Наследник для Сурового - Алиса Франц

Следующий день снова начался в одиночестве. На второй день я встала гораздо раньше, чем накануне.

Я проснулась задолго до звонка будильника. Очень раннее утро, по углам комнаты ещё таился предрассветный сумрак.

Часы показывали 6:20.

Но в квартире стояла идеальная, густая тишина.

Некоторое время я лежала и прислушивалась, ожидая, что Суровый как-то обозначит своё присутствие. Но оказалось, что мужчины нет ни в одной из комнат.

Во сколько же уехал Суровый? Почему я не проснулась и ничего не заметила?

Должно быть, я сильно устала и перенервничала, поэтому спала крепко.

Утро я провела за уборкой. Можно сказать, что в этом почти не было необходимости.

Потому что в квартире царил порядок, а вчера я довела его до состояния идеальной чистоты. Но мне нечем было занять себя и после лёгкой зарядки я скоротала время за уборкой.

Лишь в спальне Сурового я не стала наводить порядок, потому что мужчина был недоволен, что я нарушила его границы и вообще высунула нос, давая о себе знать.

Я лишь приоткрыла дверь и снова закрыла её. В комнате царил порядок и даже постель была почти в идеальном состоянии.

При взгляде на чуть помятое покрывало можно было подумать, что Суровый едва прилёг и почти сразу же встал.

Как человек и как мужчина, Суровый оставался для меня загадкой. Я могла бы целые сутки напролёт ломать голову над тем, что он из себя представляет и какие тайны скрывают его тёмные глаза. Но решила не ломать над этим голову.

Я хотела позавтракать, и как раз в это время зазвонил мой телефон.

Глупое сердце ёкнуло и пропустило удар, когда я заметила имя на экране «Суровый».

Я вытерла мокрые руки о бумажное полотенце и задержала дыхание на несколько секунда, прежде чем ответить на входящий звонок.

— Доброе утро, Настя.

— Доброе утро. Я не заметила, как вы уехали из квартиры.

— Очень ранним утром. А что? — внезапно спросил с усмешкой мужчина. — Хотела проводить меня?

— Ничего подобного я не хотела и вряд ли захочу. Это просто элементарная вежливость.

— Иначе говоря, ты говоришь то, что, как сама считаешь, должна сказать, а не то, что ты хочешь сказать на самом деле. К чему усложнять?

— Если бы я сказала всё, что захочу, то это вам точно не понравилось бы.

В ответ Суровый издал лёгкий смешок, как будто его забавлял наш разговор.

— Плохо спала? Или ещё что-то?

— Всё замечательно. Кроме того, что моей жизнью теперь распоряжаетесь вы.

— Не драматизируй, Настя. Тебе не к лицу.

— Разве у вас не полно своей работы? — спросила я внезапно и с враждебными нотками в голосе.

Суровый ещё не сказал мне ничего плохого.

Но меня раздражала его манера постоянно подчёркивать собственное превосходство и навязывание своего взгляда на жизнь. Он был мужчиной, обладающим большой властью и авторитетом.

Разумеется, он мог позволить себе говорить всё, что вздумается.

Глупо было ожидать того же от меня! Да если бы я только осмелилась высказать ему всё, до последней мысли, мне бы не поздоровилось!

— У меня много работы. Но я звоню тебе не для того, чтобы потрепаться о пустяках.

— Да? Мне так не показалось.

— Сегодня ты бойкая, Настя. Это хорошо. Значит, у тебя полно энергии и переезд пройдёт как нельзя лучше.

Сердце ухнуло куда-то вниз и по телу разлилась предательская слабость. Я присела на стул, чтобы придать себе больше уверенности.

— Переезд уже сегодня? — спросила ослабевшим голосом.

— Да. Я всё уладил. Мой загородный дом в отличном состоянии. Вчера там побывала клининговая компания и навела идеальную чистоту. Тебе не придётся бегать с тряпкой, — снова лёгкая усмешка, отозвавшая по моему телу острыми мурашками. — Комнаты готовы. Охрана предупреждена и усилена. Остаётся только одно — перевезти тебя.

— Не только это, — возразила я.

— Вот как?

— Моя квартира. Квартира, доставшаяся мне от мамы. Я хотела бы побывать там. Забрать свои вещи.