Консультант (СИ) - Анна Вальман

— Аргий почти так же стар, силен и опасен, ему не хватает козыря в рукаве. — Подытожил Леонард.

— Когда вы говорите братья, то подразумеваете…

— Что они из одной семьи, — пояснил Герман, вставая из-за стола, — то есть их создал один вампир. Некоторые говорят "мы из одного гнезда". В случае с Энгусом и Аргием даже больше того — они практически не разделяются, даже пропуск Владыки у них на двоих.

Герман, видя мое замешательство, помог найти тарелку и приборы, и я наконец могла сесть за стол. Курица с карамельной корочкой оказалась сочной, а овощи немного похрустывали во рту, и я осознала, что почти ничего не ела два дня, если не считать кусочки оленины и бутербродов. Мой аппетит не смогли испортить даже прозрачные донорские пакеты, которые незаметно появились на столе. А может быть я просто начала привыкать к виду крови.

— Итак, — попыталась говорить, не жуя, — этот Аргий. Он хочет занять место своего брата, и из всех резерваций Энгуса выбрал делегацию на Красную гору? Почему?

— Потому что им нужен был живой Игорь Харель. — Дверь распахнулась, и на пороге кухни стоял только что вошедший Олав. Отвечая на мой взгляд, он тихо добавил. — Она в порядке.

Олав скинул с плеча и поставил на пол мою сумку, которую я, конечно, забыла на складе. Открыв холодильник, он разорвал зубами уголок квадратного пакета и жадно припал к льющейся багровой жиже. Холодная кровь была густой и текла из пакета как варенье. Да, успокаивай себя, это всего лишь варенье.

Утолив жажду и выжав все до последней капли в рот, Олав швырнул пустой пакет в урну и сел за стол, заняв локтями все пустое пространство. Забавно, я снова единственная с тарелкой за столом, но этот ужин так не похож на тот.

— Я дал ей снотворное и железо после того, как она все рассказала. — Олав поджал губы, видимо, чувствуя себя виноватым в появлении шпиона в резервации. — Пожалуй, нам стоит сменить поставщика, после того как вернем ее. Кстати, они хотели убить Попова, чтобы сюда направили полную налоговую проверку.

— Проклятье, — покачал головой мейстер. — Это прямое нарушение закона Гару. И мы не можем рассчитывать на помощь Владыки Энгуса, если за этим стоит его брат.

— А Хареля, — продолжал Олав, — хотели взять живым. Он разрабатывает новое оружие.

— Вампиры могли бы использовать оружие, разработанное людьми, против своих? — догадалась я.

— Не сомневаюсь в этом. Мы постоянно используем людей против других вампиров, — подтвердил мейстер. — Глядя на некоторых ваших политиков, могу сказать, что и они ловко провернули появление вампиров в свою пользу. Но Игорь Харель теперь затаится надолго, и мы ничего не узнаем.

— А зачем он вообще сюда ехал? Сидел бы тихо у себя и разрабатывал… — пробубнил Виктор, посасывая уголок пакета.

От этого вилка даже застыла в моей руке. И в голове сами собой соединились зловещие факты и безжалостная логика, заставляя забыть об ужине. Тарелка полетела в раковину.

— Я хочу осмотреть минивен! — Протараторила я, бросившись во двор.

— Что ты хочешь найти? У Хареля не было при себе вещей. — Крикнул Олав, следуя за мной. Остальные вышли следом. — Мы обыскали все сумки, включая твою.

— Мне очень обидно это слышать, — притворно надулась я в лицо Олаву, обходя вокруг машины. — И это после всего, что между нами было.

Олав виновато потупился, но я успела увидеть краешек улыбки в уголке его рта. Он ведь подумал о том, что было на складе, как и я?

Заглянув в салон, я и не надеялась что-то там найти. Тем более в сгущающейся темноте. Повернувшись к своим спутникам, вывалившим во двор, я соображала как объясниться:

— Зачем ученому из лаборатории, в разгар разработки оружия, отправляться в резервацию с мирной делегацией, да еще брать с собой охранника под видом офисного работника?

— Говори. — Нахмурился Кармайкл.

Я бросилась к садовому флигелю и вернулась с фонарем. В первую очередь я проверила капот. Ничего.

— Единственное оружие XXI века, которое не вызовет общественный резонанс и не сделает вас мучениками, а людей злодеями — это болезнь, Леонард. И для ее испытания нет места лучше, чем закрытая резервация с сотнями подопытных.

— Что мы ищем? — холодным тоном спросил мейстер.

— Я не знаю. Что угодно, что выглядит не заводской деталью. — Я осматривала кресло Хареля. Витя залез в машину и сорвал обивку с одного из кресел, Олав искал в кабине водителя.

— Харель знал, что вы будете обыскивать сумки, и не повез бы оружие открыто, — рассуждала я вслух, — единственное, что вы не стали досматривать, это автомобиль.

Вспоминая поездку, я теперь могла сказать с уверенностью, что водитель вел себя странно. Он потел, нервничал и превысил скорость. Он знал, что везет оружие для истребления вампиров и боялся возмездия. Где бы он спрятал его?

Я проверила колеса, а затем положила фонарь на траву под машину и легла на землю. Оттолкнувшись ногами и касаясь лицом колючей травы, с трудом залезла под минивен и — сюрприз-сюрприз! — обнаружила то, чего не должно было там быть.

— Дайте отвертку. Крестовую, если найдется. — К дну автомобиля на саморезы были криво прикручены широкие скобы, фиксировавшие металлический контейнер.

Вместо отвертки под машиной появился Витя. Он бесцеремонно прижался ко мне, будто случайно, а затем, проследив за моим взглядом, ловко потянул за скобы и просто вырвал саморезы из металла как из талого масла. Мы аккуратно вытащили контейнер и, выбравшись из-под автомобиля, отнесли на кухонный стол.

— Давайте его вскрывать. — Витя бросился к ящику с приборами, видимо, за ножом, но его остановил мейстер.

— Нет, стой. А если там газ или жидкость, то повредив упаковку, ты заразишь неизвестной болезнью всех, кто в этой комнате.

— Я могу открыть ее на улице или… вряд ли они создали болезнь, поражающую людей. — Я сама не узнала свой голос. И не была уверена, хватит ли у меня смелости сделать это…

Все возразили единогласно, и Кармайкл остановил спор:

— Я не думаю, что нам, вообще, стоит ее вскрывать. Мы проследим, чтобы эта информация попала в прессу. Но не в связи с делегацией. Передадим контейнер Энгусу. И он сделает официальное заявление и заставит закрыть лабораторию, а Хареля будут судить, возможно, даже в международном суде. Комитет должен преподнести это как победу, а не поражение.

— Это станет первым прецедентом, когда за преступления против вампиров обратились в суд по правам человека, — воодушевленно поддержала я. Но радость от возможного светлого будущего длилась недолго.

— Ты можешь