Пока она не передумала - Элли Блейк

Митч подавленно молчал.

— Вы и представить себе не можете, на каких работах ей приходилось работать, чтобы обеспечить себе пропитание и крышу над головой, — продолжала Кристин. — И при этом Вероника продолжала сотрудничество с благотворительной ассоциацией, она не сняла с себя этой обязанности, даже после смерти матери. Урывками продолжала учиться, постигать новое, работать над собой. Вы можете скептически относиться к ее достижениям, но вы никогда не знали, каким одиноким и неуверенным в себе подростком была Вероника, когда мы с ней познакомились. Для меня же очевиден этот прогресс, этот настоящий личностный прорыв... Это, конечно, частный случай. Уверена, у многих ваших подруг были свои подобные истории. Но вам они безразличны. Вы чувствуете только собственную боль... Я знаю, Митч, вы не ищите сочувствия. Но, к сожалению, не испытываете его и к другим, при всех ваших положительных качествах. Красивая женщина для вас — не более чем игрушка.

— Спасибо, Кристин, что высказали свое мнение, — пробурчал Митч Ганновер. — Не сомневайтесь, я его учту.

— Уж будьте так любезны. Говорю это вам, не оглядываясь на принципы субординации. Если вы раните Веронику, вы ее убьете. Терпение человеческое не бесконечно, и надежду нельзя испытывать беспредельно.

— За кого вы меня принимаете, Кристин! — возмутился босс. — По-вашему, я одержим жестокостью?

— Я этого не говорила, Митч, — сухо возразила она. — Но все, что я должна была сказать как человек, как друг, я сказала. Теперь только от вас зависит, как вы используете эти сведения... Это все! — заключила помощница.

— Похоже, что все, — грозно отозвался начальник.

Митч Ганновер резко развернулся на каблуках и зашагал прочь. Кристина сознательно не стала смотреть ему вослед.

У нее не было уверенности, что она поступила правильно и что Вероника одобрит сам факт вмешательства в ее отношения с Митчем, тем более согласится с содержанием сказанного. Но Кристин молчать не могла. Всю неделю ее тревожило ожидание бури. Она читала на лице подруги надежду на хрупкое счастье. И сердце сжималось от предвкушения драмы.

Она боялась даже предположить, как сам Митч расценит и употребит эту информацию. Не станет ли ее пылкая речь поводом к преждевременному разрыву с Вероникой. Этого Кристин не смогла бы себе простить. И все же рискнула. Она, как и ее подруга Вероника, жила надеждой на хеппи-энд в сугубо женском понимании.

В течение нескольких дней Вероника не получала от Митча ни звонков, ни электронных посланий, не видела его самого.

Девушка старалась не придавать этому особого значения. Она помнила о собственных словах, себя же и считала ответственной за последствия. Ей казалось немыслимым требовать постоянства от мужчины, которого за прошедшие с момента их знакомства пару недель видела с несколькими разными женщинами. Она сама подписалась под таким сценарием. Никто ее не понуждал.

Разумом она отдавала себе отчет в необоснованности своих надежд. Но кто руководствуется разумом в делах любви?

Став его женщиной, Вероника с ужасом осознала, что только он, один он ей и нужен. И никто никогда не сможет занять его место в ее израненном сердце. И это она сочла своей судьбой, которую готовилась принять без сомнений и колебаний.

Вероника думала о нем постоянно. Каждое мгновение Митч владел ее сознанием. Она проверяла мобильный телефон, электронный почтовый ящик, телефон в своем кабинете, автоответчик дома. Она ждала. Жизнь научила эту девушку стоическому терпению. В своем самоотверженном терпении она становилась непоколебимо твердой и мудрой.

Вероника четко знала, что, какой бы своей стороной ни обратилась к ней в каждый следующий миг удача, она найдет способ утвердить себя в этой жизни. Только в периоды ожидания она могла для себя четко определить цель, чтобы к ней идти.

В среду в полдень, проходя к кабинету Бориса, она остановилась, чувствуя, как заходится от волнения сердце. И лишь потому, что до ее слуха донесся голос Митча Ганновера.

Всего секунду спустя распахнулась дверь, и в коридор стремительно шагнул Митч, но тотчас резко остановился, столкнувшись с Вероникой.

— Привет, незнакомец! — непринужденно поприветствовала она босса.

— Что?! — от неожиданности вздрогнул он. — Что ты тут делаешь?!

— Работаю на одного мужчину, — жарким шепотом ответила она ему.

— Надеюсь, он отплатит тебе за твои старания, — грубо пошутил он.

— Сомневаюсь, — отозвалась Вероника, сощурив огненные глаза. — Меня приучили довольствоваться малым.

— Все меняется, — неопределенно сообщил Митч, нервно поправив узел галстука.

— Что, например? — прямо спросила девушка.

В следующее мгновение она обнаружила себя в его объятьях.

— А как же уговор? — обеспокоенно спросила она.

— А кто нас видит? — легкомысленно бросил Митч.

— По крайней мере, на работе мне хотелось бы пользоваться своими правами, — возразила Вероника.

— Правами? — удивленно вскинул брови Митч.

— Быть с тобой для меня не только приятно, но и ответственно, — объяснила она.

— Расслабься, — небрежно произнес Митч. — Это только поцелуй.

— Поцелуй, без которого ты обходился ровно три дня! — не удержалась от упрека Вероника Бинг.

— Ах, вот оно в чем дело! — многозначительно вздохнул он и пошел по коридору.

— У меня есть идея по поводу организации следующего аукциона! — отчаянно крикнула ему вслед влюбленная девушка.

— Изложи письменно и отправь мне по электронной почте, — на ходу отозвался он.

— Ты не хочешь выслушать меня?! — возмутилась Вероника.

— Увы, но у меня просто нет на это времени, — нагло ответил босс.

— Слушаюсь, сэр! — резко бросила она.

Митч Ганновер остановился.

— Я серьезно тебе говорю. Отправь электронной почтой. Я рассмотрю...

— Отлично, шеф, я прямо сейчас так и сделаю. Только вы уж не забудьте прочесть.

— Не забуду, — заверил ее Митч.

— Рада слышать. В таком случае я вас больше не задерживаю, — процедила она сквозь зубы.

Развернувшись на каблуках, Вероника поспешила в свой кабинет, понимая, что это конец.

Она вновь угодила в замкнутый круг, что уже неоднократно происходило. Она опять позволила своим фантазиям увлечь себя в безнадежность.