Молчи! Терпи! Подчиняйся! - Арсений Александрович Истомин

придут за ней, тогда начались слезы. Она не понимала, что произошло. Воспитатели ничего не говорили. Шли годы, кого-то забирали из приюта. За кем-то возвращались родители, сумевшие отстоять родительские права на собственного ребенка. Кого-то усыновляли новые папа и мама. Джулии жилось плохо, тогда она стала мечтать о том, что ее заберет какая-нибудь другая семья, если ее родителей больше нет, или они не собираются приходить. И ей повезло, когда Джулии исполнилось 12 лет, был праздник национального флага, на который в сиротский приют приезжали желающие взять, ребенка на воспитание. Кто-то искренне хотел подарить родительскую любовь дитю, лишенному этой ласки. Кто-то рассчитывал на субсидии от государства, не понимая, что за этим стоит уловка властей, и в конечном итоге сами родители начнут обеспечивать дите всем необходимым. Но случай, который произошел с Джулией, не относился ни к первому, ни ко второму. Ее удочерила молодая пара, которая первое время была очень добра к ней. Юная Джулия изредка замечала, что ее отчим часто принуждает свою жену к домашним делам против ее воли. Он мог замахнуться на нее или ударить. В такие моменты ребенок закрывался в кладовке. Потому что, как правило, после ругани в ход шли кулаки и все, что придется под руку. Однажды разгневанный отчим избил жену настолько, что та не могла встать с пола. Приоткрыв дверцу шкафа, Джулия видела, как он бьет ее ногой в живот, в какой-то момент он развернулся и стал одеваться, хлопнула дверь, в замке провернулся ключ. Маленькая Джулия, пересилив страх, вышла из укромного места, она подошла к мачехе, та лежала на полу без сознания. Малышка не знала, что делать. Поэтому просто сидела рядом, ждала, пока та очнется. Когда же ее новоявленная мать пришла в себя, та умылась, взяла какие-то вещи, быстро собрала чемодан и, взяв Джулию за руку, направилась к выходу. В этот момент в замке раздался звук поворачивающегося ключа, на пороге стоял отчим. Он буквально побагровел, когда увидел жену, готовую дать деру. Он закрыл дверь на замок. Лили, так вроде бы отчим называл жену, побежала в комнату и начала бить по стене и звать на помощь. Она собиралась открыть окно, как вдруг, почувствовала, что рука мужа схватила ее за волосы и потянула вниз. Лили упала на спину и стала задыхаться. Он буквально сел на нее, закрыв рот ладонью, что-то рыча, он стягивал с нее штаны. Она пыталась выкрутиться, за что получила удар в живот, потом еще один и еще. Лили больше не сопротивлялась, она просто лежала и смотрела на малышку Джулию, стоявшую в коридоре, пока ее супруг надругался над ней. Произнести что-либо несчастная была не в силах, но Джулия и без того поняла, что дело приняло серьезный оборот, и если она сейчас не выберется из квартиры — ей не жить. Она на цыпочках подбежала к двери, открыла замок и дернула дверь, та со скрипом распахнулась и малышка выбежала на лестничную площадку. Ни на секунду не оборачиваясь назад, она бежала подальше от злосчастного дома. Ее нашел патруль, когда обнаружил одну в ночной время, идущей в неизвестном направлении. Джулия тогда потеряла дар речи. Стресс на ребенке сказался заметно, поэтому если бы не работа психологов, она бы рисковала остаться немой на всю жизнь. Когда состояние Джулии нормализовалось, полиция записала показания от первого лица, а Джулию вернули обратно в приют, после чего ее уже никто не брал. Она боялась мужчин, думала, что они все будут как ее отчим, бедняжка первое время боялась даже переодетых аниматоров на празднике. А потом все закончилось, из школы она вышла с положительными оценками, правда, поступить на факультет дизайнера-архитектора так и не смогла. Ее конкурсную работу назвали авангардной, вульгарной и слишком вычурной.

Не поступив в ВУЗ, Джулия стала работать сначала официанткой, потом кассиром, затем еще в паре мест, наконец, она остановилась на той профессии, которая давала ей жилье, приносила доход и удовольствие. В последнем она всегда чувствовала нехватку. После пары раз работа начала ее пугать, поэтому она отнекивалась, брала больничный. В тот роковой день встречи с Майклом она осталась последней на смене. Но она и представить не могла, что этот человек перевернет ее жизнь, она наконец-то почувствует себя любимой. И теперь, когда она вышла замуж, Майкл предложил ей пройти курсы и работать по специальности. Она была искренне благодарна этому человеку.

Через три месяца, когда Джулии выдали сертификат об окончании курсов повышения квалификации она начала поиски работы. Не прошло и недели, как она вернулась счастливая домой, отряхнув снег с ботинок, забежала на кухню, где сидел Майкл и радостно воскликнула:

— Меня взяли! Меня взяли, Майкл! — Джулия пищала от восторга.

Позже выяснилось, что ее взяли на работу в Министерстве Войны, что Майклу сразу не понравилось, ведь там был жесткий контроль за сотрудниками, но потом Джулия его успокоила, сказав, что она будет собирать в цехе разведывательные дроны, добавив, и что работа абсолютно безопасная.

Майкл не мог просто закрыть глаза на то факт, что его жена устроилась на работу в самое, как ему казалось подозрительное и коварное Министерство. Ведь именно Министерство Войны выступило с предложением ужесточения наказания по статье государственная измена, именно оно чаще других обновляет штатный персонал, и именно оно сейчас фактически руководило страной. Майкл вспомнил, как волновался, что его могут уличить в раскрытии служебных документов, когда отдел военного информирования принес ему не тот документ. Но раз сама Джулия была рада, его сердце оставалось спокойно. Джулия не горела желанием в принципе работать как все, однако, высокие зарплаты Министерства Войны ее сильно стимулировали.

На работу Майкл, по прежнему, вставал раньше остальных, без пятнадцати семь он будил Джулию поцелуем и шел в душ. Пока она вставала, он готовил богатырский завтрак — яичницу с тостами, и варил кофе. Кофе его научила варить Джулия. Они завтракали вдвоем, он метал по-солдатски и уходил на работу, она дочитывала роман Арсы Швальц и закрывала квартиру. Ее рабочий день начинался позже и кончался раньше, поэтому она могла заранее прийти с пакетами из магазина и приступить к готовке. После шести приходил Майкл, в это время все было уже готово. Он раздевался и проходил на кухню. Они говорили о работе, о том, куда хотели бы поехать летом и, конечно же, о том, что кухня ждет ремонта.

Майкл стал веселым приходить на работу. Это подчеркивали его коллеги по работе, впрочем, после того как на вопрос «Почему?» он