Меч и пламя - Патриция Филлипс

И тут стук раздался снова; на сей раз он прозвучал еще громче, еще настойчивее. Адель встала с постели, поежившись, когда ее босые ноги коснулись холодных циновок. На цыпочках подойдя к двери, она приложила ухо к гладким доскам.

– Адель! Откройте!

Девушка застыла на месте. На какой-то миг ее охватил приступ страха. Рейф! Он-таки явился к ней в спальню!

Дрожащими руками она отодвинула засов.

– Зачем вы заперлись? – Он быстро проскользнул в комнату.

– Я думала, в переполненной людьми харчевне так будет безопаснее. – Адель потянулась к плащу. У нее под рукой не оказалось другой одежды, чтобы набросить поверх ночной сорочки, и она стояла, все еще дрожа, завернутая в свой отороченный мехом плащ.

– Наверное, вы правы, и… прошу прощения за то, что ворчал на вас, – произнес он извиняющимся тоном, направляясь к камину и протягивая к пламени замерзшие руки.

– Где вы были?

– Устроил проверку перед сном. Кстати, я зашел проведать Вэла; он чувствует себя намного лучше, а вашего мерина уже обиходили и накормили овсом. – Рейф остановился, не решаясь сообщить ей то известие, ради которого он, собственно, и пришел сюда. Как только это произойдет, он уже не сможет взять свои слова обратно.

– Я обдумал все то, о чем мы говорили раньше, и пришел к определенному выводу, – начал де Монфор, осторожно поднимаясь с места. Потолок в комнате был настолько низким, что ему казалось: если он резко выпрямится, то ударится головой о стропила.

– Каков же этот вывод?

– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы расстроить вашу помолвку с д’Авраншем. И еще. Даю вам слово, что не оставлю вас одну в Саммерхее.

– Тогда зачем нам вообще ехать туда?

– Я собираюсь заключить с д’Авраншем сделку. Он никогда вас не видел, так же как и король, поэтому ничто не мешает мне подменить вас какой-нибудь простолюдинкой или скрыть ваше лицо под вуалью. Я пока не знаю в точности, что именно предприму, – мне надо обдумать детали, однако хочу, чтобы вы знали: мое решение окончательно и бесповоротно.

Адель изумленно взглянула на него.

– Вы надеетесь, перехитрить д’Авранша?

– Нет, леди. Я намерен торговаться.

– Торговаться? Но как?

– Объявив вас своей невестой, – ответил он на одном дыхании. – То есть, конечно, если вы не против?

– О, Рейф, надо ли спрашивать!

Он улыбнулся и протянул к ней руки.

– Иди сюда. Мы и так слишком много времени потратили напрасно.

Адель едва могла дышать. Она робко взяла его руки, все еще холодные после долгого пребывания на улице, и поднесла их к своим губам.

– Знаешь, о чем я сейчас думала? – призналась она с застенчивым смешком.

– Нет. Скажи, если можешь.

– Мне отчего-то представлялось, что ты спишь с той белобрысой особой.

Рейф негромко рассмеялся:

– Надеюсь, теперь ты догадалась, что это неправда?

– Да. Если бы это было правдой, тебя бы здесь не было и ты не думал бы сейчас о том, как избавить меня от брака с Хью д’Авраншем… Или… Да ты, должно быть, шутишь надо мной! – Она с досадой замолчала, заметив, что он ухмыляется во весь рот. – Как ты смеешь, Рейф де Монфор, смеяться над моими переживаниями!

– Моя прелесть, ты изводила себя без нужды, – прошептал он, прижимая ее к себе. – Мне не нужна никакая другая женщина, кроме тебя. Завтра мы обдумаем наши планы, а пока я только хотел предупредить о своем решении, – он, наклонившись, поцеловал ее в лоб. – И еще пожелать тебе спокойной ночи.

– По-моему, ты просто лжец. – Адель, запрокинув голову, попыталась рассмотреть его лицо при свете камина. – Изображаешь простодушие, а между тем устроил так, чтобы мои камеристки спали в соседней комнате, и не поправил хозяина, когда тот принял меня за твою жену!

– Виноват, не скрою. Должен признаться, в глубине души я питал безрассудную надежду на то, что ты…

– Что я пущу тебя в свою спальню? – подсказала Адель, руки которой под складками плотного плаща дрожали от волнения.

– Нашу спальню, не забывай, – поправил он ее. – Как ты верно заметила, хозяин трактира считает нас мужем и женой. – С этими словами Рейф принялся поглаживать ей спину, касаясь пальцами ее тяжелой золотисто-каштановой косы. – Я еще никогда не видел тебя такой. – Он перекинул косу через плечо Адель и развязал скреплявшую ее ленту, так что светлые шелковистые волосы облаком легли ей на плечи.

– А разве ты не знаешь, что это зрелище, которое женщина обычно приберегает для мужа или возлюбленного?

– Но я могу стать для тебя и тем, и другим…

– О да… для меня это было бы счастьем.

Адель с трудом верилось, что все это происходит наяву. Ей казалось, будто время остановилось и она сама находится не в спальне трактира на площади небольшого городка посреди безымянной долины, а парит высоко над облаками, уносясь вместе с ветром в небесную синь. Она невольно спрашивала себя, хватит ли у нее сил стоять здесь, трепеща от возбуждения, и смогут ли ослабевшие ноги удержать ее от падения на циновки.

Де Монфор расстегнул пряжку ее плаща, и тяжелое одеяние рухнуло на пол, оставив хозяйку комнаты в одной тонкой льняной сорочке. Едва переводя дух, Адель спрашивала себя не без тревоги, выглядит ли она привлекательной в его глазах и насколько лестным окажется для нее сравнение с другими женщинами, которых он знал. Однако, как только Рейф привлек ее к себе, она перестала беспокоиться о таких мелочах и всецело отдалась своим ощущениям.

Сейчас, в его объятиях, одетая в ночную сорочку, сквозь которую без труда можно было рассмотреть изящные линии ее тела, она выглядела такой маленькой и беззащитной! Барон затаил дыхание. Ощущение от мягкой нежной плоти, проступавшей под тонкой тканью сорочки, заставляло кровь струиться быстрее в его жилах. Пытаясь побороть страсть, овладевшую всем его существом и распалившую огонь в его чреслах, де Монфор старался прислушаться к настойчивому голосу рассудка, который требовал от него вести себя осторожнее – ведь она была еще совсем юной и неопытной.

– Адель… сокровище мое, я так люблю тебя!

Эта мысль терзала его всю последнюю неделю, и теперь ему с трудом верилось, что он наконец-то произнес заветные слова, движимый зовом своего отчаянно бившегося сердца.

Его страстное признание снова заставило ее затрепетать.

– О, Рейф, я тоже люблю тебя. Так было всегда, даже когда мне казалось, что я тебя ненавижу.

Рейф улыбнулся счастливой улыбкой в ответ на ее произнесенные шепотом слова.

– Быть соперниками порой не так уж плохо, – признался он, глядя в ее прелестное лицо. – Но могу тебя заверить, что быть любовниками намного приятнее.