Звезды под ногами - Лиз Филдинг

Но что он чувствует?

Злость. На себя, конечно, что выставил себя дураком. И на нее тоже, за ее предполагаемое предательство.

Светлая полоска зари принесла с собой облегчение. Вскочив, Диана окинула взглядом залив, мерцающий, бледно-белый и розоватый в утренних лучах. На дальних скалах висели обрывки тумана.

Финиковые пальмы и растения, похожие на гранатовые деревья, обрамляли спускающиеся вниз террасы.

Быстро одевшись и взглянув на Фредди, спящего мертвым сном, она спустилась по лестнице и оказалась на влажной от росы лужайке около заросшего лилиями пруда. За ним, под громадным фиговым деревом, обнаружился открытый шатер.

Как и дом, он был полон богатых ковров и шелковых подушек, приглашающих свернуться на них и спать, пока мир о ней не забудет. Раньше, чем она успела уступить, искушению, телефон, лежащий на низком резном столике — единственная вещь, находящаяся не у места в этой арабской сказке, — негромко загудел.

Оглянувшись по сторонам, Диана никого не увидела. Телефон зазвонил снова, и она взяла трубку.

— Алло?

Мгновение никто не отвечал, и, опасаясь, что трогать ничего не следовало, она уже собиралась положить трубку на место, когда голос Захира произнес:

— Диана.

Всего лишь ее имя, похожее на вздох, но ноги у Дианы подкосились, и она обнаружила, что лежит между подушек, точь-в-точь, как некая гурия, ожидающая своего господина.

— Захир…

— Еще рано, — сказал он. — Ты не спишь?

— Солнце говорит мне, что еще рано, но внутренние часы уверяют, что пора на работу.

— Исследуешь местность?

— Это слишком сильно сказано. Просто любуюсь видом. Как тут красиво, Захир. И ни единого журналиста… — Диана прикусила язык. Не самое умное, что можно было бы сказать, но когда она думала прежде, чем говорила?

— Они тоже приносят пользу, — ответил он, и в его голосе ей почудилась улыбка. — Но ручаюсь, ни один журналист не проникнет туда, где ты сейчас возлежишь.

Диана покраснела. Что за неприличное слово «возлежишь»? И откуда он знает?

Она осторожно оглянулась по сторонам. Может, притаился за шелковыми подушками и сейчас протянет руку и положит ей на бедро, а его губы…

Девушка решительно переместилась в сидячее положение. Чувствуя себя чуть более уверенно, произнесла:

— Не хочешь, чтобы я нашла тебе кого-нибудь? Я никого не видела, но двери были открыты. Наверное, кто-то тут есть.

— Не беспокойся. Мне просто хотелось убедиться, что ты благополучно добралась. Что тебе удобно.

— Удобно — не то слово. Я предполагала, что твой курорт поражает роскошью, но не до такой же степени.

— Да? — Похоже, она его развеселила. — А чего ты ожидала?

Определенно не этот дворец из «Тысячи и одной ночи», выглядящий так, словно стоит здесь от сотворения мира.

— Не знаю. Скажем, ряды коттеджей в саду. Возможно, я смотрела слишком много телевизионных передач о путешествиях.

— Курорт на другой стороне залива, Диана. Там еще ведутся работы, и я подумал, что в доме тебе будет спокойнее. Хамид, мой управляющий, может покатать тебя на лодке, показать место. Твой отец любит ловить рыбу?

— Он никогда не пробовал. Но он любит лодки.

— Тогда понятно, кому была книга с морскими узлами.

— Нет, она для… — Диана зажала рот рукой, чтобы не произнести имя. Идиотка!

— Понятно.

Ему понятно? Упоминали ли о Фредди в газетах? Молчание тянулось, пока она просто не могла больше его выносить.

— Захир…

— Диана…

Оба заговорили одновременно.

— Да, Диана? Скажи мне…

Что сказать?

Что ей не хватает его? Что без него в сердце образовалась пустота?

Боже мой, она встретила его всего пару дней назад. Но кто знает, сколько нужно времени, чтобы влюбиться?

— Как твой ужин?

— Ты хочешь узнать, что я ел? Или тезисы речи премьер-министра? Думаю, нет.

— Разве ты не должен быть на пути в Париж?

— Парижу придется подождать, пока уляжется повышенный интерес к моей персоне. Сегодня я объявляю об открытии новой авиалинии.

— Удачи.

— Можно гарантировать, что все места на пресс-конференции будут заняты. Сейчас мне надо идти. Проси у Хамида все, что захочешь, Диана. Не стесняйся.

И в трубке раздались короткие гудки.

— Мам!

Фредди, протирая глаза, спускался по лестнице, таща за собой медвежонка. Верный признак того, что сынишку надо обнять.

— Это море? — выглянул он из-за ее плеча.

— Именно оно.

— И пляж? — Фредди начал извиваться, стараясь освободиться и выяснить все до конца лично. — А замок из песка можно построить? Дедушка знает? — И побежал к дому, бросив медвежонка на произвол судьбы. — Дедушка! Дедушка!

Подобрав игрушку, Диана поднялась и увидела, как замер Фредди при виде управляющего, одетого в белые одежды, который показывал им их комнаты после прибытия.

— Доброе утро, sitti, — сказал он с низким поклоном. — Надеюсь, вы удобно устроились?

— Нам очень удобно, спасибо, Хамид.

— Шейх Захир просил передать вам — его дом к вашим услугам. Он желает, чтобы у вас было все самое лучшее.

Его дом? Захир тут живет!

Неудивительно, что его так развеселило ее предположение, будто это помещение для курортников.

И он уже разговаривал с Хамидом. Не слуга ли переключил его на летний домик? Конечно, он. Иначе почему бы телефон стал звонить?

Диана прижала руку к груди, успокаивая бешеный стук сердца. Это ничего не значит. Ничего.

Хамид меж тем присел перед Фредди.

— Что молодой шейх хочет на завтрак?

Фредди спрятался за ее юбку.

— Мальчика зовут Фредди, и робость его продлится недолго, — заверила она Хамида. — Обычно он ест кашу, а запивает соком.

Хамид улыбнулся мальчику:

— Не хочешь попробовать инжир? Или йогурт с медом? А может, блинчики?

— Блинчики?

— Я был с шейхом Захиром в Америке. Там на завтрак едят блинчики.

Фредди глядел на него, широко раскрыв глаза.

— A sitti? — спросил Хамид, поднимаясь. — Гранатовый сок? Лепешки. Козий сыр.

Sitti? Это она?

— Почему бы вам не удивить нас, Хамид? Может, дадите нам чаю?

— «Дарджилинг»? «Эрл Грей»?