Я всё решу сама! - Рут Валентайн

Мартин заскрежетал зубами от досады. Противник оказался дохляком и не дал выхода его справедливому гневу.

— Если он очухается к завтрашнему дню, я разделаю его под орех! — поклялся он.

— Блейн не такой уж плохой, — всхлипнула Деллия, все еще стоя на коленях. — Просто стоит ему выпить, и в нем просыпается злоба.

— Черт с ним, пусть гниет здесь, — проворчал Мартин, с омерзением глядя на странную парочку.

— Помогите мне, — взмолилась Деллия. — Я не смогу поднять его!

Только тут Кэт увидела, что вид у Деллии более чем плачевный, и спросила:

— Вы что, попали в аварию?

— Этот пьяный слюнтяй вел машину и свалился в кювет, — прервал Мартин, бросив на Деллию ледяной взгляд. — Такому мерзавцу, как он, нельзя разрешать ходить по улице, не то что водить машину. Как вы позволили ему сесть за руль?

— Никто не может остановить Блейна, если что-то взбрело ему в голову.

Плача в три ручья, она пыталась перевернуть Тернера на спину.

Кэти-Линн заметила, что левая рука Деллии осторожно прижата к туловищу, лицо исцарапано, а от прически осталось одно воспоминание.

— Он напал на вас? — спросила она.

— Просто он хотел большего, чем я могла ему дать, вот и все, — торопливо ответила Деллия. — Иногда он бывает грубоват…

Слыша, как Деллия пытается, оправдать жестокость своего жениха, Кэти-Линн не выдержала.

— Знаете, оставьте вы его. Думайте о себе, а уж он как-нибудь обойдется без вас.

Встревоженная Деллия замерла на месте. Слова этой едва знакомой женщины ее явно задели. О чем она? Сейчас уговаривает бросить или на будущее намекает?

— Я нужна Блейну! Он сам так говорил. Я не могу бросить его, иначе он попадет в беду.

— Он уже попал в беду. И, если он снова начнет колобродить, вам не удержать его.

Деллия встала и принялась отряхиваться, потом заявила:

— Пожалуйста, помогите мне дотащить его до машины. А обо мне не беспокойтесь — я в состоянии позаботиться о себе…

— Хоть кол на голове теши… — пробормотал Мартин.

— Вы уверены, что сумеете за себя постоять?

Вопрос Кэт был задан на предельно серьезной ноте.

Деллия прямо смотрела в глаза Кэт Адамс.

— Когда он трезвый, то тише церковной мыши. Так что не волнуйтесь — все будет нормально. И сейчас, и потом. Я взрослая женщина и знаю, что делаю.

Мартин подошел, схватил Блейна под мышки и поволок по земле, как мешок картошки. Бросив обмякшее тело в пыль, он открыл заднюю дверь своего джипа и без труда втолкнул тяжелую ношу на сиденье.

— Нельзя ли полегче? — взмолилась Деллия.

Мартин обошел машину, открыл правую дверь и помог раненой девушке забраться внутрь. Затем повернулся к Кэти-Линн и стал растирать ладонями ее холодные пальцы.

— Подожди меня в машине. Я только высажу их и вернусь.

— Нет, нет, я тоже поеду.

— Подожди. Я только пересажу эту маленькую защитницу назад, и ты сможешь…

— Не трогай ее. Похоже, у нее вывихнута кисть руки. Я сяду сзади. Поехали…

Когда машина выехала на дорогу, Кэти-Линн отодвинула мотавшуюся голову Блейна подальше от дверцы. От него несло перегаром.

— Господи, какая дурочка эта девчонка, — пробормотала она еле слышно.

Заметив голубой спортивный автомобиль, торчавший из кювета, Мартин остановился рядом.

— Это его машина? — резко спросил он.

— Нет, моя, но ключи где-то у Блейна в пиджаке. Вы не поищете их? — попросила Деллия.

Мартин наклонился, поглядел в лобовое стекло и покачал головой.

— Слушайте, даже если мы положим вашего дружка на заднее сиденье, как вы поведете машину с больной рукой?

Полчаса спустя Мартин заплатил ночному портье бушбрукского мотеля за последний свободный номер.

— Эй, Бэрк, если твоего приятеля вывернет на ковер, я пришлю тебе счет еще на двадцать пять долларов за чистку. Понял?

Бэрк сунул бумажник в джинсы и сверху вниз посмотрел на Деллию.

— Надеюсь, вы сунете его башкой в унитаз. Я уже заплатил за него больше, чем он того стоит.

Кэти-Линн уже направилась к двери, но какая-то тревожная мысль остановила ее. Жалко эту дурочку, нельзя не попытаться еще раз ее предупредить.

— Вы красивая молодая женщина, судя по всему, ваш отец — богатый человек. Не нужно, чтобы такой парень, как Блейн Тернер, тащил вас вниз. Поедемте со мной! Я отвезу вас в город. Переночуете у меня.

— Извините, леди, я подожду снаружи, — сказал Бэрк.

Оставшись одни, женщины какое-то время молчали, внимательно изучая друг друга. Первой нарушила молчание Деллия. Придерживая больную руку, она сказала:

— У вас хороший муж. Он заботится о вас. У меня совсем другая жизнь, так что не обольщайтесь, что понимаете, какого будущего я достойна.

— Муж? Он мне не…

— Мне все равно, кто он вам, — оборвала Деллия. — Я ведь про другое говорю. Присядем на минутку. — Она указала на потертое кожаное кресло. — Я выросла в маленьком захолустном городишке. Когда папа открыл свой первый обувной магазин, он перевез нас сюда. А потом мама решила, что у другого мужчины трава на газоне зеленее, и сказала нам с папой, что мы ей больше не нужны… — Кэт видела в глазах Деллии нескрываемую боль. — Я нужна Блейну и буду заботиться о нем. Кроме меня, у него нет никого на свете.

Перегнувшись через стойку, Кэти-Линн взяла ручку и листок бумаги с фирменным знаком мотеля.

— Вот номер телефона, по которому вы всегда сможете позвонить, если будет нужда поговорить со мной.

— Мне вовсе не требуется «телефон доверия», — ответила Деллия.

— Это мой телефон, — просто ответила Кэт. — И знайте: если вам понадобится поговорить, я не повешу трубку.

Деллия сунула бумажку в лифчик.

— Пойду к Блейну. Если он вдруг придет в себя, то вряд ли поймет, где находится.

Вернулся Мартин и притянул Кэти-Линн к себе, сдавил ее в своих медвежьих объятиях.

— Я восхищаюсь настоящей леди, но пытаться вырвать девушку из когтей этого мерзавца — напрасная трата времени.

— Доброжелательное слово никогда не помешает, — возразила она.

— Стоит ли спасать человека вопреки его желанию? Девчонка дала однозначно понять, что ее жизнь не наше дело.

— Я не могу бездействовать, если есть возможность уберечь Деллию не только от финансового краха, но и от позора, который неизбежен, когда оказываешься втянутой в махинации Блейна. Доброе имя для женщины, которая на виду, — иногда все, что поддерживает в жизни. И если мужчина разбивает тебе сердце, топчет гордость и уничтожает репутацию, нередко молодые решаются на крайность — взять и прыгнуть с моста.