В сетях соблазна - Сандра Мэй

Вот такие дела. Да, чуть не забыла. Брюс Кармайкл оказался просто свой чувак, отличный парень и все такое. Блин, совершенно немыслимо представить то, что я хочу сказать, в письменном виде, но я… Короче, девочки, Я С НИМ ПЕРЕСПАЛА. Надеюсь, вы понимаете, что мирное похрапывание на соседних сиденьях лимузина здесь ни при чем, и вообще сон тоже ни при чем, потому что все произошло в здоровенном бассейне с нарисованной русалкой, после того, как мы выпили шампанское по тысяче баков за бутылку. Вот сейчас написала и поняла, как это пошло звучит, но что поделать. С ним было потрясающе. И я ничуть не жалею. Более того, я скучаю по нему, немножечко. Это остаточные явления, просто он весь вечер и всю ночь был таким лапочкой и тюпочкой, что обалдеешь, а теперь все кончено, и мы все знаем, что так и должно быть, ведь верно? Потому что я не могу быть его девушкой, это совершенно исключено. Вот если бы он был редким сортом рододендрона, я бы ухаживала за ним и каждый день мыла в душе. Голой. Хахаха. Вы не думайте, я не пьяная и не в истерике, я просто очень рада, что у меня есть вы, потому что мне необходим совет, как жить дальше, а поскольку вы постоянно даете мне кардинально противоположные советы, то истина наверняка где-то рядом. Я вас ц., споки ноки, пишите мне, но не забудьте предварительно все хорошенько обдумать. Ваша Синдерелла. ПыСы. Чуть не забыла, Сэнди притащила обалденный анекдот в тему: Телеграмма Фее-крестной от Синдереллы. «Пропустила полночь. Застряла в тыкве. Бухаю с мышами». Прямо про меня!».

Два дня спустя, вечер понедельника, та же квартира, то же кресло. Лили Смит, ненакрашенная и, пожалуй, даже и непричесанная, все в той же футболке и драных джинсах сидит все в том же кресле. Ноутбук светится перед ней тусклым голубоватым светом, рядом лежат сотовый и обычный телефоны. На лице у Лили почти буддистская отрешенность и умиротворение.

На самом деле этой отрешенности предшествовали несколько часов интенсивного обгрызания ногтей и бесплодного ожидания звонка из приемной Шеймаса Тидла. Надо ли говорить, что никто не звонил? А когда она набралась наглости и позвонила сама, отвратительный в своей неискренней вежливости голос автоответчика с прискорбием сообщил, что мистер Тидл ужас как занят, и предложил оставаться на линии.

Лили Смит была девушкой умной и абсолютно не склонной к вырыванию волос и посыпанию главы пеплом. Она успокоилась, выпила чаю и констатировала для себя самой факт, что усилия Ширли Бэнкс, судя по всему, дали свои отравленные плоды, и Шеймас Тидл не забыл про нее, а сознательно избегает, по крайней мере, оттягивает разговор до тех пор, пока самолично все не проверит.

Вот она и сидела с отрешенным видом, утешая себя воспоминаниями о былом счастье.

Вчера в новостях показывали репортаж о вечеринке в «Деревянном башмаке». Гениально снято! Брюс был буквально в каждом кадре, но от Лили ухитрились везде оставить лишь кусочек локтя. Даже удивительно, учитывая, что весь этот вечер они провели практически в обнимку.

Все эти два дня она тщетно пыталась убедить себя, что вполне способна отнестись к произошедшему, как к прекрасному, но короткому эпизоду собственной жизни. Ничего не получилось. Сейчас, на исходе вторых суток после вечеринки, Лили Смит отчетливо понимала: ей нужен ее бизнес – и Брюс Кармайкл.

Лучше бы он был не таким идеальным. Плохо целовался. Предпочитал экзотический секс. Был импотентом. Но нет, Брюс был потрясающим, немыслимым, несравненным во всех отношениях, да к тому же еще и хорошим человеком. Добрым. Воспитанным. Дружелюбным. Честным. Не заносчивым.

Лили вздохнула и вышла из ступора. Хорошо, что Сэнди обещала зайти за ней и прогуляться до кофейни на углу. Можно будет поговорить, хотя с Сэнди О’Хара не разгуляешься. Экстремизм у ирландцев в крови, и маленькая нонконформистка не признавала пустых страданий на сердечную тему. Лили даже побаивалась рассказывать ей подробности…

Звонок в дверь вывел ее из астрала окончательно. Лили встала, потянулась и направилась к двери, ворча себе под нос:

– Иду я, иду… Вероятно, это все потому, что ты рыжая. Взрывной характер и нулевой порог терпимости… Сэнди! Прекрати трезво…

Это была не Сэнди. Точнее, не совсем Сэнди. Прямо перед дверью стоял Брюс Кармайкл. Неотразимый, как и всегда, в голубой рубашке в мелкую полосочку и потертых джинсах с декоративными дырками на коленях. Стильно, дорого, сногсшибательно. В принципе, он даже гармонировал с Сэнди О’Хара, которая обнаружилась здесь же, слегка южнее. Разумеется, в полной мере затмить великолепие наряда Сэнди Брюс не мог – это было не под силу никому из живущих в подлунном мире. Камуфляжные штаны, цыганский широкий пояс со множеством карманов, кружевной топ, меховая безрукавка и деревянная кобура от маузера в качестве дамской сумочки. На кобуре болтался потертый лисий хвост, а голова Сэнди напоминала закат очень ветреного дня – концы ее рыжих прядей были выкрашены в радикально алый цвет. Все это великолепие было отягощено – в буквальном смысле слова – коллекцией тусклых цепей с брелками в виде черепов, летучих мышей, символов инь и ян и прочей ерунды.

Брюс придушенно кашлянул и сообщил:

– А я тут мимо шел, дай, думаю, зайду…

Сэнди бодро подхватила:

– Я чуть не врезала ему по чайнику сумочкой. Думала, один из местных придурков собирается отлить в нашей парадной. А он, оказывается, просто ждал лифт! Думал, что его починили. Кстати, Лили, он прикольный.

Лили прислонилась к стенке и изо всех сил постаралась выглядеть безмятежной.

– Привет, Брюс. Удивлена – но рада.

– Я не позвонил, извини…

Сэнди вклинилась между ними.

– А на какую тусу мы завалимся сегодня?

Брюс робко поинтересовался, начиная пятиться:

– Если у вас двоих планы на вечер, то я…

Лили подалась вперед. Скорее всего, она совершает ошибку, но если он сейчас уйдет, то уж точно навсегда.

– Мы просто собирались выпить кофе в местной забегаловке. Там плохо кормят, но кофе варит настоящий турок. Пойдем с нами?

– Кофе?

– Да. Обычный кофе. По-турецки. Вполне можешь рискнуть.

– Я… конечно. С удовольствием.

Сэнди отвесила мощный хлопок по плечу Брюса.

– Душка Кармайкл. Пусть мне кто скажет, что все мильонщики снобы. Наш Брюс не такой. Вперед, Христово воинство! Йо-хо, удача при мне…

И Сэнди решительно зашагала вниз по лестнице. Кобура хлопала по тощей заднице, камуфляжные штаны шуршали, цепи звенели, а мелодичный, хоть и хриплый голосок выдавал точную мелодию старинной пиратской баллады. Лили с улыбкой взглянула на Брюса, и он тоже ответил ей робкой улыбкой – а потом привычным уже жестом приобнял за талию и привлек к себе.

– Я скучал.

– Я тоже. А если честно – как ты здесь оказался?

– Да случайно, говорю же. Ездил по магазинам, то-се… Через час у меня встреча, так что кофе в самый раз.

Лили кивнула и сосредоточилась на своих ощущениях. Рука Брюса лежала на ее бедре привычно, властно и немного небрежно, но ее тепло распространялось, казалось, по всему телу. Лили почувствовала во всем теле легкость, а на молчание Шеймаса Тидла ей стало решительно наплевать.