Теория блондинок - Кристин Хармел

Однако смех смехом, а ответа на волнующие меня вопросы я так и не получила. Выходит, как бы я ни кривлялась, Скотт все вытерпит: короткое обтягивающее платье и прекрасные глупенькие глазки делают свое дело. Но нельзя же оставшуюся жизнь (да хоть бы оставшиеся две недели нашего эксперимента) притворяться, что голова у меня только для того, чтобы есть! Да и вряд ли все мужчины с такой же готовностью, как Скотт, западут на мои фокусы. Наверное, на будущее стоит придержать коней и позволить моей блондинке чуть-чуть поумнеть. Надо только со Скоттом как-то разобраться… Ладно, пока хоть поем нормально.

Заново накрасив губы жуткой помадой, которую Эмми положила мне в сумочку, я вернулась за столик под встревоженный взгляд Скотта.

— Все хорошо? — нервно прошептал он, когда я уселась, и огляделся, опасаясь, что на нас все еще смотрят.

А может, ожидал, что я опять закачу истерику. Кстати, пока меня не было, тарелку с чудесными лапками успели убрать.

— Все в ажуре, — прощебетала я, поморгав с глупым видом, как будто понятия не имела, о чем он. — А что?

— Э-э… — выдал Скотт не хуже блондинки. Он уже не понимал, чего от меня ждать. — Э-э, сейчас нам принесут горячее.

— Классно! — радостно воскликнула я.

Когда через пять минут прибыло основное блюдо — соте из морского гребешка в эстрагоновом соусе для меня и филе-миньон в коньячном соусе для Скотта, он уже снова как ни в чем не бывало травил байки, совершенно забыв о неприятности с лягушачьими лапками. Поразительная сопротивляемость организма!

Я ему по-прежнему нравилась. Интересная вырисовывается картина: в нормальном своем облике я могу быть сколько угодно вежливой и любезной, а парни все равно пускаются наутек. Превращаешься в капризную блондинку и закатываешь сцену — они сидят как миленькие и ждут, что будет дальше. Надо же.

За едой Скотт непринужденно вещал о своей работе, доходах, о том, что ни одна женщина перед ним не устоит.

— Не знаю, как так получается. — Он притворно вздохнул и улыбнулся уголком рта. — Любят они меня, все любят. Пациентки, медсестры, секретарши… все, с кем ни знакомлюсь.

— Рада за тебя, — сухо поздравила я, недоумевая, к чему он.

— Ты же понимаешь, как сложно в такой ситуации выбрать одну-единственную.

— Конечно.

— Но ты, Харпер… ты совсем другая. — Он вздохнул и с притворным удивлением покачал головой. — Ты единственная покорила мое сердце.

Я уставилась на него, не веря своим ушам. Интересно, он всем подружкам говорит одно и то же? И что, они верят? Или добрый доктор приберег эту чушь специально для меня, особо одаренной блондинки?

— Э-э, да, мне жутко повезло, — наконец произнесла я, причем замешательство в голосе получилось само собой.

Скотт горячо закивал и подмигнул мне.

— Очень повезло, — согласился он. — Любая женщина все бы отдала, чтобы оказаться сегодня на твоем месте.

От скромности не умрет, это да.

— Отпад, здорово, что я сегодня здесь, — пропела я, не зная, что еще добавить.

— Вот-вот. — Снова кивок и подмигивание. — Ладно, — и он махнул рукой официанту, чтобы тот принес счет.

Стоп, а десерт?

— Как насчет поехать ко мне?

Бэ-э. Два раза.

— А что мы там будем делать? — непонимающе похлопала я ресницами.

Скотт проявил выдержку.

— Ну не знаю. У меня много чего интересного. Спальня, например…

Он интригующе замолчал и взял мою руку в свою.

— Так у тебя же в кровати тренажер, он не будет мешать?

Больше мне ничего в голову не пришло.

Во взгляде Скотта появилась безнадежность, а в голосе раздражение:

— Да нет у меня никакого тренажера!

Я по-прежнему глядела непонимающе.

— Но ты же сам говорил… — Я запнулась и сердито помотала головой. — Совсем запуталась.

На самом деле меня больше удивляло, почему такой в общем-то неглупый парень, как Скотт, никак не может догадаться, что я вожу его за нос. Он ведь и правда думает, что я такая дурочка. И чем дальше, тем заманчивее я для него становлюсь, то есть чем глупее, тем лучше. При этой мысли я чуть не плеснула в него остатками красного вина.

— Ну что, поедешь? — снова спросил Скотт.

Настойчивый, этого у него не отнять. Нет уж, с меня хватит. Забава — забавой, но меня уже начинало злить, что умному, преуспевшему в жизни мужчине нравится непроходимая тупица. По логике, его должна привлекать такая же умная и преуспевшая в жизни женщина, так нет ведь, он тащит домой безмозглую куклу.

Я подумала, как бы лучше ответить, потом, не говоря ни слова, вытащила из сумочки несколько купюр, чтобы оплатить свою половину счета. Положив их на стол, улыбнулась Скотту и встала. Он испуганно посмотрел на меня:

— Ты… ты чего?

— Я домой, — просто ответила я, мило улыбаясь.

Еще чуть-чуть, и я открою свои карты.

— Но… все же было хорошо! — воскликнул он, озираясь в отчаянии. — Нельзя же просто взять и уйти. Зачем я тебя ужином кормил? Ты должна поехать со мной!

— Должна? — резко переспросила я, недоуменно глядя ему в глаза.

Он замотал головой.

— Нет-нет, я не это имел в виду. Я хотел сказать, тебе самой будет жаль, если не поедешь. И потом, как насчет ужина, тебе ведь понравилось?

— Да, и я заплатила за свою половину, — мягко произнесла я уже своим собственным голосом. Пристально поглядев на Скотта, я снова улыбнулась. — К тому же мне до завтрашнего утра нужно закончить несколько документов для суда. Работа, что поделаешь. Спасибо за чудесный ужин.

Скотт ошарашенно заморгал.

— Каких еще документов? Ты о чем?

— Пояснительные записки по делам, — небрежно просветила я, захлопывая сумочку.

— Н-ничего не понимаю, — промямлил он жалобно, выходя из-за стола. — Ты же выступаешь в команде поддержки…

Я вопросительно приподняла бровь.

Скотт внезапно помрачнел.

— Что, не выступаешь?

— Разумеется, Скотт, я из команды поддержки, — твердо глядя ему прямо в глаза ответила я. — А ты настоящий джентльмен.

Он уставился на меня как баран на новые ворота.

Я улыбнулась — скорее сама себе, чем ему. А он еще долго смотрел мне вслед, когда я прошла через зал и, толкнув тяжелую дверь «Кафе ле Пти Пон», вышла на шумную улицу.