Рай на земле - Сара Морган

Потрясенный ее неожиданным признанием, Рафаэль нахмурился.

— Но ведь вчера по пути на водопад ты же не потерялась.

— Я спросила дорогу у Марии и написала «лево» и «право» у себя на ладонях. В воде надписи смылись, иначе бы сегодня я не потерялась.

Рафаэль медленно выдохнул.

— Если тебе трудно читать цифры, как ты руководишь бизнесом?

— Это не имеет значения. Множество дизлексиков очень успешны в бизнесе. За все расчеты отвечает мой отец. Остальным занимаюсь я. Цифры вызывают у меня ужас, — неловко произнесла девушка.

Внезапно все встало на свои места.

Не наивность, не глупость — дизлексия.

Помрачнев, Рафаэль взял ее за руку.

— Пошли.

— Куда мы идем?

— Домой. Там ты все мне расскажешь. На этот раз я хочу услышать правду, Грейс.

— Моя дизлексия не имеет значения, и я не хочу, чтобы из-за нее ты относился ко мне снисходительно.

— Грейс, — он притянул девушку к себе и серьезно посмотрел на нее, — окажи мне услугу и позволь самому решать, что имеет значение, а что нет. Я хочу знать все.

Грейс снова сидела в кабинете Рафаэля, прислушиваясь к пиканью телефона. Словно назойливое насекомое, подумала она. Рафаэль прячется в джунглях, но люди не оставляют его в покое.

Только Рафаэль, очевидно, не собирался ни с кем разговаривать. Подняв трубку, он дал несколько отрывистых указаний и, положив ее на место, переключил свое внимание на Грейс:

— Я слушаю.

Она расправила плечи.

— Что ты хочешь знать?

— Все. — Он наклонился вперед. — Я хочу знать о тебе все, Грейс. Начиная с детства. Когда ты узнала о своей дизлексии?

У Грейс перехватило дыхание. Чувства, которые она долгие годы сдерживала, хлынули наружу.

— Это неважно, и…

— Неважно? — Его голос был обманчиво мягким. — Грейс, тебя кто-то обкрадывает.

Она судорожно вздохнула.

— Я это знаю.

— И это ему удается делать благодаря твоей дизлексии. Ты ведь не проверяешь цифры, не так ли?

Грейс почувствовала, как у нее горит лицо. Она словно перенеслась в школу на урок математики.

— Нет, — хрипло произнесла она. — Ни на компьютере, ни на бумаге.

— Тогда как же ты ведешь финансовые дела, если не разбираешься в цифрах?

— Я полагаюсь на помощь других. Они говорят мне то, что я должна знать… — Она резко замолчала, пораженная собственной наивностью. — Или то, что они хотят, чтобы я знала.

— Тебе не приходило в голову, что они могут воспользоваться этим в своих интересах?

Грейс заморгала.

— Откуда у меня могли возникнуть такие мысли?

Рафаэль с нескрываемым раздражением уставился на нее.

— Потому что не все такие честные, как ты, Грейс. Это реальный мир, в котором люди постоянно обманывают друг друга.

— Не все.

— Перестань быть такой великодушной. — Ударив кулаком по столу, Рафаэль поднялся. — Именно поэтому другие и пользуются тобой. Тебе нужно стать жестче и перестать видеть во всех только хорошее. Иначе ты никогда не добьешься успеха.

Грейс потупилась.

— Мне так и не удалось добиться успеха. Я потеряла деньги.

— Нет, у тебя их украли. — Рафаэль нахмурился. — Ведь твоя интуиция говорила тебе, что ты уже должна была получать прибыль.

— Да. От посетителей не было отбоя, и мы зарабатывали много денег. Я думала, мы получаем прибыль, но расходы оказались слишком большими.

— И ты не проверяла эти суммы?

— Нет.

— А я проверил, — прорычал он, подойдя к окну. — Я все утро копался в этих цифрах. Ты хочешь знать ответ?

У Грейс внезапно задрожали колени. Она знала: то, что он сейчас скажет, ей будет нелегко слушать. Но с каких это пор жизнь стала для нее легкой? Когда она пасовала перед трудностями?

— Разумеется, я хочу знать ответ.

Рафаэль повернулся к ней лицом.

— Твой отец делил деньги с дилером. Они вместе вздували цену на кофе, платя по минимуму Карлосу и Филомене.

Ее отец.

К горлу подступила тошнота.

— Должно быть, здесь какая-то ошибка. — Грейс неистово потрясла головой, хотя знала, что Рафаэль прав.

— Это был твой отец. — Его тон стал резким. Он будто боялся, что сочувствие ослабит воздействие его сообщения. — Но это еще не все.

— Пожалуйста, продолжай, — тихо произнесла Грейс, умоляюще глядя на него.

Его рот сжался в твердую линию.

— Ты упоминала, что переоборудование кафе обошлось дороже, чем ты ожидала, и я узнал причину этого. Твой отец договорился с подрядчиком, о цене, значительно превышающей реальную стоимость работ. Разницу они поделили. Ты меня слушаешь?

Грейс облизала сухие губы.

— Продолжай.

— Вы с отцом обсуждали величину дизайнерского гонорара?

— Конечно. Он говорил о том, что нужно заплатить дизайнеру за проект интерьера новых кафе. Он снова назначил завышенную цену?

— Да. Разница составила четверть миллиона фунтов. Сложи эти суммы вместе, и ты получишь свою прибыль. — Рафаэль взял со стола несколько бумаг с цифрами, обведенными красными чернилами. — Твой отец тебя обманул, Грейс. Это по его вине твой бизнес не приносит прибыли.

Чувствуя слабость, Грейс кивнула.

— Понимаю.

— Почему он это делал?

Грейс улыбнулась, хотя это стоило ей больших усилий.

— Думаю, он намучился со мной. Я была сущим наказанием. Никогда ни в чем не добивалась успехов, даже в спорте. Для такого успешного человека, как мой отец, я, наверное, была горьким разочарованием.

И это причиняло ей боль. До сих пор.

— Но он занимался бизнесом вместе с тобой.

— Да. В школе я постоянно мечтала и была полна идей. Я знала, что смогу сделать что-то хорошее и полезное, даже если к этому придется идти окольными путями. Мой отец сказал, что поможет мне. — Она повернулась и, подойдя к окну, невидящим взором уставилась в глубь леса.

— Полагаю, он наконец нашел способ, как превратить разочарование в выгоду. Ведь я бы никогда не смогла это проверить.

— И что ты собираешься делать? Кричать? Плакать? Ударить кого-нибудь? Залезть в глубокую нору и никогда из нее не выходить?

— Я не знаю. Наверное, сказать им, что мне все известно. — Грейс расправила плечи. — Я была очень глупа.

— Нет! — неистово возразил Рафаэль. — Ты не была глупа. Теперь я вижу, что ты обладаешь удивительной проницательностью и невероятным трудолюбием. При этом платишь себе сущие гроши.