Я тебя (не) забуду - Анна Мишина

Утро началось неожиданно рано. Трель телефона разорвала тишину квартиры. Я с  трудом открыл глаза, не понимая, где нахожусь. Снилась какая-то ерунда, что с резким пробуждением я не смог сориентироваться в пространстве. Чуть не свалился с кровати. Да твою же мать, кому там так неймется?

- Алло, - наконец отвечаю.

- Никита Сергеевич? Моя фамилия Петров. Тело вашего отца было найдено в его квартире, не могли бы вы подъехать…

Дальше я ничего не слышал. В неверии посмотрела на телефон, пытаясь сконцентрировать свое внимание.

- Какое тело? - перебил монолог полицейского. - Вы что-то путаете.

- Подъезжайте по адресу…. 

Я тут же отбиваю звонок и собираюсь как полоумный. Почти у выхода из квартиры мой мозг простреливает мысль - Лера! Черт возьми, Лера!

Я, спускаясь по лестнице, набираю ее номер, но абонент не абонент. Ладно. Сначала в отделение. Может это вообще, ошибка какая. 

***

Приехав по нужному адресу, я быстро нахожу нужный кабинет с табличкой “Следователь И.С. Петров”.

- Здравствуйте, - постучав, вхожу в кабинет. 

За столом, что-то печатая, сидит мужчина лет сорока с небольшим. Он тут же обращает на меня свое внимание.

- Гущин Никита Сергеевич, - представился, под вопросительным взглядом следока.

- Входите, - пригласил мужчина.

Я тут же сел на стул у его стола.

- Петров Игорь Семенович, - представился мужчина. - Сегодня ночью было обнаружено тело Гущина Сергея Алексеевича в его квартире, в которой он проживал со своей молодой женой.

- Свадьба, с которой состоялась накануне, - перебил я. - Где она? Телефон ее не отвечает.

- Полагаю, дома. Там работали все утро оперативники. Вашего отца застрелили. И оружие оставили на месте преступления. У меня к вам всего пара вопросов, что вы знаете о делах Сергея Алексеевича?

- Это допрос? - тут же ощетинился я.

- Нет. Это просто беседа. Если понадобится допрос, то вас вызовут по повестке. Поэтому мой вопрос все еще в силе.

- Ничего, я не лез в его дела, - говорил, еле ворочая языком. Сложно воспринимать правду о смерти отца. 

- Что вы можете сказать о его молодой жене?

- А почему вы меня о ней спрашиваете? Вы ее подозреваете в убийстве?

- Пока еще нет, - натянуто улыбнулся мужчина. - Какие у вас с ней отношения? 

- Приятельские.

- Где вы были  этой ночью с часу до трех? - последовал вопрос.

- Дома, спал.

- Кто-то может подтвердить?

- Нет, я живу один. Но можете просмотреть камеры. Наш подъезд ими оборудован, - все внутри начинало закипать. Я понимаю, это работа и вопросы эти обязательны и сейчас мало чего значат, но все равно не мог взять себя в  руки. Еще больше терзал меня вопрос, как там Валерия сейчас. Я не представляю, как она это переживет.

Он ничего не ответил, а всего лишь кивнул и что-то записал.

- Какие отношения у вас были с отцом?

- Нормальные. Как у отца с сыном бывают, - он снова кивнул и что-то записал. 

- Может у вас есть, что сказать по поводу убийства? Может, кого-то подозреваете?

- Я, правда, не знаю кому он мог бы так помешать. Но обязательно в этом разберусь, - я поднялся со стула, давая понять, что больше не намерен задерживаться.

- Я знаю о специфике вашей работы, но все же попросил бы не лезть в это дело и дать разобраться органам.

- Я вам мешать не намерен, разве что помочь. Могу идти? 

- Да, вот здесь только поставьте свою подпись и можете быть свободны. Если понадобитесь, я вас вызову, - проговорил он.

- Вы же сказали, это был не допрос. Значит и подпись моя не нужна, я полагаю.

Мужчина усмехнулся.

- Вы можете быть свободны, - сухо повторил он.

Я вышел, закрыв за собой дверь.

Сев за руль я еще несколько раз набрал Леру, но не получив ответа вдавил по газам и направился к ней. 

Дорога отняла минут двадцать не больше. Давно не нарушал правила дорожного движения. 

Машину бросаю у подъезда. В лифт и через минуту я уже стою у двери. Нажимаю на звонок. Еще раз, но никто не торопится открывать дверь. Тогда я нажимаю на ручку, опуская ее вниз, и слышу щелчок. Дверь открылась.

В квартире стоит мертвецкая тишина. 

- Лера? - зову девушку, но нет ответа. 

Я прохожу внутрь, в гостиной у стены лежит свернутый ковер, здесь натоптано. А еще открыто окно нараспашку. Я тут же его закрываю, потому что в помещении будто холоднее чем на улице. 

- Лера?

Прохожу дальше, открываю первую попавшуюся дверь. Никого. Следующая…

Замираю. На большой кровати в полутемноте лежит, свернувшись клубочком она. До слуха доносится еле уловимый скулеж.

- Лера, - шепчу себе под нос и делаю пару неуверенных шагов в ее сторону.

Она не реагирует на мое присутствие.

Подхожу к постели. Ненавижу это место. Ведь здесь она с ним…

Собираю остатки воли в кулак и сажусь на край. Касаюсь ее. Лера вздрагивает и тут же замирает. Резко поворачивается и садиться в постели, хлопая глазами пытаясь сфокусировать зрение.

Глаза красные, нос опухший, растрепана. Ее трясет мелкой дрожью.

- Ты как тут оказался? - хрипло спрашивает она, словно голос сломался.

- Я тебя звал, звонил в дверь, но она оказалась открыта, - отвечаю.

Руки зудит, как хочется ее обнять и прижать к себе, но я боюсь ее трогать.

Она всхлипнула и из глаз снова потекли слезы.

- Его больше нет, - сквозь  рыдания, заикаясь, проговорила она.

А я не нашел в себе силы, чтобы остаться безучастным и придвинулся к ней, заключая в объятия. И к моему облегчению она не отказалась, не отодвинулась, не воспротивилась этому.

Уткнулась мне в шею, все так же плача, что-то пытаясь сказать.

- Тише, - поглаживаю ее по волосам, вспоминая их мягкость. - Почему твой телефон выключен? - решаюсь заговорить. Надо выводить ее из этого состояния.

- Я не знаю, - пожимает плечами.

- Пойдем, я тебе чай приготовлю, тебе нужно согреться, - предлагаю.

- Нет, - затрясла головой. - Нет. Я не пойду туда. Там… - ее затрясло с новой силой.

- В гостиной его нашли?

Она кивает, не в силах сказать и слова.

Так, надо что-то делать. Ей здесь оставаться одной точно нельзя.

- Я тебя заберу отсюда.