Я не знаю тебя! - Василиса Васильева

— Пошли, — опять переплетя наши пальцы, наверное, чтобы не сбежала, меня повели в спальню. — Я быстро, — взяв бельё, босс ушёл.

Легла и прикрыла глаза, невесомое одеяло согревало, я начала проваливаться в сон. Почувствовала, как матрац прогнулся, и мужчина лёг рядом, притягивая меня в свои объятия. Поцеловал в шею, и я заснула.

Совсем рядом

— Где её черти носят?

Мужчина метался по квартире в поисках своей любимой. Она не выходила, он точно знал! Как зашла в квартиру, так всё. Камеры не могут врать. Только её папаша да этот выскочка с женой были. Где она, чёрт возьми?

Он обошёл всю квартиру, даже под кровать заглянул, нет, и всё тут.

В душе обнаружил её бельё в корзине и влажное полотенце на сушке. Схватив трусики и прижав их к себе как самую дорогую в мире вещь, он побрёл дальше. Спрятал украденную вещь в карман и оглянулся, оглянулся удостовериться, никто ли не следит. В квартире камер не обнаружил. Это очень хорошо, можно свои поставить. Задумавшись, вышел к террасе.

На ней тоже никого, лишь подсветку у бассейна забыли выключить.

— Неужели ты у него? — тишина стала ему ответом.

Мужчина со всего маха заехал кулаком по барной стойке. Потряс рукой, прогоняя боль, которая немного отрезвила затуманенный бешенством мозг.

— Я тебя прощаю, — проговорил он полушёпотом в темноту. — Но не отпущу!

Чеканя шаг, мужчина вышел из квартиры и закрыл своим ключом дверь.

Виталий

Соврала ли мне Рита по поводу своих недомоганий? Даже если соврала, я заполучил её в свои объятия и в свою постель на ночь. Вдыхая запах волос, я никак не мог заснуть. Решил выйти и проветрить мозги.

Аккуратно выбрался из постели, чтобы не разбудить девушку. Стараясь не шуметь, открыл панорамное окно, ведущее на террасу, и вышел на свежий воздух. Насладиться тишиной мне не дали.

Услышав шорох, решил затаиться, может быть, котята выбрались, тогда их нужно найти и занести в квартиру.

Звуки доносились снизу, странно, Маргарита у меня.

Слева увидел спуск, которого явно раньше не было, и потихоньку крался на шум. Моё любопытство не давало покоя.

Мужчина стоял спиной, и лица его, соответственно, не было видно, а капюшон был натянут на голову. Он постоянно запускал руку в карман, доставал что-то белое, прикладывая к лицу.

Хорошо, что здесь можно спрятаться среди зарослей и быть незамеченным. Этим я и воспользовался.

Мужчина все время размахивал руками и что-то бормотал. Ударил кулаком по столешнице и зашипел, ругаясь.

— Прощаю, но не отпущу, — услышал я обрывок фразы.

Незнакомец удалился, а я всё так же стоял в темноте, а мозг отказывался воспринимать ситуацию. Что это было? По логике, квартира Маргариты, но что делал этот тип на её террасе?

Вернулся в комнату изрядно подмерзший и, завалившись на кровать, натянул на себя одеяло. Маргарита заворочалась и прижалась ко мне.

— Что ты скрываешь? — шёпотом спросил я, не надеясь на ответ.

Проснулся от того, что мне шершавым языком облизывали лицо. Открыл глаза и наткнулся взглядом на морду Меринды.

— Как ты сюда попала? — ответом мне было громкое “Мяу”. — Не кричи, разбудишь всех, — глянув на часы, чертыхнулся.

Полпятого — самое время поесть, не для меня конечно!

Насыпал корм для проказницы и прошёл обратно в комнату. Маргарита металась по подушкам, белое лицо с капельками пота на лбу, синюшные губы, мне даже показалось, что она задыхается, хватает ртом воздух и сжимает простыни руками.

— Рита! Рита! Проснись же, милая! — подскочил я к кровати и начал трясти её за плечи.

Она никак не реагировала, как в прошлый раз, когда Ками прибежала за мной.

— Рита, проснись! — закричал я, притягивая к себе девушку.

— Виталя? — её взгляд стал осмысленным. — Поцелуй меня, — прошептала она.

Маргарита

Что мне снилось — я совсем не помню, только встревоженное выражение лица Витали, когда открыла глаза.

Сквозь вату слышала, как он меня зовёт. А мне так захотелось тепла и любви, что я попросила меня поцеловать.

Мужчина нежно прижался к моим губам, лёг рядом и притянул к себе поближе. Я растворялась в его объятиях, плавилась, как мороженое на солнце.

Лёгкие, как крылья бабочки, поцелуи будоражили кровь. Влажная дорожка спускалась от губ к подбородку и ниже, к шее. Мужчина слегка сжал полушария грудей через шелковую сорочку, мимолётно задевая соски, которые бесстыдно просили ласки. По телу волнами расходился электрический ток, сосредотачиваясь внизу живота. Мои душа и тело тянулись к этим нежным рукам и губам.

Я выгибалась, прося не словами, а действиями дальнейшей ласки. В какой-то момент подумала, что должны были прийти эти дни, но живот так и не тянуло, значит, можно откинуть все посторонние мысли прочь.

— Я сейчас, — хриплым низким голосом сказал Виталий, отстраняясь от меня.

Проследила за его манипуляциями. Мужчина прошёл к двери и закрыл её на ключ, подошёл к комоду и достал серебристый квадратик. Мягкой походкой приблизился ко мне, наклонившись, положил под подушку средство защиты.

— Ками не проснётся? — прошептала я, облизывая пересохшие губы.

— Без пятнадцати пять, не должна, — отозвался кареглазый мужчина и припал к моим губам.

Что вытворяли его руки? Я практически теряла сознание от его нежных прикосновений. Когда его рука проникла в трусики, я вздрогнула.

— Всё хорошо? — спросил он.

— Да, — едва различимо прошептала я и унеслась в мир страсти и неземного наслаждения.

Приняв душ, мы лежали в постели, Виталя перебирал мои волосы, а я прижалась к его груди и слушала мерный стук сердца. Кажется, я влюбилась.

— Расскажешь, что тебя тревожит? — задал странный вопрос мужчина.

— Ты о чём? — слегка приподнялась и посмотрела в его глаза.

— Что тебе снится уже второй раз за несколько дней, что я не могу тебя разбудить? Я же вижу, что тебя тревожит что-то плохое, — проводя кончиками пальцев по оголённому плечу и не разрывая зрительного контакта, прямо спросил он.

Я смотрела невидящим взглядом и не знала, как мне рассказать. Всё-таки решившись, устроилась поудобнее на его груди и пальцами чертя узоры на животе, начала свой рассказ.

Поведала о том, как училась, на кого, но Виталя это и так знал без меня из резюме. Когда начала рассказывать про выпускной, меня стало потряхивать, мужчина крепче обнял и прижался к моей щеке своей.

Так было легче, я рассказывала, слёзы текли нескончаемым потоком. Когда закончила повествование, страшная для меня история стала выглядеть по-другому.

Кажется, мне есть, кому довериться, и я стала рассказывать про преследования, от моих слов мужчина напрягся на