Берег. Свернуть горы - Юлия Крынская

Тот согнулся в изящном поклоне.

— Очень приятно,— поздоровалась Юля, подавая руку,— чувствую, что мне потребуется ваша помощь, Роджер.

— Наслышан о вас,— старик приник губами к ее руке,— к вашим услугам, принцесса.

Роберт удивленно взглянул на него.

—Мистер Фаррелл отрекомендовал вашу будущую жену именно так,— по-доброму усмехнулся Роджер.

Фаррелл-младший рассмеялся и направился к гнедому коню, который, заслышав его голос, заржал и начал нетерпеливо перебирать копытами. Роберт вошел в денник и протянул яблоко четвероногому приятелю. Тот благодарно взглянул на хозяина, взял угощение бархатными губами и с удовольствием проглотил. Роберт прижался к нему, обняв за шею. Затем поманил к себе Юлю. Она подошла и погладила теплую морду коня.

— Это мой Буцефал,— Роберт сиял от счастья. Видимо, здесь он проводил больше времени, чем в доме.— Роджер, выведи Лизетт и помоги Джулии, пожалуйста.

— Мой учитель — твой учитель. Он посадит тебя на коня и все объяснит. Я переоденусь пока. Встретимся на манеже, любимая,— Роберт поцеловал Юлю и вышел из денника.

—Прошу вас, ваше высочество,— позвал ее за собой Роджер и подвел Юлю к другому гнедому жеребцу.

—Лизетт,— представил он его, улыбнувшись, и протянул Юле яблоко.

«Странное имя для коня»,— она взяла угощение и предложила животному.

—Вы когда-нибудь сидели в седле, мисс?

— Пару раз,— Юля погладила Лизетт по холке.— Мягкая как шелк.

— Это очень умный и спокойный конь, он отлично выезжен,— пояснил конюх.— Садитесь не бойтесь. Главное, расслабьтесь и поймайте точку равновесия, затем почувствуйте ритм его движения. Это понятно?

—Да,— кивнула Юля.

Ей понравилось, что Роджер тактично учитывал слабые познания в языке своей собеседницы и говорил простыми, доступными словами. Он помог неопытной наезднице сесть в седло, подал поводья и не спеша вывел лошадь из конюшни.

* * *

Юля успела проехать пару кругов под присмотром Роджера, прежде чем возлюбленный показался в воротах. Увидев Роберта на коне, она невольно залюбовалась. В короткой коричневой кожаной куртке нараспашку, торчащего из под нее белого свитера крупной вязки, синих джинсах и казаках Роберт выглядел невероятно привлекательно. Не хватало лишь ковбойской шляпы.

Фаррелл-младший слегка тронул коня под уздцы, и тот вальяжно двинулся по кругу. Остановившись возле Юли, он принял поводья ее коня у Роджера.

— Я вам пока больше не нужен?— он погладил по морде Буцефала.— Соскучился по хозяину, чудище.

—Нет, старина, я справлюсь.

Роджер поклонился Юле и удалился.

— Прокатимся, любимая?— Роберт так посмотрел на Юлю, что мысли о сеновале вновь пришли на ум. Хорошо, что сейчас под ней был конь.

— С удовольствием. Только не забывай, я новичок в этом деле,— промурлыкала она.

—Нет, принцесса,— улыбнулся прекрасный наездник,— сейчас, у нас по плану бег с препятствиями.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Юля укоризненно посмотрела на него. Роберт подмигнул ей, слегка тронул своего коня, и тот, не торопясь, пошел вперед. Юлин жеребец держался рядом. Они выехали из манежа на красивую аллею.

—Наши лошади отличаются друг от друга по экстерьеру,— заметила Юля, плавно покачиваясь в седле.

— Ты наблюдательна, дорогая,— Роберт одобрительно взглянул на нее.— Подо мной чистокровный английский скакун, а у тебя арабский жеребец. Считается, что арабы больше подходят для женщин и детей, они добрые и ласковые.

— А почему вы жеребца назвали Лизетт?— Юля с каждой минутой все увереннее держалась в седле.— Насколько мне известно, так звали лошадь Петра Первого.

—Ты попала в точку. Именно в честь того славного коня или лошади был назван этот красавец — персидский араб. Теперь вряд ли с точностью можно утверждать, какого пола было это животное. Но байка гласит, что это был конь. Петр полюбил его с первого взгляда и выменял в Риге то ли у маркитантов, то ли у кого-то еще. С той поры он редко расставался с ним, даже угощал его в походах с царского стола. Сначала его звали Лизетт, а потом имя нашло женское окончание. Типа в честь Лизетты, одной из заморских фавориток императора. Я читал, что конь не слушал никого, кроме венценосного хозяина, и был сущим мучением для служащих конюшни. Первое время отказывался принимать пищу от кого-либо другого, кроме Петра. Мог даже объявить голодовку. В сражении под Полтавой конь спас его от смерти. Во время битвы Петр в какой-то момент оказался фактически один перед шведами, которые открыли по нему прицельный огонь. Жеребец рванул в сторону, тем самым спасая жизнь всаднику, только одна пуля раздробила луку седла. Вскоре после Полтавской битвы Лизетт получил почетную отставку по возрасту…

— … И чучело ее… Или его до сих пор красуется в зоологическом музее,— закончила Юля.— Да, я была не в курсе этих подробностей. Страницы, связанные с войной, я всегда пропускала.

Так за разговорами пара объехала парк, передала лошадей Роджеру и вернулась к дому.

По дороге в свою комнату Юля и Роберт встретили Эдварда.

—Зайдите ко мне на минутку.

—Отец, извини, но я позже приду, мне нужно сделать несколько звонков,— Роберт подвел к нему Юлю.— Оставляю тебе принцессу.

—С удовольствием забираю,— рассмеялся тот.— Пойдем, дорогая. Роберт, принеси ваши документы, пожалуйста.

Они вошли в уже знакомый кабинет.

— Мои поздравления,— Эдвард, присел рядом с Юлей на диван.— Если честно, я очень переживал за этот обед, но ты сделала сегодня мой день! Сестры в восторге от тебя. У них есть одно слабое место: они заядлые театралки. Тебе Роберт рассказал про их хобби?

—Нет,— Юля чуть отодвинулась от него,— это был чистой воды экспромт. Я пыталась вытянуть из него хоть какую-нибудь информацию, но тщетно.

—Вы были бесподобны и очень органичны,— похвалил Эдвард.— Твоя сцена с платком напомнила мне о моэмовском «Театре».

—Ты же в курсе, это одна из моих любимых книг,— улыбнулась Юля,— но, честно говоря, в тот момент я о ней не подумала. Видимо, сработало подсознание. Я была больше сосредоточена на тексте.