Да кто тебе нужен, генерал! - Екатерина Жданович

Генерал сверлил меня взглядом. В комнате повисла тишина. Я чувствовала, как его взгляд давит на меня, требуя честного ответа, но я не знала, что сказать.

— Вы ошибаетесь, Ирен, — наконец произнес Даррен, нарушив молчание. — Поцелуй может значить очень многое. Он может быть знаком доверия, проявлением симпатии, а может быть и оружием. Вы прекрасно это знаете, раз используете его в своей работе.

Я закусила губу, понимая, что он прав. Я думала, поцелуи станут частью моей тактики. Но с Дарреном все было иначе. Его поцелуй выбил меня из колеи, заставил почувствовать то, чего я давно не испытывала, а именно уязвимость и смущение.

— Так что? — настаивал генерал.

— Вы лучше всех… — прошептала я пустые слова.

Генерал довольно улыбнулся. В этом отражалось не только самодовольство, но и какая-то детская наивность, что делало его не таким уж и грозным.

— Это было блаженство, как розовые облака на закате… теплое вино, согревающее душу, ванильное мороженое, тающее на языке, — хихикнула я, но быстро взяла себя в руки, понимая, что перехожу грань дозволенного, — как ливень в жаркий полдень, освежающий и дарующий долгожданное облегчение…

— Хватит издеваться, — резко прекратил он мое наступление, его лицо вновь окаменело.

В голосе прозвучала сталь, предупреждая о последствиях дальнейших провокаций.

— Даррен, вы сами начали эту игру… — парировала я, не желая отступать.

Внутри меня боролись противоречивые чувства. С одной стороны, желание подразнить его, с другой — страх переступить черту.

— Я… — растерялся он.

— Ну, ладно… я, — признала я вздохнув. — Поцелуи что-то значат? Вы же ходили к любовнице. Целовали ее, это что-то значило?

— Нет! — отрезал он.

— Как и наши поцелуи — ровно ничего, — произнесла я, чувствуя, как осколки этой фразы вонзаются в самое сердце.

В этот момент я ощутила себя маленькой и беззащитной. Генерал вздохнул.

— Ладно, Даррен, — произнесла я, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Давай вернемся к делу. У нас есть важное дело, и нам нужно сосредоточиться на ней.

Генерал кивнул. Я открыла блокнот и принялась делать пометки, стараясь не смотреть в его сторону. Каждое слово, каждая цифра давались с трудом. Мысли путались, а сердце бешено колотилось в груди.

— Попробуем в течение четырех дней устроить вечер, — склонившись над блокнотом, старательно вырисовывала какую-то вычурную загогулину, пытаясь вплести в нее все свои надежды.

Перьевая ручка нервно скользила по бумаге, оставляя за собой кляксы.

— Сколько? — Даррен, смотрел на меня с нескрываемым любопытством.

— Пока не знаю, — я подняла голову и сделала вид, что вижу перед собой лишь цифры и расчеты.

— Как сообразите, принесите мне счет лично, — в голосе Даррена прозвучало что-то, что заставило меня вздрогнуть.

Это была не просто просьба, а скорее приглашение.

— Хорошо, — прошептала я.

— Поцелуемся? — Даррен произнес это так просто, так буднично, словно предлагал выпить чашку кофе.

— А? — я растерялась.

— Ирен, иди сюда, — Даррен протянул, его глаза смотрели с такой нежностью, что перехватило дыхание.

— Мы, кажется, все выяснили, — я попыталась уйти от ответа, спрятаться за формальностями.

— Ладно, — Даррен с легкой грустью в голосе встал.

— Я провожу вас, — заторопилась я, но оставляла дистанцию.

На прощанье он поцеловал мне руку и скрылся.

Глава 26

Даррен

Это полный бред!

Я вышел из агентства леди Ирен спокойно и полным достоинства шагом дошел до кареты. А вот внутри уже позволил себе эмоции. Скривился, выругавшись, и досадливо стукнул по лавке.

Нет, ну правда, детские игры! Что я, мальчишка, уговаривать женщину к близости?!

И ведь я ей нравлюсь, могу чем угодно поклясться, но нет, носик свой милый воротит. Ведет себя как девица, еще жизни не знавшая, а не взрослая женщина.

И что мне, отступить? Черта с два! Я хочу эту женщину, и я ее получу! Не будь я генерал Даррен Кануэлл!

— Ладно, Ирен, в следующий раз ты сдашься, даю слово, — шепнул я и зло улыбнулся.

Мой вынужденный отпуск подходил к концу, но рисковал вылиться в бессрочную отставку. Я ведь действительно думал, что все разрешится гораздо быстрее и легче. Никак не ожидал, что юные особы настолько сложные создания и мне придется потерпеть столько поражений разом. Ладно, будем надеяться, что задумка Ирен принесет свои результаты, пока же стоило вникнуть в дела, что я пропустил, пока занимался дамскими юбками.

Документов скопилось много. Еще больше дел требовало моего появления, но одно письмо, с неприятно знакомой, высокомерной печатью королевского дома, намекало, что моему появлению без выполненного приказа не обрадуются. Очень хорошо читался между строк намек, что на новую должность не годится человек, который даже с такой малостью, как женитьба справиться не может.

Зарычав, я почти швырнул письмо на стол и зажмурился, поминая разом всех знатных господ, от которых зависела моя карьера, и женщин, от которых зависело то же самое.

Отзвуком моих полных досады мыслей раздались шаги за дверью. Голоса, легкий стук, и наконец в кабинет сунулся слуга.

— К вам леди Ирен Хилл. Прикажете впустить?

Ну наконец-то! После нашей последней встречи прошло уже два дня, и я стал опасаться, что леди обломала зубки о свою идею. Но нет, похоже, все у нее идет как надо, а сейчас меня, возможно, будут в очередной раз обирать. Но это и хорошо. Мне нужна разрядка. Нет, мне нужно срочно поправить самомнение, а то после этих неудач легко потерять веру в свою силу и власть.

Я невольно бросил взгляд за окно и оскалился в совсем уж недоброй улыбке. Для поездки ко мне леди дождалась конца рабочего дня, и сейчас за стеклом медленно, но неотвратимо сгущались сумерки. А значит… а значит, у меня есть все шансы.

— Да, проводи леди в малую гостиную. Подай вина и легкие закуски. Вели всем разойтись, никто не должен нам мешать. Даже чтобы на глаза не попадались!

И я жестко вгляделся ему в глаза.

— Я понял, сэр.

— Отлично, только смотри, чтобы леди не услышала. Скажи, что я скоро спущусь, предупредишь, когда все будет готово.

— Я понял, сэр.

— Иди.

Слуга поклонился и вышел, а я откинулся на спинку стула, с довольством глядя на дверь, но представляя там совсем другую картину.

Слуга справился быстро и вновь скользнул в дверь.

— Все готово, сэр.

— Отлично, — встал я и довольно потянулся. — Свободен. Тебя я тоже не должен видеть!

— Я понял, сэр, — вновь поклонился он и исчез.

А я оправил костюм и выскользнул из кабинета. Тело, повинуясь предвкушению, само включило хищника. Шаги стали быстрыми, но скользящими, плавными. Слух обострился, как и взгляд. Пришлось