Подкидыш для бизнес-леди - Гала Григ

Нет. Это просто химия… Апрель… Гормоны… И не более того.

— Так я пойду? — он произносит те же слова, что и Соболев перед отъездом.

Неужели я никогда не избавлюсь от мыслей о Стасе? Может, Элина права, и мне не помешало бы посетить психотерапевта?

— Да, Тарас. Надеюсь ты сдержишь обещание — я про маму?

— Безусловно. Еще два слова: когда я тебя увижу?

— Созвонимся, — очень хочется, чтобы он уже ушел. Мне надо разобраться в себе.

Глава 23

Сдержав обещание, приехала к родителям. Судя по тому, что они встретили меня радостно, сделала вывод: Мамаев сдержал слово. Следовательно, могу немного расслабиться.

Мама, как всегда, была на своей волне. Ей нужны были подробности о встрече с Тарасом. Я пролила бальзам на ее душу своим рассказом о том, как мы провели время. Правда, без подробностей и, конечно же, ни словом не упомянув о его сегодняшнем посещении.

Удивляюсь, как это мамуля не пригласила на пельмешки приятельницу с сыночком. Однако это объяснимо. В их присутствии она не получила бы исчерпывающей информации в зарождающихся, по ее мнению, отношениях между мной и Тарасом.

И то хорошо. Мне совсем не хочется видеть Мамаева второй раз за день. Хватило утренней встречи.

При мысли об этом щеки вспыхивают от стыда. И что на меня нашло? Мама замечает пожар на моих щеках:

— Милечка, что это с тобой? Ты не больна. Вон как раскраснелась.

— Нервы. Не обращай внимания. Очень устаю на работе. Вспомнила, что мне не принесли на подпись важные документы. — Дааа. Совсем завралась.

— Милана, — строго, — тебе бы отдохнуть и всерьез подумать не о поставках и продажах, а о создании семьи. Пора бы уж.

— Да, мамочка. Ты права. Только знаешь, устала я очень. Поеду домой. Надо отдохнуть.

— Так может, позвонить Тарасу? Он бы проводил тебя.

— Нет, нет, — вздрагиваю только от одной мысли о Мамаеве. Я даже не знаю, как себя с ним вести после сегодняшнего. Об этом я решила подумать перед сном. Днем некогда было. Ведь целый день был посвящен Артемке. Им в основном занималась Софья. Она и в самом деле была очень ответственной и заботливой няней.

Я же только тем и занималась, что пыталась помогать ей. Однако в ее присутствии чувствовала себя полнейшей неумехой. В основном довольствовалась тем, что строгая няня позволяла мне изредка повозиться с Темой.

Между Зиночкой и Софьей потихоньку налаживались отношения. Хотя каждая не уступала своих полномочий в доверенной им сфере деятельности. Ох уж эти женщины!

Прислушавшись к совету Элины, мы не стали особенно рьяно разбирать сумки. Решили потерпеть пару дней и по мере необходимости доставать тот или иной предмет.

Ближе к вечеру я начала беспокоиться по поводу того, что от Соболева нет никаких вестей. Странно было не то, что он не отзвонился мне. Удивляло, что он не справлялся о Темушке.

Поездка к родителям отвлекла меня от тревожных мыслей. Но, уже возвращаясь домой, я не могла от них избавиться, они буквально преследовали меня.

***

В доме наконец наступила тишина. Зиночка, отгремев посудой, уехала к себе. Софья с Артемкой улеглись. Я постеснялась спросить у этой строгой женщины, не было ли звонка от Стаса.

И напрасно. Ведь он, наверняка, звонил ей. Такой любящий папаша не мог не поинтересоваться, как дела у его чада в чужом, по сути, доме и с чужими людьми.

Но что сделано, то сделано. Теперь вот брожу по гостиной и лихорадочно думаю, что могло помешать ему в двух словах сообщить мне, как едет, что нового.

Нервы на взводе, в ушах шум. Даже щеки раскраснелись. Не выдерживаю и сама несколько раз набираю его номер. В ответ только гудки и дежурное: «К сожалению…». Смотрю на часы, поздновато. Но все-таки звоню Элине. Сейчас она меня…

Но подруга отвечает достаточно быстро и без возмущения. Странно.

Предваряя мой вопрос, она спрашивает:

— Есть новости от Соболева? — в голосе слышно волнение. Более, чем странно. Ей-то чего волноваться? Хотя. Получается, она тоже вовлечена в эту мутную историю.

— Эля, я сама на нервах. Он не звонил и на мои звонки не отвечает. Хоть бы с ним ничего не случилось.

— Сколько ехать на автомобиле до Воронежа?

— До Воронежа — почти семь с половиной часов. Я справлялась в интернете. Но ведь он говорил, что Юлька назвала Воронежскую область.

— А конкретнее?

— Какой-то дачный поселок. Только какой именно, Стас не сказал.

— Мила, как ты могла не уточнить, куда именно он едет!

— Все произошло так стремительно. Я опомнится не успела. Хоть бы ничего не случилось.

— Да уж. Остается надеяться, что это глубинка, и там просто нет нормальной связи. Подождем до утра. Успокойся. Все будет хорошо. Постой, Соне он тоже не звонил?

— Я не спросила, как-то неудобно. А теперь она спит.

— Вот умеешь ты сама себя наказать! Что значит неудобно?! Это дорога. Это нестабильная ситуация. Мила, я тебя не понимаю. Остается только ждать…

Глава 24

Пожелав мне спокойной ночи, Элина отключилась. Вот только о каком спокойствии могла идти речь?

Беспокойство о Стасе все усиливалось. Я несколько раз подходила к двери, где спали Софья и Артемка. С трудом сдерживалась, чтобы не разбудить няню и выяснить, не звонил ли ей Соболев. Но если я не сделала это с вечера, то ночью тем более не посмела.

Организовала себе, что ни говори, бессонную ночку.

Неугомонное воображение рисовало мне картины одна круче другой. То я видела аварию, в результате которой погиб Стас. То, погрузившись в поверхностный сон, слышала его голос. Соболев звал меня на помощь. Я мчалась к нему на машине. Но, доехав к месту происшествия, видела Юльку в объятиях Соболева.

Он стоял ко мне спиной, а она, выглядывая из-за его плеча, нагло смотрела мне в лицо и коварно усмехалась.

Я резко разворачиваю машину. Однако, проехав сотню метров натыкаюсь на глухую стену. И не просто стену, а нечто вроде западни, из которой невозможно было выбраться ни вперед, ни назад.

Просыпаюсь в холодном поту. Сажусь в постели и уже боюсь сомкнуть глаза в страхе перед новыми ужасными видениями. Приснится же такое.

Понимаю, что уснуть больше не смогу. Бреду на кухню. Надеюсь, что сработает моя привычка. Если я проснулась среди ночи и не могу уснуть, надо встать и выпить чаю с бутербродом