нелепость! Зачем ему это надо было? Какой смысл? – недоумевал Василий. – Ложись спать. Встаём рано, на рассвете…

– Так ты не передумал обследовать фонтан? – уточнила Эльза.

– Ни в коем случае! Так, что отдохни, хотя бы немного. Я разбужу тебя часа в четыре утра.

Эльза немного успокоилась после бурно проведённой первой половины ночи, легла в постель и задремала. Как ни странно, но ей приснился Станислав. Он обнимал и целовал её.

Когда Василий разбудил девушку, ей показалось, что она всё ещё ощущает поцелуи своего тайного союзника на губах. «Ах, если бы это было не во сне, а наяву…» – мелькнуло в голове у Эльзы.

– Душа моя, пора вставать, – требовательно настаивал Василий.

Эльза поднялась, быстро оделась и была готова заполучить наследство своего папеньки.

Молодые люди вышли из дома и, вооружённые ломом, направились к фонтану. Василий не стал надевать сюртук, дабы тот не сковывал движения. Он снял ботинки, затем отмахиваясь от назойливых комаров, засучил брюки, запрыгнул в чашу фонтана, наполненную водой, и при помощи лома попытался сдвинуть с места небольшую фигурку Дриады, прислонившуюся к мраморному дереву.