Измена. Три яблочка для кицунэ - Милла Мир

— Мэй-сан, — раздался голос из дома. На пороге стояла женщина. Старая, с седыми волосами, собранными в пучок, с морщинистым лицом и быстрыми глазами. Она посмотрела на лисичку, в её взгляде было что-то такое, отчего у легенды перехватило дыхание.

— Тётя Харуко? — прошептала изумленная кицунэ.

— Ты помнишь меня, — женщина улыбнулась. — А я думала, что ты забыла.

— Как вы… как вы здесь?

— Я всегда была здесь, — Харуко вышла во двор, подошла ближе. — Я ждала тебя.

— Ждали? — Мэй нахмурилась. — Но откуда вы знали, что я вернусь?

— Я не знала, — Харуко покачала головой. — Но я надеялась. Тетя не перестает надеяться. — Родственница обняла Мэй, в этой женщине было что-то родное, теплое, то, чего она была лишена все эти годы.

— Проходите, — сказала Харуко. — В доме мало места, но для всех хватит.

Дом оказался больше, чем казался снаружи. Внутри было чисто, уютно, пахло травами и старым деревом. Харуко накормила путников ужином, напоила чаем и только потом спросила:

— Дорогая, зачем ты вернулась?

— Я хочу забрать то, что принадлежит мне по праву, — Мэй поставила чашку. — Клан. Честь. Силу.

— И убить Хару? — прямо спросила Харуко.

— Если придётся.

— Придётся, — старуха вздохнула. — Он не отдаст тебе добровольно власть. Предатель слишком долго правил, слишком многого добился.

— Расскажите мне о нём, — попросила Мэй. — Что здесь произошло после моей смерти?

Харуко рассказывала долго:

После смерти Мэй Хару объявил себя главой клана. Те, кто сопротивлялся, были убиты или изгнаны. Он заключил союз с императором, пообещав ему верность клана в обмен на титулы и земли. Он женился на дочери одного из самых влиятельных аристократов, тем самым укрепив свое положение. Он правит железной рукой, и за долгие годы клан стал сильнее, чем когда-либо.

— Люди не любят твоего бывшего, — сказала Харуко. — Они его боятся. Это разные вещи.

— Есть кто-то кто меня помнит? — спросила Мэй.

— Их мало, — старуха покачала головой. — Но они есть, они ждут твое легендарное возвращение.

— Где я могу их найти?

— Не сейчас, — Харуко внимательно посмотрела на роднульку. — Сейчас ты должна понять, кто твой друг, а кто враг. В столице это не всегда очевидно.

— Я знаю.

— Ты думаешь, что знаешь, — Харуко горько усмехнулась. — Но столица изменилась, Мэй. Ты изменилась. Тот, кто был твоим другом, мог стать врагом. А тот, кто был врагом…

— Может стать моим другом?

— Мог захотеть использовать тебя, — жёстко сказала Харуко. — Будь осторожна, племянница. В столице не верят никому.

Ночью Мэй сидела на крыше глядя на огни города. Кай поднялся следом:

— Не спится?

— Я не привыкла к тишине, все время мне кажется, что кто-то подкрадывается.

— Это столица, — Кай сел рядом. — Здесь всегда кто-то к кому-то подкрадывается.

— Ты знал этот город до того, как стал охотником?

— Знал, — Кай помолчал. — Я родился здесь. В бедном квартале. Моя мать была прачкой, отец носильщиком. Они умерли, когда мне было десять.

— И ты остался один?

— Один, — он кивнул. — Потом меня подобрал старый охотник. Научил всему, что умел.

— И ты стал охотиться на духов?

— На тех, кто заслуживал, — Кай посмотрел на неё. — Не на всех подряд.

— А на меня?

— Ты не заслуживаешь, — он усмехнулся. — Пока.

Мей рассмеялась:

— Спасибо, охотник. Это лучший комплимент, который я слышала за последнее время.

Глава 18 “Первый союзник”.

На следующее утро к дому Харуко пришёл посетитель, Мэй узнала его сразу. Высокий, седой, с лицом, изрезанным морщинами, в дорогом кимоно с гербом клана. Когда-то он был её советником. Когда-то она доверяла ему свою жизнь.

— Мэй-сан, — старик поклонился, в его голосе послышалось волнение. — Вы вернулись.

— Сато-сан, — Мэй не двигалась с места. — Вы пришли ко мне, как друг или как враг?

Старик выпрямился:

— Как друг.

— Тогда поясните, — Мэй сложила руки на груди. — Где вы были, когда меня убивали? Где вы были, когда Хару захватил клан? Где вы были, когда мои сторонников убивали или изгоняли?

Сато опустил голову:

— Я был трусом, — сказал он тихо. — Я испугался. Я не вступился. Я спрятался. Я винил себя все эти годы.

— Почему вы не ушли? — спросила Мей. — Почему вы остались в клане?

— Потому что кто-то должен был остаться, — Сато поднял голову. — Кто-то должен был помнить. Кто-то должен был ждать. — Мужчина вынул из-за пазухи маленькую шкатулку. — Госпожа, это принадлежит вам, я хранил это всё время.

Мэй открыла шкатулку. Внутри лежала печать главы клана — та самая, которую она носила на поясе. Золотая лиса с девятью хвостами:

— Я думала, Хару присвоил мои вещи..

— Он искал, — Сато кивнул. — Но я спрятал её там, где он никогда не нашёл бы.

— Где?

— В святилище. Под алтарем. Под тем самым, где вы молились перед битвами.

Мей сжала печать в руке, она была тёплой, живой, словно ждала этого момента все эти годы:

— Сато-сан, вы пришли не только за этим…

— Нет, — старик кивнул. — Я пришел предупредить вас. Хару знает, что вы в столице. Он ждёт вас.

— Я знаю.

— Он не просто вас ждёт, — Сато понизил голос. — Он готовит вам ловушку. Завтра во дворце будет большой прием в честь победы над северными кланами. Все знатные дома будут там.

— Хару будет там?

— Будет, он ждет, что вы придёте.

— Почему?

— Чтобы убить вас на глазах у всех, — Сато посмотрел в глаза лисички. — Чтобы показать, что никто не может бросить ему вызов. Чтобы доказать, что он — истинный глава клана.

Мей усмехнулась:

— Значит, приглашение на бал? Я никогда не любила балы.

— Мэй-сан, это опасно, — Сато покачал головой. — У Хару есть союзники при дворе. Много союзников. Император стар и слаб, он слушает тех,