Знакомство с герцогом - Салли Маккензи

Они достигли широкой поляны на верхушке холма, с которой открывался отличный вид на окружающий ландшафт. Джеймс уселся на траву и, прислонившись к стволу дерева, притянул Сару к себе.

Сара обвела взглядом бескрайние поля, перемежающиеся полосами густого леса.

– И все это ваши земли?

– Да.

Она услышала в его голосе нотки гордости.

– Они принадлежали вашей семье на протяжении многих поколений?

– Со времен Вильгельма Завоевателя. Уже больше семи веков Раньоны живут в Элворде.

Сара задумчиво смотрела на аккуратно возделанные поля, фруктовые деревья, леса и холмы. Каково чувствовать себя членом семьи, происхождение которой прослеживается сквозь глубину нескольких веков? А сколько лет насчитывает история семьи Гамильтонов? Этого она не знала, так как отец не рассказывал ей об этом. Впрочем, интересоваться происхождением своей семьи не входило в обычай у американцев. В Америке все было новым, все только начиналось. Сара всегда гордилась этим независимым духом первопроходцев, но понимала, почему Джеймс хочет иметь сына, который займет его место именно здесь.

– А кто унаследует поместье, если вы не женитесь?

– Ричард.

Сара вздохнула, уловив внезапную горечь в его голосе.

– Это совсем не лучший вариант, но я все равно считаю, ваша светлость, что женитьба на мне не выход из положения.

– Пожалуйста, называйте меня Джеймсом, Сара. И не говорите о женитьбе, когда называете меня «ваша светлость».

Сара услышала в его голосе искреннюю мольбу и уступила ей.

– Джеймс, поймите, я не обладаю ни одним из тех качеств, которые необходимы вашей жене. Я выросла в маленьком городском домишке, воспитывалась в республиканской среде, и я ровным счетом ничего не знаю об английском обществе. К тому же я не обладаю ни красотой, ни образованием. Уверена, вы легко сможете найти английскую девушку, которая гораздо больше заслуживает чести стать вашей женой.

Джеймс осторожно взял ее лицо в ладони:

– Сара, дорогая, вы очень красивая, и я не хочу никакой английской девушки, во всяком случае, ни одной из тех, кого знаю – в их обществе я чувствую себя лисой, за которой мчатся гончие. Когда мы приедем в Лондон, вы сами все поймете. Я не нужен ни этим девушкам, ни их матерям – их интересуют только мой титул и мой ежегодный доход.

– Не могу этому поверить. Только слепая не влюбится в вас.

Джеймс лукаво усмехнулся.

– Значит, вы слепая, Сара? Или я могу понимать ваши слова таким образом, что вы меня полюбили?

Сара покраснела.

– Я едва вас знаю, но даже это не так важно. Вам нужна девушка, которая умеет вести себя в обществе.

Джеймс приподнял ее лицо и заглянул ей в глаза. Каким-то образом он уже успел снять перчатки, и Сара почувствовала тепло его ладоней у себя на лице, соблазнительное прикосновение его длинных пальцев, поглаживающих чувствительное место чуть ниже ее уха – место, которое его губы так ловко нашли в «Грин мэн». От герцога исходил волшебный магнетизм, который обволакивал Сару, лишая ее воли.

– Всему этому вы легко научитесь, сердце мое. К тому же я не собираюсь проводить много времени в обществе – мы ведь уже выяснили, что по натуре я фермер, обыкновенный деревенский житель. – Он нежно погладил ее щеки. – В Лондоне, Сара, вы сами увидите, какой это ужасный город. Пожалуйста, спасите меня от него. Я не хочу девушку из общества, не хочу светской свадьбы, такой, какая была у моих родителей. Я хочу такого брака, который связывает Тома и Бекки. А разве вы не этого хотите?

Сара не решилась это отрицать. Ей вдруг нестерпимо захотелось иметь мужа и ребенка, и еще любовь, проявляющуюся буквально во всем в том маленьком коттедже, который они только что покинули.

– Да, Джеймс, – прошептала она. – Да, хочу. Он наклонил голову.

Это английский герцог, напомнила себе Сара. Пресыщенный и развращенный британский пэр. Чужой ей человек.

Его дыхание касалось ее губ. Если она слегка поднимет голову, их губы окажутся совсем близко. Она мучилась от искушения. Точнее, не просто мучилась – страстно, неистово ждала его прикосновения. Но это было бы слишком неприлично, нет, больше – это было бы непристойно!

Сара попыталась откинуть голову назад, но герцог крепко держал ее. Он нагнулся еще ближе, нежно провел кончиком языка по контуру ее губ, а затем приник к ним своими губами.

Нет, этот человек не был ей чужим: в этот момент он представлялся Саре близким и родным.

И в то же мгновение в каком-то дюйме над их головами просвистела пуля и расплющилась о ствол дерева.