Английский для миллионера - Варвара Корсарова

Марианна неодобрительно покосилась на Валентину, которая безжалостно обрывала на герани желтые листочки. По кухне разнесся свежий, слегка металлический гераниевый аромат.

– Славное утречко! – радостно провозгласила повариха Катерина. Все еще румяная от мартовского утреннего морозца, она вошла в кухню, увидела Марианну, и изумленно поздоровалась:

– Ой, здравствуйте! – а потом с преувеличенным радушием спросила: – Так вы все же теперь у нас работаете? Ну, дай-то бог, все хорошо будет, дай-то бог!

Катерина обстоятельно повязала длинный фартук с узором под гжель, спрятала волосы под поварской шапочкой, а потом долго мыла руки, как хирург перед операцией. Закончив, начала выкладывать на стол продукты, из которых должен был получиться обед. Катерина работала сосредоточенно, однако успевала перекидываться фразами с Валентиной.

В кухне появилась третья персона: молоденькая и очень скромная девушка с длиннющей русой косой. Носик у девушки был вздернут, губы сложены сердечком. Ее точеную фигурку ладно облегало платье, похожее на униформу отельных служащих – серое, с короткими рукавами и отложным белым воротничком.

Девушку представили как Олечку, младшую помощницу по хозяйству. Олечка поздоровалась, голос у нее оказался тихий как у мышки. Она повязала белый фартучек, окончательно превратившись в горничную – довольно пикантную, надо сказать.

Олечка решила побаловать себя перед работой стаканом чая, но рядом с Марианной не села, а устроилась в дальнем конце кухни, за стойкой подле Катерины, и изучающе поглядывала оттуда на новенькую репетиторшу.

Работницы Аракчеевского хозяйства принялись говорить о своем. О поселковых знакомых и их заботах, о том, что крупа в поселковом магазине подорожала, а теплотрассу вчера прорвало...

 Затем обсудили внутриусадебные дела: вспомнили, что Петр Аркадьевич желает пригласить в помощники садовнику Иванычу настоящего ландшафтного дизайнера, а Иваныч обижается, запирается у себя подсобке и там в одиночестве гремит бутылками.

Ну а после переключились на некоего Артура, умницу и золотого мальчика, которого вчера опять показывали по телевизору в ток-шоу. Кем приходился Артур хозяину дома, из разговора узнать не удалось, но стало ясно, что Аракчеевские домочадцы от него без ума, однако сам с ним строг.

Марианне было неловко. Как будто она была лишняя и подслушивала не предназначенные для ее ушей разговоры.

Женщины не обращали на Марианну ни малейшего внимания. Вчера они были любезнее. Сегодня учительница уже не была им столь интересна, и они еще не были готовы пустить ее в свой узкий круг.

Вот поэтому она и не любила репетиторство с выездом к ученику. В чужих домах чувствуешь себя не в своей тарелке. Особенно в таких, похожих на музей-усадьбу, где есть экономка, повар, помощница по хозяйству и обидчивый садовник Иваныч!

В школе учитель – хозяин положения. А когда ты приходящий репетитор, то играешь на чужом поле, и за каждым твоим шагом следят. Ты стремишься всем угодить, иначе не видать уроков, не видать хороших отзывов...

Это как-то унизительно.

Надо выдавливать из себя рабские инстинкты, решила Марианна.

Наверное, ее славянские предки были крепостными у таких вот графьев Аракчеевых. Приносили оброк, кланялись батюшке-барину в пояс, целовали ему ручку. Да еще неизвестно, чем занимались ее чернокожие предки. Может, привольно охотились в саванне, а может спину гнули на хлопковом поле под кнутом надсмотрщика.

Ну уж нет! Я свободная черно-белая женщина. И не буду лебезить и угождать. Это пусть Петр Аркадьевич постарается убедить меня, что достоин быть моим работодателем! А с прислугой мы быстро подружимся.

– Я выпила свой кофе, Валентина Андреевна, – громко сказала Марианна, и присутствующие разом замолчали и посмотрели на нее удивленно, как будто забыли, что она тут сидит. – Отведите меня к Даше, пожалуйста. Пора начинать уроки.

Валентина повела Марианну сквозь гулкую тишину огромного дома, по музейным коридорам, мимо пейзажей на стенах в золоченых рамах, под нарядными люстрами, наверх по лестнице, и привела в тот же кабинет, где вчера проходило собеседование.

– Здесь вам будет удобно заниматься, – объяснила экономка. – Светло, есть доска с маркером, техника разная. И нет отвлекающих факторов. Так Петр Аркадьевич говорит, – уточнила она.

– Туалет там, – Валентина кивнула в дальний угол комнаты, где виднелась забранная матовым стеклом дверь, а сама направилась к выходу.

Было бы разумно – да и просто приятно, – если бы экономка сначала показала весь дом. Все-таки Марианна будет проводить в нем целый день, и такая экскурсия помогла бы ей освоиться. Но как только в дверях появилась девочка, Валентина тотчас испарилась.

Ну и ладно. Без нудных взрослых им вдвоем будет лучше.

Даша выглядела довольной.

– Здравствуйте, – сказала она очень вежливым тоном, и добавила, как хорошо воспитанный ребенок: – Я рада, что вы будете со мной заниматься.

Потом она понизила голос и потребовала:

– Вы мне расскажете про магию вуду?

Оу! Это провал. Марианна усердно готовилась к урокам, поэтому ничего такого не придумала и не подготовила. Придется импровизировать.

– Обязательно! – кивнула она. – Но не сегодня. Потом, когда луна пойдет на убыль.

Даша глянула разочарованно и чуточку недоверчиво. Марианна решила: сказки-сказками, но надо не переборщить с таинственностью.

Тут Марианна вспомнила свои обязанности и поинтересовалась:

– Ты уже позавтракала, умылась? Готова начать занятие?

– Ага, умылась, – слишком быстро ответила Даша и вильнула глазами, но Марианна успела уловить в них хитринку и вину.

– Хорошо! – она достала из сумки папку и нейтрально заметила: – Как говорят у нас в Африке, пока не умоешься, крокодил не ловится и не растет кокос.

Даша хихикнула и потупилась, радуясь, что все обошлось.

Начинать день с упрека за ложь Марианне вовсе не хотелось. Мордаха у Даши не замурзанная, так что как-нибудь переживем утро. Но ее волосы соскучились по расческе. Еще немного, и у девочки будут колтуны. Ох уж эти неряшливые подростки...

– Сейчас у нас урок английского. Твой папа составил распорядок дня, его и будем придерживаться.

Марианна помахала листком, который вручил ей хозяин дома.

– Да, он такой же повесил у меня над кроватью, – мрачно призналась Даша.

Она плюхнулась на стул у ближнего края стола, Марианна уселась напротив и покрутила головой. Вчера она не глазела по сторонам, все ее внимание было поглощено зеленоглазым хозяином кабинета.

Теперь же она увидела и зеленую доску с мелками, и белую доску, и коробку с маркерами, и разные другие штуки, которыми пользуются на совещаниях. Обнаружился и офисный мольберт – флипчарт, и проектор для презентаций. Для уроков все это очень даже пригодится. Не говоря уже о телевизоре.