Несерьезные намерения - Келли Хантер

— Ты когда-нибудь занималась серфингом? — спросил он, когда они позже сидели на песке и смотрели на волны.

— Я каталась на сноуборде, — лениво протянула она. — У меня сохранились очень приятные воспоминания об одной зиме в Швейцарии, когда я была бесстрашной королевой горы.

— Я поражен. Что произошло потом?

— Потом мы переехали в Бахрейн. — Она томно вздохнула. — Именно там я научилась водить машину.

— Если ты не хочешь, чтобы я лопнул от зависти, пожалуйста, не говори мне, что твои уроки вождения проходили за рулем гоночного автомобиля.

— Разумеется, я не ездила на гоночном автомобиле. — Поднявшись, она стряхнула с одежды песок. — Я училась водить «хаммер» в пустыне. Моего инструктора звали Карл. Несмотря на то что внешностью и манерой поведения он походил на бравого солдата, гонять со мной по пустыне он побаивался. Даже на «хаммере».

— В таком случае обычный серфинг может показаться тебе слишком спокойным занятием. Если сегодня поднимется ветер, мы займемся кайтсерфингом[1].

* * *

Ни серфинг, ни кайтсерфинг не показались Руби спокойными. Полет на дельтаплане, который состоялся на следующий день, она тоже таким не назвала бы. Помимо этого они много плавали и занимались любовью. В перерывах Руби нежилась на солнышке или спала.

Деймону для отдыха хватало ночного сна. Днем он редко спокойно сидел на месте. Он не смотрел телевизор, а использовал его в качестве источника фонового звука, когда чем-то занимался. Даже находясь в своей компьютерной комнате, он делал десять вещей одновременно, причем с большой скоростью.

Принимать пищу ему нравилось прислонившись к кухонной стойке. Как-то вечером они ездили ужинать в ресторан на берегу залива. Деймон держался молодцом, но было видно, что он с большим удовольствием потратил бы это время на что-нибудь другое.

Глядя на него, Руби представляла себе, каким неугомонным он был в детстве. Должно быть, учителя лезли из кожи вон, чтобы дать знания мальчику, который не мог сосредоточиться на чем-то однообразном и монотонном. Ему было скучно делать уроки, сидя за компьютером, и он нашел для себя более увлекательное занятие — хакерство.

Для ощущения полноты жизни ему необходимы новые места, новые люди и постоянные источники адреналина.

Теперь она понимала, почему он выбрал для себя именно такой жизненный путь. Его работа дает ему необходимый адреналин, позволяя постоянно находиться в движении. Он не сможет вести предсказуемую размеренную жизнь.

— Ты гиперактивный, не так ли? — спросила его Руби как-то вечером, когда он пытался смотреть вместе с ней фильм.

Он посмотрел на нее с настороженностью, затем решил, что фруктов им мало, и отправился на кухню за печеньем.

— Это лишь один из ярлыков, — сказал он, вернувшись с тарелкой. — Были и другие.

— Например? — Не дождавшись ответа, она продолжила: — Дай угадаю. Интеллектуально одаренный, но невнимательный и неусидчивый.

— Ты попала в точку.

— Синдром дефицита внимания?

Не глядя на нее, он взял кожуру от манго и понес выбрасывать.

Руби восприняла это как положительный ответ и расхотела досматривать кино. Покинув гостиную, она прошла на кухню, где Деймон резал манго, которое с недавних пор стало ее любимым лакомством. Взяв одну дольку, она отправила ее в рот и улыбнулась, когда Деймон положил рядом с ней на стойку полотенце. Должно быть, он не хочет, чтобы она прикасалась к нему липкими руками.

— Как ты смотришь на то, чтобы завтра на пару дней слетать в Сидней? — предложила она, сменив тему. — Слышала, там есть гоночный трек. Может, нам удастся найти две машины и пару инструкторов-добровольцев и немного посоревноваться? Я не могу допустить, чтобы мой гоночный опыт на бахрейнском автодроме пошел коту под хвост. Я все-таки там была. Прости, что не упомянула об этом раньше. Наверное, меня отвлекли воспоминания о том, как Карл безутешно рыдал над сломанным картером коробки передач своего «хаммера».

— Ты сломала ему картер?

— Не нарочно, но Карл смотрел на меня так, словно хотел убить. — Она взяла еще одну дольку манго и предложила ему: — Хочешь?

— Не нужно предлагать мне несколько тем для разговора, Руби, — спокойно произнес он. — Я могу сосредоточиться на одной. Да, в детстве мне диагностировали синдром дефицита внимания и гиперактивности — СДВГ.

Руби нахмурилась:

— Тебе прописали лекарства?

— Да, но меня было нелегко заставить их принимать.

— Ты бунтовал?

— Я в них не нуждался. Я могу себя контролировать. Могу сосредоточиться на чем-то одном. Нет необходимости предлагать мне интересные занятия всякий раз, когда тебе кажется, что мне скучно. — В его тоне слышались обида и раздражение. — Не нужно мне потакать.

— Что в этом плохого? — мягко возразила она. — Я думала, что перестала быть просто гостьей в этом доме. Со дня моего приезда сюда ты только и делаешь, что балуешь меня, и я подумала, что настало время тебя отблагодарить.

Съев еще дольку манго, Руби подошла к раковине и сполоснула руки.

— Я не сужу тебя, Деймон. Я пытаюсь тебя понять, но всякий раз, когда я подхожу близко к своей цели, ты воздвигаешь новый барьер. — Стряхнув с рук капли воды, она повернулась и ткнула пальцем в широкую грудь Деймона: — Это сильно раздражает.

— Правда? — вкрадчиво произнес он.

— Да, черт побери, — ответила она, снова ткнув пальцем в его грудь. — И перестань пытаться меня отвлечь с помощью секса.

— Я думал, тебе нравится заниматься со мной сексом.

Еще как! Особенно после их жарких споров.

— Дело не в этом. — Она снова ткнула в него пальцем, только на этот раз он поймал ее руку и прижал к своей груди.

— Что между нами происходит, Деймон? Мы хотим ближе друг друга узнать или у нас просто мимолетная интрижка, для которой этого не требуется? Или ты все еще пытаешься понять, можешь ли доверять мне свои секреты? Прошу, ответь мне. Я не могу играть в эту игру, если не знаю правил.

— Никакой игры нет. — Деймон слегка передвинул ее ладонь, и она почувствовала, как бьется его сердце. — И правил тоже нет. Есть только спонтанная защитная реакция на критику, которой я подвергаюсь всю свою жизнь, — произнес он с горечью. — У меня нет всех симптомов СДВГ. Я могу сконцентрироваться на чем-то одном, когда хочу. Я думаю, прежде чем делать. Я могу быть спокойным.

— Правда?

— Да, могу.

— Но у тебя нет в этом необходимости. Ты организовал свою жизнь таким образом, что тебе не нужно быть спокойным, и в этом нет ничего предосудительного. Так живут многие. В моем окружении всегда были активные талантливые люди, преданные своему делу, любящие риск и не умеющие сидеть на месте. К их числу принадлежат мой отец, Расселл и третий муж моей матери, хотя ему и нравится проводить время дома. Это заслуга моей матери. Она делает все для того, чтобы его тянуло домой.