Грохот ледника - Ольга Акофина

– Брось её… кошкам.

– Не могу, у неё своя комната в общаге есть. А куда я другую приведу? У меня своей хаты нет, и денег не очень на съём.

– Тогда, мой друг, не ной. Трахай, что есть, в надежде на лучшее.

В клуб Глеб, действительно, пришёл с Машей, правда, она на него всё ещё была обижена из-за последней проведённой вместе ночи, но, в конце концов, её обиды – это её проблемы. Он ничего ей не обязан. Но с другими она смеялась, кокетничала, вокруг неё опять толпились парни. Глеба мало это интересовало, его больше интересовала Элла. Исподтишка он всё время наблюдал за ней, всё также скромно одетая, (наверное, гардероб у неё небогатый) с распущенными волосами, она была очаровательна. Снова сердце замирало, глядя на неё.

– Котик, я потанцую с Максом? – подошла Маша к нему с бокалом в руках, и он вздрогнул от неожиданности.

– Тебе для этого нужно моё благословение? Иди, танцуй. Макс даже подпрыгивает от нетерпения.

Маша ушла, а Глеб, подперев лицо руками, продолжил наблюдать. Он увидел, как к Элле, сидящей за стойкой, подошёл какой-то парень, видимо, хотел пригласить её танцевать или чем-нибудь угостить, но она с ослепительной улыбкой на губах ему отказала. Парень проложил настаивать, и Элла уже начала злиться, вот и повод подойти.

– Отойди от неё, – грубо сказал Глеб настойчивому парню.

– А, извини, я не знал, что она не одна.

– Спасибо, – поблагодарила его Элла.

– Посижу с тобой, поохраняю. Не против?

Элла качнула головой, на лицо упала прядка.

– Скучаешь?

– Да нет, интересно наблюдать. Подруги ушли в пляс, а я сегодня не в настроении, зря пришла. Зато смотрю, что твоя Маша не скучает, устроила такие танцы и не с тобой. Не ревнуешь?

Глеб отрицательно пожал плечами и заказал два коктейля.

– Конечно, чего тебе ревновать? Если она предпочтёт другого, ты тут же найдёшь ей замену.

– Скорее я её в этом вопросе опережу, – улыбнулся ямочками Глеб и протянул Элле коктейль. – И не скучны тебе такие мероприятия? Пить – ты почти не пьёшь, романов ни с кем не крутишь, и особо не веселишься.

– А для тебя это смысл жизни?

– Смысл? Нет, скорее часть жизни.

– Тебе здесь нравится, потому что ты чувствуешь себя здесь королём, душой компании, да? Все вокруг тебя толпятся, девушки в рот заглядывают. Этакий герой в своём мирке. Мне уже все уши прожужжали про тебя, надоело слушать.

– Однако, ты уже не первый раз приходишь в нашу компанию, значит, не так уж и надоело.

– Я прихожу сюда не ради тебя, не надейся.

– Я ни в коем случае не питаю иллюзий по этому поводу. Дай, угадаю, тебе недавно исполнилось 18 лет, и ты, наконец, вырвалась из-под родительской опеки, да?

Элла посмотрела на Глеба и искрящийся изумруд её глаз вновь поразил его. У него вдруг бешено застучало сердце, и перехватило дыхание.

– Я устала от шума, я, пожалуй, пойду – произнесла она, ставя недопитый коктейль на барную стойку.

– Моя развозка по-прежнему к твоим услугам.

– А как же Маша?

– Чёрт с ней, она без меня скучать не будет. Не поверишь, но я тоже иногда я устаю от шума.

Выйдя из клуба, Элла достала длинную сигарету и стала искать в сумочке зажигалку. Глеб достал свою, но, видимо, газа в ней оставалось мало, и ему никак не удавалось высечь огонь, этому также же не способствовал сильный ветер. Они прикрывали зажигалку ладонями и одеждой, попытки были тщетными, но совместный поиск огня развеселил их, сгладив напряжённость. В конце концов, Глеб забрал у Эллы сигарету, и присев на корточки, закрывшись курткой ему, наконец, получилось прикурить.

– Если ты, конечно, не против, что она побывала у меня во рту, – сказал он, протягивая ей зажжённую сигарету.

– Так хочется курить, что мне уже всё равно.

Глеб прикурил от её сигареты.

– После таких мучений, предлагаю немного постоять на набережной, спокойно насладиться ядовитым дымом.

Они перешли дорогу, выйдя на набережную реки, и облокотились на парапет. В чёрной воде отражались размытыми пятнами огни фонарей.

– Тебе нравится такая жизнь? – вдруг спросила Элла.

– Такая? – переспросил Глеб.

– Ну, да, клубы, пьяные вечеринки, встречаться со всеми подряд, спать с теми, которых не любишь?

– А что ещё делать в молодости? Только развлекаться.

– Это ты развлекаешься, а у твоей Иры вечно были глаза на мокром месте. Она видела, как другие девчонки висят на тебе, и тебе это нравится. Потом она плакала, но сделать тебе замечание боялась. Наверное, в итоге, сделала, и ты тут же послал её подальше. Так?

– Не совсем. А то, что она в меня вцепилась и чего-то там вообразила, это её проблемы, я ей ничего не обещал.

– Как и Маше?

– Она то тут причём? Мы с ней не встречаемся.

– Да ну! А она тоже так считает?

– Это очевидно.

Элла вдруг подпрыгнула и села на узкий парапет.

– Так, а ну ка слазь. Ещё не хватало тебя из воды вылавливать, у меня лично нет никакого желания лезть в ледяную воду.

Элла, дразня его, слегка отпрянула назад, и Глеб инстинктивно схватил её за талию.

– Ты, конечно, можешь хлестнуть меня по морде, но пока ты тут сидишь, я буду тебя держать.

– Ну если тебе так спокойнее.

– Мне не спокойно, но ты мне не оставляешь вариантов.

Элла слегка отвернулась, смотря куда-то вдаль. Глеб продолжил придерживать её за талию.

– Ты так и не ответила, что тебя сюда приводит, я хоть себе ни в чём не отказываю, а тебе зачем нужна эта компания?

– Ты прав, в молодости надо развлекаться. Но как ты, без любви, я не могу, вдруг встречу кого-то.

– Значит, я, по-твоему, вообще не способен любить?

– Любить? Тебе это зачем? Ведь у тебя будет любая, которую ты захочешь. Ты любишь себя, а для других в твоей душе нет места.

Она была так близко, глубокие глаза отражали свет огней, волосы трепал ветер, Глеб еле удержался, чтобы не прижать её к себе крепче, чтоб не дотронуться губами до её щеки.

– Ты