Сладкое вино желания - Кимберли Лэнг

— Что? — Вопрос подруги на мгновение застал Бренну врасплох. — Да, мы начали там же, где и в первый раз.

— И это хорошо закончилось, — фыркнула Дайана.

— Тогда мы оба были очень молоды. Сейчас мы не только занимаемся сексом, но и много разговариваем. Ой! Полегче, Ди.

— Прости, — пробормотала Дайана. — Сиди смирно.

Бренна расправила плечи:

— Джек гораздо глубже, чем может показаться на первый взгляд. Кажется, он меня сейчас понимает.

— Хорошо, что тебя хоть кто-то понимает.

Бренна состроила гримасу:

— Я не настолько безнадежна.

— Это ты так считаешь. Я бы сказала, что идти на свидание с мужчиной, которого ты еще на прошлой неделе терпеть не могла, верх безумия.

Эта же самая мысль не давала ей покоя с самого утра.

— Значит, ты думаешь, что это плохая идея?

Пожав плечами, Ди снова взяла щипцы:

— Я не знаю Джека так хорошо, как ты, но я знаю, что, когда речь идет о нем, ты не способна трезво оценивать ситуацию. — Она слегка понизила голос: — Я не хочу, чтобы ты снова страдала.

«Я тоже, — подумала она, затем отбросила эту мысль. — Времена меняются. Люди меняются». Они оба могут извлечь из прошлого полезный урок.

— Я взрослый человек. Я знаю, во что ввязываюсь.

— Правда? — Дайана уставилась на отражение Бренны в зеркале. — Что изменилось с тех пор? Что на этот раз удержит тебя от ошибок?

Она уже несколько дней мучается этим вопросом.

— Мы стали старше и мудрее. Теперь мы лучше все понимаем. Ты видела его в субботу вечером. Скажи мне, разве он не отличается от прежнего Джека?

— Он показался мне более спокойным, чем раньше. Не представляю себе прежнего Джека, играющего в субботу вечером в скребл.

— Вот видишь. Тогда мы оба были слишком молоды, чтобы работать над нашими отношениями. Сейчас все по-другому.

— Это замечательно, Бренна. Правда. — Ее слова прозвучали натянуто.

— Думаешь, мне следует остановиться, пока еще не поздно?

Дайана положила руки на плечи Бренны и слегка их сжала:

— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, Бренна. Если Джек сможет сделать тебя счастливой, я буду только рада. Но не позволяй нескольким сказочным ночам и красивым цветам ослепить тебя. Думай на этот раз и головой тоже.

Бренна подумала об огромном букете из пионов и гортензии на столе в ее кабинете.

— Как ты узнала про цветы?

Их привезли в понедельник утром. К счастью, Бренне удалось перехватить посыльного по дороге, и их никто не увидел. По крайней мере, она так думала. Остается лишь надеяться, что проницательная Ди не знает о ее ночных телефонных разговорах с Джеком.

— Ты ведь за это мне платишь, не так ли? — Приколов последний локон, Дайана окинула критическим взглядом прическу Бренны. — Думаю, готово. Закрой глаза.

Бренна подчинилась, и Ди побрызгала на ее прическу спреем для волос. Бренна закашлялась и помахала перед собой ладонью.

— Что ты думаешь? — спросила Дайана.

Бренна открыла глаза и посмотрелась в зеркало. Длинные мягкие локоны обрамляли ее лицо. Остальные были красиво уложены на затылке.

— Ты просто волшебница, Ди. Можно одеваться.

Бренна затаила дыхание, пока Дайана застегивала ей молнию. Простое черное платье-футляр облегало изгибы ее фигуры, делая ее женственной и элегантной. Надев лучшие туфли Ди, она покрутилась перед зеркалом:

— Ничего себе.

Дайана снова окинула ее взглядом и слегка одернула подол платья:

— Это точно. Ты великолепно выглядишь.

— В твоем платье. — Она рассмеялась, когда Дайана протянула ей сумочку. — Если бы не ты, мне пришлось бы пойти на это мероприятие в джинсах.

— Это мое счастливое платье. Оно было на мне в тот вечер, когда я встретила Теда. — Сев на стул, который до этого занимала Бренна, Дайана улыбнулась.

Бренна подмигнула ей:

— Значит, мне тоже повезет.

— Только будь осторожна, хорошо?

— За платье можешь быть спокойна. Я сомневаюсь, что Джек будет его с меня срывать.

Ди серьезно посмотрела на нее:

— Платье меня не волнует.

В этот момент внимание Бренны привлекла какая-то тень, промелькнувшая за окном, и она отодвинула штору, чтобы посмотреть, что это.

— Джек прислал лимузин. Он не привык довольствоваться малым. — Она взяла шаль и сумку со сменой одежды и туалетными принадлежностями.

— Бренна…

— Обещаю, что буду осторожна, Ди. Я больше не наивная девчонка, — Она обняла Дайану свободной рукой. — Спасибо тебе за все.

— Желаю хорошо провести время. Когда ты планируешь вернуться домой? Завтра? В пятницу?

— К пятнице я точно вернусь. В этот день Джек рано утром улетает в Нью-Йорк. Присмотри за домом.

— Обязательно. Иди веселись.

Шофер, назвавшийся Майклом, дружелюбно улыбаясь, помог ей забраться в салон.

— Отлично выглядите, мисс Уолш.

— Спасибо, вы очень любезны.

Откинувшись на спинку мягкого кожаного сиденья, Бренна вздохнула. Когда она в последний раз ездила в лимузине, с ней был Джек. Они посетили какую-то вечеринку, но покинули ее рано, потому что снова поссорились. На заднем сиденье они помирились привычным для них способом и выпили бутылку скотча. К тому времени, когда они приехали домой, оба были пьяны.

Такой была история их отношений с Джеком. Ссора. Примирение. Ссора. Примирение. Время, место и причина менялись, но сценарий всегда был один и тот же. Удивительно, но она не помнила причину той ссоры, зато помнила, какие слова Джек шептал ей на ухо во время их примирения…

Ей вдруг стало душно, и она включила кондиционер. Перед ее взором нарисовалось встревоженное лицо Ди. Ее сомнения не были безосновательными. Почему она, Бренна, уверена, что на этот раз все будет по-другому? На что она надеется? На то, что они с Джеком снова будут вместе? Сколько продлятся их отношения на этот раз?

Она смотрела в окно на проносящиеся виноградники Сонома-Вэлли. От «Аманте Верано» до Сан-Франциско больше пятидесяти миль. Сан-Франциско для нее совсем другой мир. Мир, частью которого ей так и не удалось стать.

Права ли Дайана? Движется ли она навстречу катастрофе? В прошлые выходные Джек просто ублажал ее или он действительно захотел ее снова?

«Все может быть по-другому», — сказала себе Бренна. У них с Джеком больше не осталось неправильных представлений друг о друге. Она достаточно взрослая и сумеет вовремя положить конец этому эксперименту. Она никогда себя не простит, если по меньшей мере не попытает счастья.