Мои калифорнийские ночи - Анна Джолос

У пса явно шоковое состояние, он пытается подняться на ноги, но не может. Координация нарушена.

– *****, Кэм, какого хрена она села за руль? — грубо выругавшись, спрашивает Рид. — Ты же прекрасно знаешь, что её лишили прав.

— Попросила составить ей компанию до центра и обратно, — виновато отвечает парень, запуская пятерню в густые тёмные волосы.

Я с ужасом смотрю, как пёс трясёт мордой и лапами. Очень надеюсь, что это не предсмертные судороги. На голове у него рана. Почти наверняка, дело в черепно-мозговой травме.

— Пожалуйста, давайте заберём его отсюда, — молю я, чувствуя, как дрожит мой голос. Я представила своего Боню. Вдруг кто-то вот так же сбил бы его, и бросил умирать одного на дороге.

— Поехали отсюда, ему уже не помочь, — равнодушно произносит Тори, поглядывая в экран айфона. — Я итак потеряла уйму времени и опоздала на маникюр.

Я зло прищуриваю глаза, держа собаку за подрагивающую лапу.

— Она вообще-то здесь лежит по твоей вине! — напоминаю ей я, если она вдруг забыла.

— Не лезь в это, малыш! — Тори пренебрежительно смотрит на меня сверху вниз.

— Отойди, Смит, — Брукс снимает с себя толстовку.

— Зачем ты портишь свои вещи? Давай я вызову грёбаную звериную помощь, — недовольно произносит она.

Парень по имени Кэм помогает осторожно завернуть пса. Тот протяжно скулит, и у меня от боли сжимается сердце.

— Нормально всё с ней будет. Это всего лишь собака! — холодно вставляет Тори. Словно то, чем они занимаются является сущей ерундой.

Рид на секунду замирает, а затем медленно поднимает глаза на девушку. Этот его взгляд… заставляет меня поёжиться. Я сижу и поражаюсь бессердечности этой идиотки. Ты сбила собаку, и даже не пытаешься ей помочь.

— Рид, не делай такое лицо. Ты ведь тоже не безгрешен в этом плане, — она стучит по машине и подносит к губам тонкую сигарету. Я замечаю, как в момент напрягаются его скулы.

— Заткнись, Тори, — настойчиво просит её Кэм. — Просто сделай одолжение и заткнись.

Та поджимает губы и выставляет перед собой ладони. Кажется, только я не в курсе о чём они говорят. Брукс поднимает пса и переходит с ним дорогу. Я бегу к машине и открываю заднюю дверь.

— Тори, я еду с ними, — сообщает парень, указывая на нас, пока я усаживаюсь рядом с псом.

— Вы что, вашу мать, серьёзно что ли? Бросите меня здесь одну? — кричит Виктория и опирается на капот своей блестящей ауди.

— Постарайся никого не насадить на обратном пути, — наставляет Кэм, запрыгивая на переднее сиденье. — Давай, Рид, поехали к Пирс. Не прощу себя, если собака умрёт.

Всю дорогу я стараюсь не заплакать, осторожно придерживая собаку по пути. К счастью, мы довольно быстро добираемся до большого частного дома с небольшой вывеской «Ветеринарная клиника». Кэм несколько раз набирает чей-то номер, но отвечать ему никто не спешит.

— Вот ведь глупая девчонка, думает, что я снова достаю её, — с досадой произносит он, ударяя ладонями по коленям.

Брукс выходит из машины и уверенной походкой направляется к дому. Настойчиво барабанит в ворота и через какое-то время возвращается уже не один. Рядом с ним идёт Меган Пирс. Я её знаю, она учится в нашей параллели.

Дверь открывается, и девчонка с тревогой заглядывает внутрь.

— Меган, почему не отвечаешь на мои звонки? — сразу недовольно предъявляет Кэм.

Почему-то сразу складывается впечатление, что эти двое довольно близко знакомы.

— Привет. Придурок, не говори мне, что это ты её сбил, — зло шипит она, переключаясь с меня на него. Её огромные бигуди опасно колышутся от каждого движения.

Он пытается сбивчиво объясниться, но она, похоже, даже не собирается слушать.

— Рид, неси собаку в клинику, я сейчас отца позову, — говорит Меган, не обращая внимания на Кэма.

— Она ведь не умрёт? — с надеждой спрашиваю я у парня, когда мы остаёмся в машине вдвоём.

— Не знаю. Надеюсь, что нет, — тяжело вздыхает он, доставая бутылку воды. — Грёбаное дежавю. Мы уже привозили сюда одного пса. У Рида тоже была собака. Вот он и эту оставить не смог.

— И что с ней случилось? — спрашиваю я, слушая как стрекочут сверчки за опущенным стеклом.

— Да умерла, — нехотя отвечает он. — Поздно привезли.

— Заболела? Или тоже сбили?

— Нет, убили. А вообще ты лучше не говори, что я тебе рассказал. Риду это точно не понравится, — с опаской косится на меня Кэм, явно жалея о том, что разоткровенничался.

У меня внутри всё холодеет от ужаса. Кто-то убил его собаку? Как это произошло? И кому понадобилось? Эти вопросы так и не срываются с языка, потому что в машину возвращается Брукс.

— Что с ним? Будет жить? — тут же решаю узнать я, но он, конечно же, не собирается мне отвечать.

— Пожалуй, останусь пока тут… Я ведь тоже косвенно причастен. — Кэм тяжело вздыхает и вылезает из машины, а Рид лишь кивает головой в ответ.

Едем в полной тишине, если не брать во внимание бесконечную трель его телефона. Я прямо чувствую, как от Рида волнами исходит напряжение. Наверное, потому и прикусила язык, больше не открывая своего рта. По его профилю ни черта не понятно, но, кажется, он зол и раздражён.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Останавливается у дома, но сам явно не собирается туда идти. И я всё же не выдерживаю.

— Не поняла, ты меня высаживаешь, но сам не идёшь? — зачем-то уточняю. Мне кажется нечестным то, что он увёз меня оттуда, а сам хочет вернуться. — Я не меньше тебя хочу знать, что будет с этой собакой.

— Слушай, Смит, я не собираюсь катать тебя туда-сюда весь вечер, — раздражённо произносит он, не оборачиваясь.

— Сама доберусь обратно, можно я поеду с тобой в клинику? — прошу его я, потому что сердце не на месте.

— Домой пошла, — нетерпеливо и грубо командует он. — Вали, давай, без тебя разберутся.

Вылезаю из машины, глотая обиду, застрявшую глубоко в горле. На прощание от души хлопаю дверью. Знаю, так нельзя, но я тоже хочу его взбесить. И судя по громким ругательствам, мне это удаётся. Бэха срывается с места, оставляя за собой столб дыма.