Шанс на счастье - Адалин Черно

— И почему же?

— Потому что я ей тоже не понравилась, — со вздохом произносит.

Я делаю глубокий вдох и плавно выдыхаю, прошу дочку переодеться и говорю, что ей нужно принять душ, а сама начинаю ходить из стороны в сторону по номеру. Поверить не могу, что оказалась права и Руслан потерял дочь из-за женщины. Я злюсь, думая об этом. Хочу высказаться ему, надавить на это и уколоть, но понимаю, что это неправильно. У него есть личная жизнь, и я понимаю это, но все равно злюсь. За то, что он выбрал приоритет, и им оказалась не Ксюша, за то, что уже познакомил дочь со своей подругой. Интересно, как тогда он планировал жить всем вместе? Или он предложил бы ей тоже переехать к нему? Я — законная мать его ребенка, а она — любимая женщина?

— Мам, я сама приму душ, можно? Ты только воду включи, — отвлекает Ксюша.

— Да, хорошо, — киваю и иду включать небольшой напор.

Закрыв за дочкой душевую кабинку, выхожу в номер и слышу стук в дверь. Иду открывать и замираю на пороге, потому что там стоит Руслан. Все с тем же большим белым медведем в одной руке и коробкой конфет в другой. Я тут же складываю руки на груди и нетерпеливо жду, что он скажет.

— Я виноват, — признает он. — И я обещаю, что такого больше не повторится.

— Конечно, не повторится, ведь ты больше не заберешь дочь гулять без меня.

Я жду от него возмущений, жду, что он скажет про ущемления, напомнит, что может заявить о правах через суд, но Руслан молчит. Смотрит на меня тяжелым взглядом и кивает:

— Я и не планировал.

Когда он вот так виновато смотрит, я просто не могу на него злиться, поэтому все слова вылетают из головы. Я забыла, какие аргументы собиралась привести ему, что хотела сказать, чтобы он понял, потому что он и так осознает случившееся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я могу… зайти? Обещаю, Ксюша останется с тобой, я просто хочу… извиниться.

Конечно, я отхожу в сторону, пропускаю его в номер и прошу подождать, потому что дочка в душе. Иду за ней, помогаю малышке вытереться и одеться и сообщаю, что в комнате ее ждет сюрприз. Взвизгнув, она несется туда и с громким криком “Папа” запрыгивает к нему на руки.

Я так и стою, замерев, около двери ванной. Ксюша, оказывается, успела так сильно привязаться к Руслану, довериться, полюбить. Я сглатываю, понимая, что должна буду смириться с этим, если не хочу потерять дочь и настроить ее против себя. Она слишком сильно мечтала об отце, чтобы теперь остаться без него, потому что мама параноик. В конце концов, такое могло случиться с каждым, со мной, например. Сотни родителей теряют своих детей не потому, что недостаточно хорошо смотрят за ними, а из-за слишком непоседливых малышей.

— Ты на меня не обижаешься? — виновато спрашивает Ксюша.

— За что? — удивляется Руслан.

— За то, что я ушла. Я ведь не послушала тебя и потерялась.

— Малыш, ты не виновата, — Руслан садится в кресло и увлекает дочку за собой, размещая на коленях.

Медведь оказывается на кровати, туда же летят и конфеты. В этой идиллии отец/дочь начинаю чувствовать себя третьей лишней, но уйти не могу, потому что меня парализует от слов Руслана.

— Виноват папа, солнышко, — спокойно и уверенно произносит он. — Я хотел провести день только с тобой, но должен был предложить и маме пойти с нами, тогда она бы присмотрела за тобой, пока я разговаривал по телефону. Ты еще слишком маленькая, чтобы самостоятельно находиться в таком большом центре, к тому же там было много людей. Не удивительно, что ты потерялась.

— Мне не нравится твоя подруга, — упрекает малышка. — Она забирает тебя у меня и у мамы.