Ядовитый Чертополох - Мария Морозова

– Давай-ка отойдем, – предложил Вард и кивнул за угол.

Там нашлась лежавшая на боку бочка, которая вросла в землю. Вард усадил на нее Майло и присел на корточки рядом, чтобы смотреть ему в глаза. После чего мягко попросил:

– Расскажи все, как было.

Кошачье мурлыкание успокоило парнишку. И он уже без злости заговорил:

– Пушинка – это бабушкина кошка. Моя бабушка умерла год назад, и кошка – все, что от нее осталось. Наверное, кроме них двоих меня вообще никто не любил. Ну и кроме вас, Гельма.

Я не смогла удержаться от улыбки.

– Пушинка живет во дворе. Гвидо никогда не пускает ее в трактир, ругается и пытается обидеть. Я сделал домик под забором, чтобы Пушинка никому не мешала. Но сегодня Гвидо вышел на улицу, и она случайно попалась ему под ноги. Гвидо пнул Пушинку... – Голос Майло все же дрогнул. – Так сильно, что она пролетела, как мяч, и врезалась в стену сарая. Я подбежал и понял, что она… что она не дышит. И тогда во мне поднялось что-то... что-то такое, чего я раньше никогда не чувствовал. Захотелось самому ударить Гвидо, и я ударил.

– Негативные эмоции спровоцировали вспышку, – пробормотал Вард. – Ничего удивительного. Если бы это еще не случилось так рано…

Да, обычно у магов дар раскрывался лет в шестнадцать. Но видимо, потрясение оказалось слишком сильным для парнишки. Гнев, боль, чувство потери. Он сорвался.

– Прости, – прошептал парень, виновато глядя на Пушинку. – Я не уберег.

– М-я-я, – тихо ответила та.

– Не казни себя, – я сжала его плечо. – Единственный, кто во всем виноват, это Гвидо.

– Меня накажут за него?

– Ни в коем случае. Пока молодой маг не контролирует свою силу, ни о каком наказании и речи быть не может.

Вард кивнул, подтверждая мои слова.

– Значит, я маг? – неверяще спросил Майло.

– Маг, – ответила я.

– С ума сойти…

Горечь в глазах парня сменилась робкой радостью. И мы прекрасно его понимали. Магия – это лучшее, что могло случиться с таким, как он.

– Ты называешь Гвидо по имени, – заметил Вард. – Потому что…

– Потому что он мне не отец, – Майло скривился, не дав ему договорить. – Я уже давно об этом догадывался. А год назад узнал точно. Бабушка рассказала перед смертью. Когда Гвидо женился на моей матери, у них долго не получались дети. Он уже хотел разводиться и искать новую жену, но один заезжий маг сказал, что проблема не в женщинах, а в нем, в Гвидо. И сколько бы раз тот не женился, все равно ничего не выйдет. Денег на лечение у него не было. Прослыть на всю округу пустым не хотелось. Потому он разрешил матери с кем-нибудь изменить ему. Так появился я. Вот только принять чужого ребенка Гвидо не смог, да и не захотел, наверное. Пока были живы мать и бабушка, мне жилось кое-как. А теперь…

– Подожди-ка, но ведь у Гвидо есть еще один ребенок, – нахмурилась я.

– Год назад он почти на месяц куда-то уехал. А как вернулся – сразу женился на дочери кузнеца. Через девять месяцев родился ребенок. И это точно сын Гвидо.

– Значит, все же вылечился, – задумчиво потер подбородок Вард. – Ладно, это пока не важно. Получается, кто твой настоящий отец – ты не знаешь?

– Не знаю. Скорее всего, мать выбрала кого-то из проезжавших через город.

– И очень вероятно, что это был маг, – кинула я. – Но столько лет прошло. Уже и не выяснишь.

– Что теперь будет?

Мы с Вардом переглянулись. Хороший вопрос.

– Обычно дар проявляется лет в шестнадцать и раскрывается сразу. У тебя ауры мага еще не видно. Значит, вспышка не была полноценным раскрытием, а только его предвестником.

– Но я стану магом и смогу уехать отсюда, да? – В глазах Майло загорелась надежда.

– Да.

– И что я за маг?

– Пока сложно сказать, – пожала плечами. – Сто процентов – темный. И судя по тому, что случилось с Пушинкой – скорее всего некромант.

– Я превратил ее в нежить? – тут же поник парень, глянув на кошку.

– Не думаю, – медленно ответила я. – Она мало похожа на нежить. Но твоя вспышка определенно что-то изменила в ней.

Никогда о таком не слышала, если честно. Вот только Пушинка спокойно сидела на руках у хозяина, мурлыча, не собираясь ни превращаться в жадного до крови монстра, ни умирать окончательно. Наверное, в этом и правда виновата вспышка. Поток чистой неоформленной энергии зацепил только что погибшую кошку и будто бы удержал ее в каком-то подобии промежуточного состояния. Будто она зависла между жизнью и смертью. Но насколько долго это продлится – вот в чем вопрос.

Видимо, Вард думал о том же, потому что осторожно предложил Майло:

– Может, нам лучше забрать ее с собой? На время, только чтобы убедиться, что с Пушинкой все в порядке.

– Забирайте, – не стал спорить парень. – Иначе Гвидо точно убьет ее, уже окончательно.

Он погладил кошку по спинке и бережно передал мне. Я тихонько вздохнула. Пушинка не стала упираться или вырываться, а прижалась ко мне так доверчиво, что внутри поднялась новая волна ярости. Кем нужно быть, чтобы ударить такое маленькое и безобидное существо?

Боги, а ведь Майло останется здесь, вместе с Гвидо, который наверняка затаил злобу. В крепость его не увезешь. И в Солистир не отправишь. Тринадцатилетнему парню, который никогда не был дальше местных деревень, да еще и с нестабильным даром, точно понадобится присмотр. А ни я, ни Вард не можем отлучиться из крепости так надолго. Надо хотя бы амулет ему дать.

– Где там наши лошади? – я поднялась.

Понимая, что с кошкой на руках перелезть через забор не так легко, Вард не стал беречь имущество Ферранта и просто распилил секцию забора заклинанием. А когда сдвинул ее в сторону, нам открылась странная картина. Возле моей лошади стоял какой-то тщедушный мужчина и держался за ее зад.

– А вот и воришка, – нехорошо усмехнулся Нор.

– Я не воришка, – возмутился