Сведу тебя с ума - Ольга Рузанова

Прикусив ее нижнюю губу, я вынимаю пальцы и обхватываю член ладонью. Приставляю головку к входу и начинаю проникать в нее. Дженни напрягается.

— Расслабься, — командую, — смотри мне в глаза и не зажимайся.

Послушно кивает, расслабляется, но менее узкой от этого не становится. Я напряжен максимально, каждая моя мышца тверже камня, но упорно продолжаю погружаться в нее.

— Боже… ты огромный!..

— Больно?

— Нет, — мотнув головой, облизывает губы, — мне странно… непривычно, но не больно.

— Привыкнешь.

Дохожу до упора, замираю. Насаженная на меня Дженни ошеломленно хлопает ресницами. Я тоже в легком шоке. Мне в ней идеально.

— Дженни… это пиздец…

— Да.

Упираюсь в нее лбом, прихватываю губы к коротком поцелуе и совершаю первый несильный толчок. Жарко, тесно, так, сука, кайфово!..

— Держишься?..

Сцепляет руки на моей шее.

— Да.

Планировал держать инстинкты под контролем, но теперь не уверен, что справлюсь. Вбиваясь в желанное тело, уже вряд ли смогу остановиться.

Ускоряя темп, впиваюсь зубами в ее подбородок. С каждым ударом выбиваю из нее стоны и держу взгляд, мутный, неосмысленный, полный низменных желаний.

— Жанна…

В какой-то момент мне кажется, что готова отключиться. Голова запрокидывается назад, тело выгибается.

— Я… умираю…

Подкинув ее на себе с помощью колена, врезаюсь до конца и, высунув язык, прохожусь им по ее щеке.

Дергается резко, стискивая меня руками, а затем, роняя их вдоль своего тела, откидывается на стенку за спиной и начинает кончать.

С десяток мощнейших спазмов и легкие судороги всех мышц.

Я, на грани собственного взрыва, не дожидаюсь, когда она придет в себя. Зафиксировав ее бедра, довожу себя до финиша всего за несколько секунд. Успеваю вытащить за мгновение до оргазма и изливаю сперму на ее живот и лобок.

Немного оглушенный и потерянный в пространстве, чувствую глядящие меня руки Дженни, ее губы на моем лице, тихий шепот.

— Макс… Максим…

— Ммм?..

Молчит. Водит губами по моей щеке и молчит.

Даю нам обоим пару минут, а затем, быстро ополоснувшись, выхожу из душа.

— Я курьера встречу.

Надеваю чистые трусы и выхожу в лоджию покурить. В телефоне сообщение от Стефы — наша совместная фотография трехгодичной давности с припиской:

«Помнишь, как ты меня целоваться учил?»

«Помню» — пишу, отмечая, что в последнее время ее звонки и подобного рода послания участились.

Скоро свадьба. Мне следует быть к ней внимательнее, а я все время про это забываю.

Глава 23

— Вкусно? — упираясь локтями в стол, спрашивает Макс.

Проглотив последний кусочек курицы, я запиваю зеленым чаем и, как аристократка, промокаю губы уголком белой салфетки.

— Не хочу показаться занудой, но сорт риса для паэльи выбран не совсем удачно.

— Согласен, больше у них заказывать не буду.

— Но в целом очень вкусно, — спешу добавить, дабы не выглядеть неблагодарной, — я наелась, спасибо.

Максим не перестает смотреть на меня, кусая свою нижнюю губу и интимно улыбаясь, излучает порок и испорченность. Секс в душе ему понравился. Меня же потряс до глубины души, хотя я в принципе человек не эмоциональный.

Я не думала, что так бывает. Что мое тело способно дарить такие ощущения. Что оргазм с его членом внутри в сотни раз ярче и сильнее и буквально лишает сознания своей мощью.

Я хочу это испытывать еще и еще.

С ним я хочу попробовать все, что только возможно.

Краснея от собственных фантазий, прячу лицо за чашкой с чаем.

— Перестань пялиться, — бормочу, делая небольшой глоток.

— Не могу…

Поднимается на ноги и, взъерошив волосы, обходит барную стойку и останавливается около меня. На нем ничего, кроме натянувшихся на его эрекции боксеров и бьющей по моим оголенным нервам харизмы. На мне его белая рубашка, которую я планирую стащить, уходя домой.

— Что? — вскидываю взгляд, и в следующую секунду оказываюсь сидящей на столешнице.

Высокий стул, на котором я сидела, падает набок.

— Не могу не смотреть и не трогать, когда ты так близко, — шепчет, располагая руки по обеим сторонам от меня.

Меня бросает в жар. Чуть отклонившись назад, я смотрю в его глаза.

— Я же говорила, что сведу тебя с ума.

Растянув губы в широкой улыбке, он раздвигает мои колени и встает между ними. Обхватывает мое лицо ладонью и шепчет в губы:

— Свела… Но и у тебя крыша едет от меня, Дженни.

— Пф-ф…

— Мы оба сходим с ума, — касается меня губами, — и это так приятно, да?.. Признайся.

Чертовщина какая-то. Прежняя я, засмеялась бы в голос и покрутила у виска, а сейчас мои кости плавятся подобно горячему воску, а все происходящее разум принимает за истину последней инстанции.

Мне кажется, это самое идеальное и чертовки правильное, что случилось в моей недолгой жизни.

Избегая признания, я обвиваю его ногами и тянусь к губам. Раскусивший мою хитрость Макс, хрипло смеется и цапает меня зубами.

— Рядом с тобой я постоянно хочу трахаться.

— Со мной? — провоцирую я.

— С тобой, Дженни… Завалить тебя, раздеть догола и облизать всю с ног до головы…

Низ моего живота наливается тяжестью, дышу через раз и, прикрыв глаза, чувствую его губы на своих. Оттянув немного нижнюю, он толкается языком в мой рот. Целует медленно — порочно, неторопливо, но ритмично.

Меня ведет, голова кружится, перед глазами белые вспышки. Слышу, как издалека, звон посуды, шелест бумажных салфеток, а уже скоро оказываюсь лежащей на спине вдоль стойки.

Смотрю на Максима из-под опущенных век, дурея от того, что чувствую. Хорошо и заранее страшно.

— Что ты хочешь?..

— Завалить, раздеть и облизать всю с ног до головы, — повторяет, расстегивая пуговицы надетой на мне рубашки.

— С ума сошел?!

— Закрой глаза и не смотри, так ощущения будут ярче…

— Макс! Блин!..

— Расслабься, — ловит мой взгляд, — я буду делать с тобой все, что захочу.

— Боже… конченный…

Пытаюсь следовать его указаниям. Расслабляю мышцы спины и живота и прячу лицо в сгибе локтя.

Лежу. Рецепторы и нервные окончания искрят напряжением.

— Ма-а-акс… — тяну, и в этом момент моей левой коленки касаются его губы.

Вздрагиваю как от удара током. Из горла вырывается нервный смешок, который тут же трансформируется в сдавленный стон, потому что горячий наглый язык начинает вырисовывать узоры на внутренней поверхности бедра.

Промежность лижут языки пламени.

— Ты течешь, Дженни… — хрипит возбужденно, — вся сочишься соком…

— Заткнись, умоляю!..

На мне нет белья. Я знала, что сегодня оно не понадобиться и, представив, какая картина открывается взору Данилова, вспыхиваю.

Он бормочет что-то еще. Переходит на другое бедро, прикусывая и посасывая кожу, а