Болевой порог - Ольга Рузанова

Подойдя ко мне вплотную, он двумя пальцами поднял мой подбородок и осмотрел лицо.

- Хорошо повеселилась? – спокойным тоном поинтересовался он.

Только спокойствием там и не пахло. По белым напряженным ноздрям и скрежету зубов я поняла, что Шевц еле себя сдерживает. Я не смогла выдавить ни слова. Язык присох к нёбу.

- Кровь откуда?! Кто ударил?!

Беззвучно открывая рот, чувствовала, как на губах трескается запекшаяся корочка крови.

- Кто?! – давил он, выжигая черными глазами мне душу.

- Я… я сама… ударилась…

- Где колье?.. – и тут мое сердце остановилось.

За всем этим кошмаром я совершенно забыла об украшении. О, Боже, чем я думала, когда решила расплатиться им за коктейли. Живот скрутило от страха, а по телу выступил холодный липкий пот.

- Потеряла… - соврала я, нервно облизав губы.

- Потеряла… - повторил он за мной и вытащил колье из кармана, - растяпа…

С этими словами он взял меня за руку и, осторожно вытянув из условного убежища, развернул к себе спиной.

- Больше не теряй… - нежно поцеловав в ухо, одел украшение на шею.

Я понимала, что мне конец. Живой из этой комнаты мне не выйти. Но не думала сопротивляться. В тупом оцепенении ждала исполнения приговора.

Цепочка медленно, но верно затягивалась на моем горле. Последний раз сглотнув, я зажмурилась. Доступ кислорода в легкие прекратился. Острые края бриллиантовых звездочек впились в кожу, протыкая ее насквозь. От нестерпимой боли брызнули слезы.

   Я не хотела умирать. Инстинкт самосохранения заставил закинуть руки назад в попытках дотянуться до него, но все было бесполезно. В глазах кромешная тьма с расплывающимися красными кругами. Язык во рту распух так, что просто там не помещался. В ушах глухими ударами стучала кровь.

И когда на задворках уплывающего сознания промелькнула мысль – «Скорей… скорей бы это закончилось…», внезапно все прекратилось. Я мешком свалилась на пол и скорчилась от боли, раздирающей грудь при каждом хрипящем вдохе.

Не смотря на то, что в глазах до сих пор стояла красная пелена, а в ушах сильно звенело, слышала, как Шевц взревел. Что-то падало и разбивалось... По комнате летали вещи… Чьи-то шаги… обеспокоенные голоса… хлопок двери… и, наконец, тишина…

А я все лежала одна на кафельном полу в позе эмбриона и мечтала сдохнуть. Каждый глоток воздуха резал легкие ржавым ножом.

Через какое-то время  услышала шаги… надо мной склонился мужчина.

- Господи… - это был Виктор.

Он поднял меня на руки и, вынеся из ванной, со всей осторожностью уложил на кровать.

- Зачем так-то?.. Сука… так же нельзя… - шептал он.

Я открыла глаза, но увидела лишь мутный силуэт. Он сидел передо мной на корточках и гладил мое плечо. Стало противно от его прикосновений. Падальщик. Дернувшись, хотела скинуть с себя его руку, но не смогла… Каждое движение причиняло боль.

- Красивая такая… - его ладонь переместилась на бедро, а в голосе послышалась хрипотца.

Мне хотелось кричать, истерить… горло раздирала такая боль, будто меня заставили проглотить колючую проволоку, поэтому я только тихо всхлипывала и слабо трепыхалась.

- Какого х@я?! – донесся до меня сначала рев Шевца, а затем звук падающего тела, - какого х@я ты, урод, прикасаешься к моей бабе?!

- Дмитрий Александрович… - застонал тот, - я же ее только до кровати донес…

   Дальше все проходило как в самом страшном сне. Завязалась драка. Я слышала звуки коротких глухих ударов, крики, стоны, мат и мужской рев. Скоро комнату наводнили другие люди. Их стали разнимать.

- Дмитрий Александрович, хватит!.. Вы убьете его!!!

- Убью, сука!!! – хрипел он.

Я лежала, не шевелясь. Подтянув ноги к груди и спрятав лицо в распущенных волосах. Тело сковал могильный холод. Только горячие слезы, непроизвольно струящиеся по лицу, грели меня. Было больно дышать и даже думать.