Звезды под ногами - Лиз Филдинг

— Спасибо, мистер Пирс. Я очень вам благодарна…

Он жестом остановил ее.

— Одного я не понимаю. Почему вы не продали вашу историю?

— Не было никакой истории.

— Был шум, была и история.

Она покачала головой.

— Я ни с кем не могла бы так поступить, тем более с тем, кого я… Ни с кем.

— Ясно. Простите меня, мисс Меткалф. Я видел, как Захир смотрел на вас, и знал, чего опасаюсь. Но я ошибся в вас. Думал, что вы…

— Темная личность?

— В обычных обстоятельствах это не имело бы значения, но сейчас, когда семья шейха Захира ведет переговоры, устраивая его брак… Грязная история в прессе могла бы сильно ему повредить.

— Устраивая… — слово вырвалось у Дианы тихим стоном. — Сейчас?

Не потому ли он вывез ее семью в Надиру?

— У них так принято, — сказал Джеймс, неправильно истолковывая потрясенное молчание Дианы. Почему она должна удивляться? Ей уже все объясняли однажды… — Если вам что-нибудь понадобится, — продолжил Джеймс, стремясь поскорей уехать, — позвоните мне. — Он протянул ей карточку. — В ближайшем будущем я буду в Лондоне. Захир назначил меня директором новой авиалинии.

Да, вспомнила Диана, Захир упоминал об этом в яхт-клубе.

— Поздравляю. Вероятно, вы действительно можете мне помочь. Я хочу взять заем, чтобы купить свое первое такси. В прошлую попытку мне указали на дверь.

— Вы хотите купить такси? Разве вам не нужно прежде пройти тесты и получить лицензию?

— Однажды я практически ее получила, — ответила она. Тогда у отца случился удар, и жизнь во второй раз пошла под откос. — Смогу и теперь.

— В таком случае я уверен, что шейх Захир с большой охотой…

— Нет! Я не хочу его денег. Даже в долг. Мне лишь хотелось бы, чтобы в банке ко мне отнеслись с уважением. Приняли меня всерьез.

— Понятно. Тогда вам понадобится бизнес-план и бухгалтер. — И, чудо из чудес, он улыбнулся: — Советую попробовать в «Принц-фонде». Они помогают молодым людям начать свой бизнес. Хотите, я сделаю запрос?

— Спасибо, Джеймс, но я и сама смогу.

— Ничуть не сомневаюсь, мисс Меткалф. Но имейте в виду — вы можете напрямую связаться со мной по номеру на карточке. Позвоните, если я смогу быть вам полезен.

Захир нашел мать в саду. Поцеловал в щеку.

— Все в порядке?

— Волей Аллаха. А у тебя, Захир?

— Волей Аллаха.

Она улыбнулась ему:

— Ты кажешься счастливым. Вижу, ты принял решение.

— Принял. Это было непросто, но женщина, завоевавшая мое сердце, — нежная, милая, порядочная. И смелая тоже. А семья для нее — превыше всего.

— По-видимому, я отыскала для тебя само совершенство.

— Ни один человек не сможет жить с совершенством. Кроме моего отца, — быстро добавил Захир. — Женщины, которых ты выбрала, равно очаровательны, и каждая из них стала бы идеальной женой. Кому-нибудь другому.

Ее улыбка померкла.

— Но…

— Когда я был молод, за меня говорил Ханиф. Он убедил отца позволить мне следовать своим путем, пусть и не тем, что был избран для меня. Разве я разочаровал вас, навлек бесчестье на свою семью?

— Сын мой… — она покачала головой и накрыла ладонью его руку.

— Теперь я мужчина и могу сам говорить за себя. Я почитаю тебя и отца. Но неужели вы откажете мне в возможности самостоятельно принять это важнейшее из решений?

Диана не стала включать свет, а свернулась на постели, взяв с собой для уюта кошку.

Проснулась она рано — привыкла жить по времени Рамал-Хамраха. Поскольку единственной альтернативой было лежать, представляя Захира, стоящего в шатре с некой безликой «подходящей парой», найденной для него семьей, она встала решив спланировать свое будущее.

Нет. Не в шатре. Он говорил, что у них бракосочетание проходит в доме невесты.

Она сосредоточилась на списке необходимых дел. Так, сначала позвонить и выяснить, как скоро можно получить лицензию. Потом сходить в библиотеку и найти ту контору, о которой говорил Джеймс Пирс, узнать, насколько реально получить там кредит.

Принцесса.

Они точно нашли ему принцессу.

Так в жизни и бывает. Принцессы выходят за принцев, а Золушкам… достаются лягушки.

Диана позвонила Сэди.

— У нас тихо. С журналистами никто в парке разговаривать не стал, им пришлось удовлетвориться, напечатав твою нечеткую школьную фотографию.

— О, грандиозно. Сначала я предстаю под ручку с шейхом в дурацкой фуражке набекрень, а буквально на следующий день мир видит меня с косичками!

— Выглядела ты клево.

— Мне двадцать три. Клево — не для того возраста. Надеюсь, за снимок с них три шкуры содрали.

Выйдя на улицу, Диана поймала два-три изумленных взгляда соседей, но лишь улыбалась, здоровалась и проходила мимо. Назначила встречу в банке. Сходила в библиотеку.

Ей уже казалось, что все обошлось, когда в магазине к ней подошел репортер.

— Прекрасный загар, Диана. Хорошо отдохнули?

— Мы разве знакомы?

— Джек Хардинг. «Курьер». Полагаю, в Рамал-Хамрахе в это время года чудесно.

Как ни странно, ей совсем не хотелось убегать и прятаться. Она спокойно положила в корзину сыр, яйца, яблоки.

У кассы журналистов было уже трое.

— Собираетесь ли вы снова встретиться с шейхом?

— Передайте мне вот ту банку с томатной пастой, — произнесла Диана.

— Вернетесь вы на работу?

— Разве вам не следует бегать за супермоделью? — спросила она, теряя терпение.

— Она в реанимации. И потом, история Золушки куда интереснее.

— Это сказка. Вы что, пойдете ко мне домой?

— А вы угостите нас кофе и расскажете о своей жизни?

— Нет, но пользу вы принести можете, — Диана указала на свои покупки, — отнесите это до машины. — И, не дожидаясь, пока кто-то из них возьмется за сумки, вышла из магазина. Лишь у машины она повернулась и одарила носильщиков улыбкой: — Благодарю вас. — Открыв дверь, поинтересовалась: — А завтра вы придете?

— А что будет завтра?

— Ничего. Газон надо подстричь, а папе из-за вашего нашествия не пришлось этим заняться.

Они рассмеялись со смущенным видом людей, застигнутых за чем-то неприличным.

— Нет? Очень жаль, но ничего более захватывающего обещать не могу. — С этими словами Диана шагнула внутрь, закрыла дверь и прислонилась к ней, дрожа всем телом. Вот тебе и «все обошлось».