Я всё решу сама! - Рут Валентайн

— Вы сильный человек, мисс Адамс, — отозвался Мартин. — Не всякая деловая женщина решится появляться на таких торжествах, как сегодняшнее, без спутника.

— Ну, у меня был кое-кто на уме, но в последнюю минуту все рухнуло.

Бэрк улыбнулся.

— И кто же был этот счастливчик? Я его знаю?

Темнота помогла смущенной собеседнице выпалить:

— Я хотела пригласить на банкет Мартина Бэрка, но не смогла.

— Почему?

— Мы из разных команд. Ты защищаешь интересы жителей поселка, а я — интересы застройщика. Один из кланов одержит победу, другой потерпит поражение. Я не могу присоединиться к тебе, но и не могу смириться с мыслью, что поселка больше не будет… — Бэрк бросил на нее вопросительный взгляд. — Ты хочешь сказать, что я не права?

Мартин покачал головой.

— Нет. Эту проблему решить нелегко, но я все еще надеюсь, что нам удастся достичь компромисса.

— Скажи как? Как ты собираешься спасти ваши фермы и ваш городок? Ты хочешь сжечь фермы, а «Браун девелопментс» тем временем пытается расширить свои владения. Компания предлагает мне поискать для них участки в других общинах. И что же делать — продолжать работать на них?

— Хочешь выйти из игры?

— Я никогда не выйду из игры, — заявила она, — но мое участие в строительстве стадиона для гольфа окончилось. И если ты думаешь, что я снова соглашусь искать им клиентов, то ты сумасшедший!

— И что же ты будешь делать? — спросил он.

— Если придется, опять буду продавать дома. До того как заняться торговлей земельными участками, я была одним из лучших риэлторов по продаже жилья.

— Значит, вернешься к огням большого города и с радостью выкинешь из головы название — Бушбрук?

— Думай как хочешь, — возразила Кэти-Линн, — но каждый раз, когда у меня выкраивается свободное время, я выруливаю на шоссе и еду в деревню. Лес дарит мне чувство новизны: каждый молодой побег, каждый проклюнувшийся листок пробуждает желание жить…

Мартин снял джинсовую куртку и накинул ей на плечи, укрыв от ночной прохлады. Кэти-Линн стала собирать волосы, чтобы выпростать их из-под воротника.

— Дай-ка я, — предложил Бэрк. Он погрузил пальцы в ее шелковистые кудри и вынул из них шпильки. — Позволь, я провожу тебя до машины. Ноги ты уже промочила, так что спасать тебя от росы слишком поздно.

Мартин обнял женщину за плечи, и уголки его рта тронула улыбка.

— Жить на ферме не так уж плохо.

— Я знаю, — просто ответила она.

Ему хотелось взять ее на руки и отнести в свой лесной дом. Он только представил себе, что один переступит сегодня порог темного холостяцкого жилища, и сердце заранее начала грызть тоска. До сих пор Бэрк не понимал, как он одинок.

— Может быть, переночуешь в местном мотеле? Мы бы еще смогли вместе позавтракать, — предложил он.

— Да нет, все в порядке. Я не устала и вполне могу вести машину. Ты только представь: у всех на виду я выхожу утром из бушбрукского мотеля в мятом вечернем платье и сажусь в твой джип. Вот уж позабавила бы народ… Смею заметить, подобная выходка никак не способствовала бы восстановлению моей репутации, мистер Бэрк.

— Что ж, раз так, придется укрыть тебя от посторонних глаз, — отозвался мистер Бэрк. — Не хочу, чтобы ты уснула за рулем.

Идя к джипу, он волей-неволей представлял Кэти-Линн у себя в доме. Жизненная сила и энергия этой женщины согрели бы его лачугу лучше сотни каминов, аромат ее духов выветрил бы запах холостяцкого жилья, а улыбка заменила бы лучи предутреннего солнца.

Он хотел бы просыпаться и видеть рядом эту красивую женщину, едва прикрытую его стеганым лоскутным одеялом. Свернувшись калачиком, как новорожденный, он припадал бы к ее груди и целовал соски, пока они не ответили бы на призыв требовательных губ. Он ласкал бы ее и заставлял забыть о том, что на свете существует боль. Их пробуждения были бы полны жара и страсти, и тогда не осталось бы места ни для слез, ни для одиночества…

Словно прочитав эти мысли, спутница тихонько сжала его руку. До вершины холма оставалось не больше десятка метров.

— Что, решила немного пошляться? — заплетающимся языком произнес какой-то незваный гость.

Мартин прищурился, пытаясь найти в темноте говорившего. Он где-то слышал этот голос раньше, причем совсем недавно, но не мог вспомнить где. Внезапно темная фигура вышла из тени на лунный свет.

— Блейн! — вскрикнула Кэт. — Какого черта ты здесь делаешь?

Блейн Тернер попытался непринужденно обойти джип, но споткнулся и сильно стукнулся голенью о задний бампер.

— Черт бы побрал эту кучу дерьма! — выругался он, потирая разбитую ногу.

— Что тебе здесь надо? — с вызовом в голосе спросил Бэрк. — Это частная собственность. Так что подожми хвост и мотай отсюда!

Тернер выпрямился и тяжело оперся руками о крыло автомобиля.

— Я хочу закончить с ней, — заявил он. Затем, глубоко вздохнув, неверными шагами устремился к Кэт и громко заговорил, размахивая руками: — Я велел ждать меня, а ты сбежала, как голодная сучка!

— Заткнись! — прогремел голос Бэрка. — Если ты еще раз позволишь себе разговаривать с леди по-свински, неделю будешь плеваться зубами!

Блейн, толком не видя своего противника, бросил в сторону говорящего свирепый взгляд.

— Никакая она не леди! Просто задирает свой драный хвост, а сама так и мечтает, чтобы ее кто-нибудь посадил на цепь!

О, она уже слышала и этот тон, и эти слова! Как тогда, в кабинете, — рассвирепевший человек швырял стульями в стены. И обозлен-то был очередной собственной неудачей, к которой она не имела ни малейшего отношения. Когда он теряет голову — он страшен!

Бэрк шагнул к Блейну и оторвал его от капота джипа.

— Быстро уноси отсюда свою вонючую задницу, пока я не прочистил тебе мозги! — предупредил он.

— Убери руки, ублюдок! — прохрипел Блейн.

Он неуклюже размахнулся и попытался ударить Мартина в челюсть.