Одна помолвка на троих - Галина Куликова

– Мне кажется, ты на него не попадешь, – заметил Глеб рассеянно.

– Ну, до полуночи еще есть время.

– Ты назначил свидание в полночь? – Глеб оторвался от созерцания уличного пейзажа и повернулся к другу лицом: – Хочешь внести в отношения немного волшебства?

Артем достал из кармана сигареты и показал их Глебу с уморительной физиономией. Это означало, что он просит разрешения закурить прямо тут. Глеб махнул рукой – ладно, мол.

– Волшебство отношений, мой друг, – ответил Артем, сделав первую затяжку, – означает, что твоя избранница ведьма. Поэтому лично я стараюсь отсечь романтику сразу, после первого же подаренного букета.

– Послушать тебя, так ты прямо магистр соблазнения и разврата.

– Ну… Ученую степень я еще не получил, однако веду большую экспериментальную работу.

В этот момент раздался легкий стук в дверь. Мужчины удивленно переглянулись. Дело в том, что сотрудники фирмы час назад отправились на учебу, и Глеб с Артемом чувствовали себя полновластными хозяевами всего десятого этажа.

Дверь медленно открылась, и в кабинет вошла… она. Женщина в красном платье. То есть сейчас платье на ней было совершенно другое, но тоже вызывающее, с узким глубоким вырезом, который вроде бы ничего не открывал, но привлекал излишнее внимание. Свои темные кудри она убрала назад, но сделала это откровенно небрежно, и они лезли из прически так, что хотелось их немедленно расчесать.

– Кого я вижу! – воскликнул Глеб, почувствовав, что кровь в его жилах побежала быстрее и как-то даже веселее, что ли. – Агата, если я не ошибаюсь? Не буду врать – удивлен. Ну, заходите, коли пришли. Тёмыч, поздоровайся с дамой.

Артем, который понятия не имел, что это за дама такая пожаловала, выбрался из кресла и из вежливости положил сигарету на край пепельницы.

– Здрасте, – пробормотал он, жадно разглядывая незнакомку.

– Добрый день, – ответила она.

От ее низкого голоса Артем с ног до головы покрылся мурашками удовольствия. Она не была красавицей, но взгляд сразу прилипал к ней и не желал отрываться. С грацией кошки она преодолела расстояние от двери до стола и остановилась, в упор глядя на хозяина кабинета.

– Вижу, вы сегодня без документов, – ехидно сказал тот. – В прошлый раз, – пояснил он специально для Артема, – она меня ими угостила от души.

Тот, конечно, ничего не понял, но на всякий случай улыбнулся и подставил Агате стул.

– При мне можно курить, – разрешила она и одним мягким движением села на предложенное место.

Артем готов был поклясться, что сейчас она закинет ногу на ногу. Однако она этого делать не стала, а приняла какую-то удивительно расслабленную позу, дававшую понять, что она уважает всех присутствующих, но не слишком-то напрягается. Это было красиво.

Схватив свою сигарету, Артем несколько раз затянулся, не зная, должен ли он отчалить сразу или можно еще немного побыть тут и насладиться представлением. В том, что это будет именно представление, он нисколько не сомневался. Он знал своего друга как облупленного и теперь просто нутром чуял, что грядет какая-то драма.

– Сгораю от любопытства, зачем это вы пожаловали, – сказал Глеб, обходя стол и приближаясь к гостье.

Он уловил едва различимый запах незнакомых духов и уставился на ее напомаженные губы.

– Ну… думаю, вы все-таки догадались зачем, – ответила она довольно дружелюбно.

«Чтобы попытаться впихнуть Кареткину обратно в мою приемную», – подумал Глеб с иронией. Говоря по правде, он готов был капитулировать сразу, но для солидности решил немного повредничать:

– Слушайте, возможно, я поступил жестоко…

– Возможно?! – Агата посмотрела на него с возмущением. – Никаких возможно. Вы поступили очень жестоко.

– Кстати, Тёмыч, чтобы ты знал, – снова обратился Глеб к своему другу. – Агата – подруга моей секретарши Кареткиной.

– Лучшая подруга, – подсказала та.

Светка постоянно твердила о том, что именно она лучшая подруга, и Агата как-то постепенно свыклась с этой мыслью.

– Если ваша беседа будет приватной, я пойду, – сказал Артем.

– Нам нечего скрывать, – пожал плечами Глеб. – Кроме того, ты тоже в этом участвовал. забыл?

– Ну… я… – промямлил Артем. – Я просто внес в бумаги кое-какие дополнительные пункты…

– Я слышала, у вас скоро свадьба. – Агата, кажется, совсем не обращала внимания на Артема и, не отрываясь, смотрела на Глеба.

– При чем здесь моя свадьба? – Тот высоко поднял левую бровь, сделавшись похожим на пса, которому предложили ириску.

– Притом. Вы не можете жениться, не уладив дело с Кареткиной, – спокойно и твердо заявила Агата.

– Не вижу связи между моей женитьбой и увольнением секретарши. – Глебу было любопытно, как она поведет разговор и какие аргуметы собирается привести, чтобы добиться своего.

– Хотите знать, что я сделала бы на вашем месте?

– Ну-ну?

– Я бы женилась на Кареткиной.

Глеб некоторое время потрясенно молчал, потом ожесточенно потер подбородок.

– На мой взгляд, это радикальный способ осчастливить вашу подругу. Ну, а если серьезно? Чего она хочет? Материальной компенсации? Восстановления статус-кво?

Он следил за каждым движением Агатиного лица. Расшифровывать мимику собеседника его учили в школе бизнеса. Однако в данном конкретном случае психология оказалась бессильна. Глеб чувствовал себя так, словно его не просто выбили из колеи, а вышибли из нее пинком, и он улетел в космос, где и завис в безвоздушном пространстве.

– Вы ведь понимаете, в каком Светлана сейчас положении? – нахмурилась Агата.

Глеб стоял слишком близко, и это заставляло ее нервничать. В голове не было ни одной достойной мысли. «Тоже мне, защитница! – подумала она с досадой. – А ну-ка, соберись».

– Да ладно вам! Уволенные секретарши всегда находятся в одном и том же положении, – ответил Глеб.

Его заявление показалось Агате невероятно циничным.

– Я слышал, Кареткина уже нашла себе новую работу, – внезапно подал голос Артем, который все это время следил за разговором.

– Но мы сейчас говорим не о работе. – Агата повернулась и посмотрела на него немного обиженно. – Мы говорим о том… о том, что Глеб Аркадьевич себе позволил.

Поскольку Глеб Аркадьевич никогда ничего себе не позволял, он ни черта не понял и подумал, будто Агата осуждает его за то, как он передразнивал подчиненную на стоянке.

– Ну да, это было глупо, – осторожно сказал он.

– Глупо?!

– Некрасиво.

– Уже лучше. – Агата устроилась поудобнее, и в вырезе ее платья показалась белоснежная полоска кружев.