Падший ангел - Джейн Киддер

– Это для ребенка.

– Для ребенка?

– Ага, – кивнул Натан. – Увидев, сколь легкомысленно вы носитесь верхом с ребенком на руках, я решил сделать вам заплечный мешок.

– Я езжу очень осторожно, – сжав зубы, процедила Элис. Опять он ее ругает!

– Ну ладно, – уступил Натан, – возможно, «легкомысленно» – не совсем верное слово. Однако все нормальные женщины почему-то прекрасно чувствуют себя в повозках… Но если уж вам так хочется ездить верхом, то, думаю, с этим вам будет удобнее.

Он подошел к ней и протянул странную сумку. Элис выхватила ее у него из рук, стараясь, чтобы их пальцы не соприкоснулись. Она подошла к лампе и внимательно рассмотрела сумку. В днище были прорезаны две дырки, а к верхнему краю крепились подтяжки.

– И что мне с ней делать? Положить туда Колина и таскать, как мешок картошки?

Натан нахмурился и шагнул к Элис.

– Давайте я покажу вам, как пользоваться этим мешком.

Элис послушно отдала ему сумку.

– Повернитесь и поднимите руки, – распорядился он. Элис послушно вскинула руки, и Натан надел сумку ей на спину, превратив холщовую торбу в удобный заплечный мешок.

– Видите, как все просто, – с довольной ухмылкой проговорил рейнджер. – Теперь вам надо только посадить туда ребенка, продев ножки в дырки на дне, и закрепить мешок у себя на спине. А можно носить его на груди, если вам так больше нравится. Тогда малыш все время будет у вас на глазах…

Элис отчаянно крутила головой, пытаясь заглянуть себе за спину.

– Отлично! Прекрасная мысль! – с искренним восхищением проговорила наконец женщина. – И очень мило с вашей стороны, что вы сделали его для меня.

Натан широко улыбнулся, и улыбка эта, словно солнце, озарила все его лицо. У Элис перехватило дыхание. Она не видела улыбки грозного капитана Уэллесли с той давней ночи, что они провели вместе. Элис почти забыла, каким он становится красивым, когда улыбается. Женщина медленно стянула с плеч мешок и положила его на стол.

– Xотите есть, – мягко спросила она.

– Я голоден как волк! – весело откликнулся Натан.

– У меня осталось от ужина несколько гренков, и я могу поджарить вам бекон…

– Это было бы просто замечательно.

Натан отстегнул кобуру, снял ее и повесил на спинку стула, потом сел за стол. Элис быстро повернулась к плите. Как видно, капитан Уэллесли собирался сегодня поужинать в доме. Конечно, она, Элис, может вручить ему тарелку бекона и указать на дверь. Но женщине почему-то не хотелось этого делать. В конце концов, он целый день возился с этим мешком для Колина…

– А я думала, что вы хотели днем снова изводить меня расспросами.

– Хотел, – кивнул Натан, изучая затылок Элис.

– Но не стали, – продолжила она, все еще стоя к Натану спиной.

– Не стал, – опять согласился он.

Элис вздохнула и повернулась к нему лицом.

– А почему? – мрачно осведомилась она.

По губам Натана пробежала чуть заметная улыбка.

– Я решил, что это бессмысленно. Вы бы опять заявили мне, что навещали друга, так какой же смысл спрашивать?

– Но я действительно навещала друга! – возмущенно вскричала Элис.

– А как этого друга зовут, вы мне все равно не скажете.

– Верно. – Она опять отвернулась.

– Но почему вы так упорно скрываете от меня его имя? – Элис не успела открыть рта, как Натан ответил за нее: – Знаю, знаю, это не мое дело.

– Вот именно, – сурово кивнула женщина.

Натан вздохнул и покачал головой. Его взгляд скользнул по куску коричневой ткани, небрежно брошенной на столик возле кресла.

– Если честно, миссис Грэхем, то я хотел бы знать лишь одно: этот ваш «друг» – мужчина или женщина? – Натан снова покосился на ткань. Ему стало любопытно, что же это такое, и он подошел к столику и развернул шитье Элис.

– Это женщина, – тем временем пробормотала Элис, решив, что ничего не случится, если она скажет ему такую малость.

Натан не отвечал, и она повернулась посмотреть, в чем же дело. У нее упало сердце, когда она увидела, что он держит в руках брюки Линн и не сводит с нее, Элис, гневного взгляда.

– Что вы говорите? – иронически протянул рейнджер. – Но тогда чье же это? – Он со злостью швырнул брюки на столик. – Вы вообще способны хоть раз в жизни сказать правду, леди? Или только и делаете, что врете, врете, врете?! – Мужчина резко шагнул к Элис и, схватив ее за руки, притянул к себе так близко, что она почувствовала его дыхание на своем лице. – Кого вы покрываете? – рявкнул он.

– Никого! – прошептала потрясенная Элис, пытаясь ослабить его железную хватку. – Это брюки моей подруги, она носит их, когда работает у себя на ферме!

– Ну конечно! – процедил Натан сквозь зубы. – А я по воскресеньям надеваю в церковь панталоны моей младшей сестренки.

Неожиданно Элис рванулась в сторону и высвободилась из его могучих рук.

– Мне плевать, верите вы мне или нет, – выкрикнула она. – Я говорю правду!

Натан набрал в грудь побольше воздуха и с шумом выдохнул. Он вдруг понял, что просто ревнует Элис. Поэтому так и разъярился!

– Ну ладно, – сказал он, стараясь не повышать голоса, – давайте предположим, что сейчас в порядке исключения вы говорите правду. И что же вы делаете с этими женскими брюками?

– Я их зашиваю. У них разорвана правая брючина.

– Да? А что, ваша подруга сама не может зашить себе брюки?

– Наверное, может. Но я – хорошая портниха. Раньше я обшивала многих дам из Биксби и, кстати, неплохо зарабатывала. Но теперь я этим почти не занимаюсь.

Натан понимал, что сейчас она говорит правду. Накануне он тайно встречался с Уиллом Джонсоном и долго донимал его вопросами об Элис. Натан узнал, что раньше услугами Элис пользовались многие дамы Биксби, но после того, как она родила внебрачного ребенка, к ней обращаются лишь считанные единицы. Однако история о безымянной подруге, которая носит у себя на ферме мужские штаны, казалась Натану не слишком правдоподобной.

– Извините, миссис Грэхем, я вам не верю.

– Но это же правда! – закричала Элис и выхватила у него брюки Линн.

– Ваша правда, леди, слишком похожа на ложь.

– Да как вы смеете! – вспыхнула Элис. – Какое вы имеете право врываться ко мне в дом и обвинять меня во лжи?

– Имею, потому что вы лгунья.

– Нет, я не лгунья!

– Ну что ж, хорошо, – произнес Натан со зловещим спокойствием, – тогда скажите мне, пожалуйста, еще раз, кто отец Колина?