Люблю... и больше ничего - Сандра Мартон

Мэтью стоял в очереди на таможенный досмотр в аэропорту «Орли» и пытался взять себя в руки. К сожалению, задача оказалась нелегкой. Его самолет опоздал, очередь была длинная, где-то впереди плакал ребенок, а сам Мэтью пребывал в дурном настроении. И во всем был виноват его братец! Какого черта он дал согласие на безумно дорогой и нелепый проект? О чем он только думал? «Шик» в Париже! По словам Джо, Сюзанна притащила сюда полредакции.

— И конечно, они прилетели в первом классе, — объяснил Джо, не дожидаясь вопроса. — А ты на что рассчитывал? Что Сюзанна и четверо самых сексуальных мужчин удовлетворятся дешевыми местами?

Сжав кулаки, Мэтью сдерживался из последних сил. Нелепая, абсурдная идея! Самая идиотская и бессмысленная попытка повысить тираж журнала! Он злился, а очередь даже не собиралась продвинуться хоть на дюйм.

Мэтью понимал, что ему следует винить только себя самого: давно пора было закрыть журнал и тем спасти его репутацию. Удачивый бизнесмен, Мэтью всегда славился умением не только распоряжаться, но и следить за выполнением своих распоряжений. Так надо было поступить и с «Шиком», а не поручать это дело Джо, который разбирался в издательском бизнесе не лучше, чем в вышивании. По вине Джо рекламная кампания превратилась в немыслимую аферу. А Мэтью теперь должен расплачиваться за беспечность брата.

«Воплощенная сексуальность... » Мэтью фыркнул. Чушь! Ерунда! Самый сексуальный ресторан — это еще куда ни шло, отель — тоже, но мужчины? Непростительная глупость. Что это нашло на Джо? Никогда прежде он не отличался расточительностью, а тут вдруг отправил Сюзанну в Париж, да еще с целой оравой помощников! И с четырьмя мужчинами, о которых она мечтает, хотя на самом деле должна мечтать только о...

— Месье!

Мэтью не сразу понял, что стоит перед таможенником. Спохватившись, он выложил на стойку паспорт. Полдела уже сделано. Осталось только добраться до отеля «Гран-Пале» и устроить скандал. И объяснить мисс Мэдисон, что, если мужчина и вправду сексуален, незачем фотографировать его в Париже, сойдет и студия в редакции.

— Добро пожаловать во Францию, месье. Сколько вы намерены пробыть здесь?

— Дня два.

— Вы прибыли по делу?

Мэтью кивнул, поджав губы. Не хватало ему еще ездить в Париж развлекаться!

— Приятного пребывания в стране, месье, — пожелал таможенник. Мэтью сунул паспорт в карман. Мысль о том, что скоро Сюзанна поплатится за самовольство, заставила его желчно усмехнуться.

Он ненадолго заехал в свой любимый отель, маленький, старинный и элегантный, где обслуживающий персонал знал его по имени. Там он побрился, принял душ и переоделся.

День выдался чудесным — теплым и солнечным, — по реке пробегала легкая рябь. Мэтью решил пройтись пешком до «Гран-Пале», рассудив, что прогулка по Елисейским полям и улице Монтеня взбодрит и успокоит его. Но сегодня все, что обычно вызывало у него улыбку — гуляющие под руку пары, целующиеся влюбленные, — только раздражало его. К чему выставлять напоказ свои чувства? «Ведите себя прилично!» — хотелось ему посоветовать юной парочке, которая, обнявшись, сидела на скамье.

Внезапно рассудок вернулся к нему. Нелепо изливать свой гнев на незнакомых и ни в чем не повинных людей. Ничего, скоро все окажется под контролем. Зарвавшимся подчиненным пора дать хороший урок. Он прошел через вестибюль «Гран-Пале», не обращая внимания на роскошную отделку XIX века. Мэтью уже знал, что люкс Сюзанны находится на восьмом этаже, рядом с номерами претендентов на титул «Воплощенная сексуальность».

Поднимаясь в лифте, он представлял себе выражение лица Сюзанны, когда она откроет дверь, увидит его на пороге, а потом поймет, что ей придется поплатиться за желание поиграть в парижскую куртизанку, да еще за его счет. Пора разобраться, кто из них босс, а кто подчиненный. Мэтью вышел из лифта, подошел к двери номера Сюзанны, постучал, скрестил руки на груди, изобразив на лице гримасу холодного недовольства, и застыл в ожидании.

Услышав стук в дверь, Сюзанна чуть не заплакала от радости и мысленно возблагодарила провидение в форме гостиничной прислуги.

— Минутку! — весело остановила она четырех своих собеседников. — К нам стучат.

Но ее просто не услышали. Манекенщик, певец, писатель и актер болтали наперебой два часа кряду. От гула голосов у Сюзанны кружилась голова. К тому же она только сегодня обнаружила, что номер-люкс имел более чем существенный недостаток. Да, он был великолепно отделан в стиле рококо. Но, пожалуй, это его достоинство было не только главным, но и единственным. Клэр назвала его уютным, стилист же решительно заявил, что у него здесь начинается приступ клаустрофобии. И к тому были все основания.

Сюзанна оказалась в тесной гостиной с четырьмя крупными мужчинами, и все они настойчиво добивались ее внимания. Она пригласила их выпить кофе, чтобы получше познакомиться и подготовиться к будущим интервью. Но ее собеседники интересовались только саморекламой, а еще — самой Сюзанной. Она почти читала их мысли: «Если я сумею убедить эту женщину, что я и есть самый сексуальный мужчина в мире, моя дальнейшая карьера будет обеспечена».

Все попытки перевести разговор в другое русло проваливались одна за другой. Сюзанна тщетно напрягала мозги, стараясь найти выход из неловкой ситуации: четверо мужчин, один уикенд, и одна-единственная элегантная тесная гостиная. Если это называлось «быть в центре внимания», то Сюзанна с удовольствием без этого обошлась бы.