Его сокровище - Эмилия Росси

К нам быстро подошла красивая женщина лет сорока с темно-каштановыми волосами, оливковой кожей и строгим выражением лица.

— Ну наконец-то, босс, — сказала она, скрестив руки. Затем она посмотрела на меня. — Я доктор Ария Амато, а ты, должно быть, София. Ты слишком хороша, чтобы застрять с этим, — она кивнула в сторону Маттео.

— Я думал, ты торопишься, — проворчал он.

Я подняла брови, глядя на них с улыбкой.

— Вы двое похожи на брата и сестру.

— Я знаю его всю свою жизнь. Мне пока не удалось от него избавиться, — сказала доктор Амато, и уголки ее губ тронула улыбка.

— Я покупаю тебе целую чертову клинику, а потом вынужден выслушивать оскорбления?

— Именно так, — ответила она. Ее глаза потеплели, когда она посмотрела на меня. — Спасибо, что пришла, София. Я не совсем уверена, что девушки говорят по-русски. Я пыталась использовать переводчик, но они почти не реагируют. Возможно, из-за травмы. Я узнала, что их зовут Анастасия и Катерина. Я осмотрела их, когда они прибыли. У них были порезы и синяки, но самое страшное — сексуальная травма.

Мое сердце сжалось, и я быстро заморгала, чтобы не заплакать. Я чувствовала себя беспомощной. Что я могу сделать, чтобы помочь этим девушкам? Но сейчас дело было не в моей грусти. Им нужен был кто-то, кто их выслушает, и я сделаю все, что в моих силах.

— Они, очевидно, напуганы и недоверчивы, — продолжила она. — Поэтому я очень надеюсь, что ты сможешь их понять и они заговорят с тобой. Если у них есть дом, куда можно вернуться, мы отвезем их туда. Если нет, найдем для них безопасное место.

— И получим информацию о том, кто их похитил и что они видели, — грубо добавил Маттео.

Доктор Амато бросила на него неодобрительный взгляд, прежде чем снова повернуться ко мне.

— Я пойду, узнаю, согласны ли они с тобой встретиться.

Я ждала за дверью, пока доктор Амато была в палате.

Маттео подошел ко мне поближе.

— Ты точно готова? — спросил он.

Я нахмурилась, глядя на него.

— Да, готова. А ты?

Он усмехнулся.

— Я всегда готов.

Я только хмыкнула. Он казался напряженным, но я не понимала, почему.

Доктор Амато вышла из комнаты.

— Кажется, они поняли достаточно, чтобы согласиться поговорить с тобой. Давай попробуем?

Я улыбнулась ей, когда она открыла дверь передо мной. В комнате были большое окно и две кровати, но обе девушки прижались друг к другу на одной из них. Они выглядели примерно нашего с Милой возраста. Так же, как и мы с Милой, одна была блондинкой, а другая — шатенкой. Их глаза были полны страха и недоверия, когда они смотрели на меня.

— Привет, меня зовут София, — тихо сказала я по-русски. — Вы понимаете меня?

Девушки сильнее прижались друг к другу, но ничего не ответили.

— Я понимаю, что вам страшно, но обещаю, что здесь вы в безопасности. Я прослежу за этим. — На самом деле, не в моей власти давать такое обещание, но я доверяла доктору Амато.

Я неловко оглядела комнату, не зная, что делать. Затем подъехала к небольшой книжной полке и взяла в руки знакомый любовный роман.

— Хорошая книга, — сказала я, чувствуя себя глупо, поднимая ее, чтобы показать девушкам. — Не знаю, есть ли русский перевод, но могу поискать, если хотите. То есть, если вы любите читать романы. Мы с сестрой зачитывались ими. — Я поставила книгу на полку. — Или, может быть, вы не знаете русский?

— Мы тебя понимаем, — прошептала шатенка. Она прочистила горло и повторила уже более уверенно.

Мое сердце забилось быстрее.

— Очень приятно познакомиться, — сказала я. — Вы сестры?

Они обе кивнули.

— Я Катя, а это Стася, — сказала шатенка. Сестра прижалась к ее плечу. Моя грудь сжалась, когда я представила, как Мила и я могли бы оказаться на их месте.

— Тебя кто-то обидел? — вдруг спросила Стася, заговорив впервые.

Я склонила голову набок.

— Что ты имеешь в виду?

Она указала на мою инвалидную коляску.

— О, нет. Я родилась с… — я запнулась, не зная, как перевести синдром Элерса-Данлоса. — Ну, с диагнозом, из-за которого мне иногда трудно ходить.

Она кивнула, ее плечи слегка расслабились от моего ответа.

— Ты знаешь тех мужчин, которые нас сюда привезли? — спросила она.

Я кивнула.

— Один из них мой муж, Маттео, — произнесение слова «муж» вслух сделало это реальным.

— Он дал нам конфеты, потому что я сказала, что люблю шоколад, — тихо сказала Стася.

Она вытащила большой бумажный пакет из-за спины и показала его мне — он был доверху набит шоколадными конфетами.

— Хочешь одну?

Я собиралась отказаться, но мой живот заурчал. Завтрак казался таким далеким.

— С удовольствием соглашусь, спасибо.

Я подъехала ближе, чтобы взять любимую шоколадную конфету с карамелью.

Я издала одобрительный звук, откусив кусочек.

— Сколько вам лет?

— Мне девятнадцать, — ответила Катя. — Стасе семнадцать.

Я чуть не подавилась, мне пришлось ущипнуть себя за бедро, чтобы не заплакать.

— Можете рассказать, что с вами произошло?

Когда они молчали, я добавила:

— Пожалуйста, я просто хочу помочь.

Катя гладила сестру по волосам. Я была уверена, что они откажутся говорить со мной. Я была чужой, и у них не было причин доверять мне. Но потом Катя начала говорить.

— У нас дома был один мужчина, — она быстро заморгала, и Стася сжала ее руку крепче. — Он сказал, что может устроить нас на работу в Америке. Наши родители умерли несколько лет назад, и в нашем городе не так много возможностей. Поэтому мы согласились. Он привез нас в Бостон.

Я склонила голову. Ее русский язык звучал с акцентом.

— Вы не из России?

Катя покачала головой.

— Из Украины.

Я улыбнулась и перешла на украинский.

— Моя бабушка по маминой линии была украинкой.

Бабушка жила с нами, когда я была маленькой. Она умерла, когда мне еще не было шести, но у меня остались только светлые воспоминания о ней.

Девушки расслабились, услышав родной язык, и я даже увидела небольшую улыбку у Стаси.

— Что произошло, когда вы прибыли в Бостон? — спросила я.

— Нас поселили в тесной квартире с тремя другими женщинами и забрали все наши документы. Мы работали, убирая дома по ночам. Я не знаю, сколько мы там были… несколько недель? Месяц? А потом, однажды вечером, когда мы собирались на работу, в квартиру ворвались люди в масках. Они посадили нас в фургон. Несколько дней мы переезжали