Соблазнение без правил - Джеки Эшенден

Он повел ее обратно в гостиную, где были расставлены закуски, посадил на диван. Затем сел рядом и задавал вопросы, пока она ела, потому что хотел знать, как протекает ее беременность.

К счастью, если не считать утренней тошноты, которая вскоре кончилась, все шло довольно гладко, хотя из разговора стало понятно, что она считает свое положение крайне неприятным.

Рафаэль мог это понять и также осознавал, почему она считала брак с Матиасом единственным вариантом. Она хотела защитить ребенка.

Тем не менее, он здесь и теперь позаботится об обоих.

Рафаэль снова сел на диван и посмотрел на то, как Лия, закинув ногу на ногу и закатав рукава, ела сэндвичи.

Она выглядела молодой и прекрасной, напоминала ему о той юной девушке в кабинете отца, которая, подняв подбородок и сверкнув голубыми глазами, бросила ему вызов. Заставила его забыть о здравом смысле.

— Я знаю, что казне нужны деньги, — сказала Лия. — Но как совместить это с нуждами людей?

— Разве им не нужны деньги? — Рафаэль отпил виски, раздраженный тем, что приходится объясняться. — Казна Санта-Кастильи была разорена в результате правления Карлоса. Вот почему меня пригласили, Лия. Чтобы помочь наполнить казну, когда Матиас придет к власти, он сможет проводить любые социальные программы, которые захочет.

Лия поерзала в кресле, наклонившись и поставив локти на стол, голубые глаза пылали. Прядь черных волос упала на лицо, но она не убрала ее. Только смотрела на него без страха, будто он не был правителем страны и не привык выслушивать людей, не согласных с ним.

— Но людям нужны эти деньги сейчас. Оставаясь в казне, они никому не помогут.

— Проценты будут начисляться…

— Бедные не смогут жить за счет начисления процентов. — Она встретила его пристальный взгляд. — Тебе нужно запустить некоторые социальные программы сейчас.

Рафаэль был не в силах придумать, что сказать, потому что никто никогда не перебивал его, тем более в вопросах налоговой политики. Ох, люди часто испытывали его, но, как правило, в форме совета, а не приказа.

Но не Лия. Во дворце она была тихой и скромной, ничего не говорила, но наедине в кабинете Джиана становилась совсем другой. Она была прямолинейна и вспыльчива.

Лия была… великолепна. И он понял, что ему нравится слушать ее мнение. Нравится спорить с ней. Это заставляло быть начеку, придавало остроты, и до этого момента он не осознавал, насколько нуждался в этом.

— Социальные программы стоят денег, — заметил он. — Которых нет в казне.

— Разве мы не можем сделать что-то для нуждающихся, не теряя при этом денег? — Щеки порозовели, а в глазах сверкнули искорки страсти. — Почему всегда нужно выбирать что-то одно? Мир не черно-белый, Рафаэль, так почему мы должны поступать так, будто он именно такой?

Непривычно, но он прислушался.

— И что ты предлагаешь? Учитывая, что казна пуста и у страны множество долгов.

Лия прищурилась, долго глядя на него и размышляя. Затем отпила виски и поставила стакан.

— Я не знаю, — честно сказала она. — Но если ты дашь мне пару дней подумать, я предложу план.

Рафаэль не смог отказаться. Не захотел.

— Давай, — сказал он. — И если стратегия покажется рабочей, я реализую твой план.

Следующей ночью Лия пришла к Рафаэлю с планом и — с некоторыми изменениями, — он выполнил обещание и реализовал его. И план стал успешным.

Лия убеждала его думать не только о цифрах и числах. Но и о людях, на которых повлияла его политика.

«Она впустую тратит на тебя свою энергию…»

Нет, ты мог бы использовать ее. Задействовать ее острый ум. Сделать ее своей правой рукой как в зале заседаний, так и в спальне.

Лия закончила с сэндвичем и поставила тарелку, ласково взглянув на него.

— Ты выглядишь очень самодовольным. О чем думаешь?

— О тебе и о том, насколько ты мне дорога. — Он налил еще немного апельсинового сока. — Наверное, у тебя не было времени подумать о том, чем бы ты хотела заняться в будущем, но не хочешь ли ты работать в моей компании?

— То есть работать на тебя? — На ее красивом лице промелькнуло удивление.

— Да. Почему бы и нет? Гарантирую, это будет сложно и захватывающе. Думаю, тебе понравится.

— Ох… Но, что насчет нашего ребенка? — Она моргнула.

— Мы можем рассмотреть много вариантов. Наймем няню или возьмем ребенка с нами на работу. — Он протянул ей апельсиновый сок. — В конце концов, я — босс и могу устроить все так, чтобы это подходило нашим условиям, какими бы они ни были.

Лия взяла стакан, аккуратно отпила и наблюдала за ним с задумчивым выражением лица.

— И где ты хочешь, чтобы мы жили?

— Где захочешь. Наверное, будет лучше жить в другом месте после того, как Матиас станет королем. Не уверен, что ему понравится, если бывший регент будет смотреть ему через плечо. — Он пожал плечами.

— Ты когда-нибудь хотел стать королем? — спросила она. — Или думал о том, чтобы изменить ситуацию и получить трон?

Рафаэлю даже думать об этом не нужно было. Он не хотел ничего от своего отца, тем более корону.

— Нет, Матиас будет хорошим королем, когда обретет уверенность в себе, а я готов к другим испытаниям.

— Почему ты согласился быть регентом? — Лия наклонила голову.

Хороший вопрос, на который не было причин не ответить.

— Потому что кто-то должен был наполнить казну Санта-Кастильи и направить Матиаса.

— Да, но почему ты?

— По-твоему, я неподходящий выбор? — Рафаэль поднял бровь.

— Нет, просто… Очевидно, что ты не любишь Карлоса, так зачем же беспокоиться о его троне?

— Я хотел подать пример, — сказал он. — Показать Матиасу, как должен выглядеть правитель. Спокойный, невозмутимый, абсолютно контролирующий себя и страну.

— Ах да, то же самое и с нашим браком, да?

— Да. Люди должны увидеть, что я — не Карлос. И должны увидеть это в Матиасе.

— Но ведь очевидно, что ты не похож на него, Рафаэль. Все уже это увидели. — Лия укоризненно посмотрела на него.

Беспокойство внутри его укоренилось, заставляя гнев, который всегда угрюмо горел в сердце, разрастаться. Он чувствовал это и в своем кабинете, когда рассказывал о родителях, о вопиющем поведении отца и о покорной заботе матери.

То, что Лия все видит, заставило его почувствовать себя неуютно, и Рафаэль был рад, когда она стала настаивать на большем. Рад настолько, что дал ей еще одну деталь, только