Цветение розы - Кэтти Уильямс

Женщина по имени Роза совершила над ним немыслимое.

Он затосковал. Затосковал настолько, что перед его мысленным взором постоянно маячило откровенное черное платье на тонких бретельках с низким декольте на упругой груди, туго облегавшее бедра женщины. Он вспоминал ее гневные синие глаза, дерзко вздернутый носик и чувственные губы…

Короче, Ник буквально заболел Розой.

От благорасположенной к нему Лили Ник знал, где и когда ее старшая сестра встречается с Тедом. И он начал действовать.

Ник наблюдал из салона своего авто, как молодой человек заехал за его Розой. Затем он последовал за ними до самой пиццерии. Там парочка вышла и направилась в популярное заведение. Сам бы Ник никогда не повел бы свою женщину в такое убогое место. Хотя, что может быть безопаснее для первого свидания, чем семейная закусочная?..

Он прошел в пиццерию вслед за ними и сел так, чтобы видеть их, оставаясь при этом незамеченным. Он вйимательно следил за своей Розой. Его неприятно задело то, что с Тедом Роза чувствовала себя непринужденнее, чем и его обществе. Он следил и за ее спутником, но так и не смог определить, какие у соперника намерения в отношении его женщины.

* * *

С тех пор как Лили вновь отправилась завоевывать Новый Свет, Роза отчаянно старалась перебороть желание созвониться с сестрой. Она прекрасно понимала, что, находясь в Западном полушарии, Лили уж точно ничем помочь ей не могла. Женщине под тридцать предстояло научиться самостоятельно справляться со сложностями в личной жизни, не уничтожая при этом саму личную жизнь.

Пицца и напитки в пиццерии оказались очень вкусными. Тед, как кавалер и рассказчик, — исключительным. Такого приятеля у Розы никогда не было. Он остроумно рассказывал ей байки из своей профессиональной жизни. До этого дня Роза и не предполагала, что работа киномонтажера такая затейливая. Прежде она просто не задумывалась над тем, кто же склеивает кинокадры…

И теперь, сидя в уютной пиццерии, она слушала его и хохотала. К счастью, о самой себе ей говорить не приходилось, да и Тед о своей жизни особенно не распространялся, ограничиваясь забавными историйками.

Она невольно сравнивала Теда с Ником.

Ник тяжел в общении и слишком падок на женщин. И с Ником ей никогда не было так легко и весело. Все сравнения были в пользу Теда, но Ник не шел из ума. Мысли о Нике продолжали изводить ее даже теперь, когда Тед, казалось, полностью овладел ее вниманием.

— Если бы ты была парнем, — неожиданно сказал ей Тед, — я бы не задумываясь предложил тебе выпить у меня…

— Осторожно, Тед! Я могу и согласиться, — пошутила Роза.

— Серьезно? — спросил он с притворной надеждой.

— Как-нибудь в следующий раз…

— Сегодня я зря потратился на девчонку… Ах, я вновь выставил себя болваном, — шутливо проговорил Тед, расплачиваясь с официантом. — Надеюсь только, что это пойдет мне в зачет. Кстати, у меня есть парочка рекомендательных писем. Ты не первая, кого я откармливаю в надежде на большее. Меня не покидает мечта, что однажды и бедолагу Теда кто-нибудь осчастливит.

— Тед, прекрати. Не то я лопну от смеху!

— Не смей. Подозреваю, что это будет не самое эстетичное зрелище. Для человека с такой тонкой душевной организацией, как у меня, любое потрясение может стать роковым.

— Зачем вообще ты встречаешься с девушками? — тихо спросила его Роза. — Не проще ли открыто признать все, как есть?

— У меня есть мамочка. А мамочки это не одобряют, — шутливо бросил Тед, откровенно смущенный ее прямотой.

— В наше время? Тем более в твоем кругу это не редкость…

— Ты права, Роза. Слишком часто людям приходится играть как минимум две роли, одну в течение белого дня, другую — на случай безлунной ночи.

Тебе ли это не знать? — хитро намекнул Тэд.

— О нет, Тед. Это не про меня. Я банальный интроверт, зацикленный на самой себе вне зависимости от времени суток и лунных циклов.

— Но твой наряд, который осудил тот грек, говорил об обратном, — шепотом напомнил ей собеседник.

Роза задумчиво вздохнула. Наконец-то у нее появилась возможность вслух сказать о наболевшем тому, кто не осудит.

— Ты прав, в тот день я дурно играла свою роль. Я даже не имела возможности импровизировать, потому что представления не имею, чего хочу.

— Даже если это обстоятельство — единственное, что нас связывает, Роза, мы станем настоящими друзьями, — твердо проговорил неунывающий Тед, пожав ей руку.

— Надеюсь на это, — отозвалась Роза, поднимаясь из-за стола.

Ник Папэлиу, исходя желчью, наблюдал, как Роза и Тед, взявшись за руки, покидают пиццерию.

Соблюдая дистанцию, он проследовал за парочкой. Но на крыльце заведения ненароком столкнулся с ними, потому что Тед замешкался в поисках ключей от машины.

— Ты?! — изумленно воскликнула Роза, увидев Ника. — Что ты тут делаешь?

— Перекусывал, — буркнул Ник Папэлиу, раздосадованный из-за своей оплошности.

— Странно, — отозвалась Роза.

Тед с интересом наблюдал за ними обоими, придерживаясь позиции нейтралитета.

— Что странного? Мне уже перекусить нельзя? И раз уж мы встретились, я мог бы подкинуть тебя до дому.

— Нет необходимости, Ник.

— Почему? — раздраженно спросил он, облив презрительным взглядом Теда, который на этот раз не смог удержаться от откровенной насмешки.

— Потому что я наверняка сегодня, как и всегда, одета неправильно и, скорее всего, скомпрометирую такого безукоризненного джентльмена, как ты, и своим внешним видом, и поведением. А учитывая, сколько ты для меня сделал, не хотелось бы причинить вред твоей кристальной репутации.

— Прекрати язвить, Роза. Надо уметь вовремя останавливаться, — выговорил он ей.

— Так и есть. Тебе, Ник, следовало остановиться давным-давно, а не преследовать меня и моих друзей.

Розу ободряло присутствие Теда, его дружеский взгляд вселял в нее уверенность. Благодаря этому ее спор с Ником больше напоминал игру, чем проявление откровенной враждебности. И голос ее звучал мягче, и упреки скорее журили, чем секли. Роза не смогла сдержать улыбки.

— Прости меня, — неожиданно кротко проговорил Ник Папэлиу, отведя Розу в сторону.

— За что именно?

— Я знаю, что несправедлив к тебе. Я знаю, что обязан появляться с цветами и конфетами, когда хочу видеть тебя. Мне все это известно. А придираюсь я только потому, чтобы заставить тебя прислушаться ко мне.

— Ты хочешь сказать — чтобы я зависела от твоего мнения?

— Позволь мне проводить тебя. Мы сможем поговорить обо всем.

— Уже поздно, Ник, — серьезно проговорила Роза.

— Еще только десять, — сообщил он, посмотрев на часы.