Милая плутовка - Джоанна Линдсей

Они оба молча наблюдали за тем, как подлетевший Иен Макдонелл с силой дернул на себя Тиддлза, не дав ему пнуть девушку ногой. Схватив матроса за грудки, Макдонелл, не повышая голоса, но так, чтобы было слышно на шканцах, зловеще сказал:

— Если ты еще хоть пальцем тронешь парнишку, я вынужден буду тебя убить.

— Он высказался весьма убедительно, — прокомментировал Джеймс.

— И главное — для всех это будет казаться вполне естественным.

— Ты уже изложил свою точку зрения, и незачем повторяться… Интересно, а что она сейчас говорит этому шотландцу?

Девушка встала на ноги и стала что-то тихо объяснять брату, который продолжал держать Тиддлза.

— Похоже, она пытается замять дело… Умная девчонка. Она понимает, из-за чего все началось. Если бы она не стояла разинув рот…

— Тут есть и моя вина, — перебил его Джеймс.

— Разве? Интересно, почему ты считаешь себя ответственным за дерзость девчонки?

— Я не считаю, я знаю, — горячо возразил Джеймс. — Как только она узнала меня, то решила спрыгнуть с судна.

— Она тебе сказала об этом?

— Этого не требовалось, у нее на лице все было написано.

— Тем не менее, старина, хочу обратить твое внимание на такую мелочь: она все еще на судне.

— Конечно, на судне! — рявкнул Джеймс. — Но только потому, что я держал ее в каюте до тех пор, пока она не лишилась возможности совершить глупость. И она не просто глазела по сторонам на палубе, а прощалась с возможностью сбежать с корабля… и должно быть, честила меня последними словами.

— Похоже, второй раз она ошибки не допустит. Я имею в виду, что не окажется на пути у кого-то. Оплеуха обычно хорошо помогает.

— Но это настроило Тиддлза против нее. Между прочим, Арти тоже готов был дать ей пинка под зад и наверняка сделал бы это, не окажись я рядом. Ты бы только слышал, каким командным тоном она отдавала ему приказания!

— Надеюсь, ты не считаешь, что эта малышка — леди?

Джеймс пожал плечами.

— Во всяком случае, давать указания подчиненным она умеет. И образованна к тому же. Веселость Конни вдруг испарилась.

— Но ведь это меняет дело, Хоук!

— С какой стати? Не я одевал ее в эти брюки. И кем, по твоему мнению, она была? Портовой шлюхой? — Затянувшееся молчание Конни было достаточно красноречиво, и Джеймс рассмеялся. — Оставь свои рыцарские замашки, Конни. Эта маленькая плутовка может быть хоть принцессой, но сейчас она юнга и юнгой останется до тех пор, пока я этого хочу. Она сама выбрала себе роль, и я намерен позволить ей эту роль играть.

— Как долго?

— До тех пор, пока у меня хватит терпения. — Увидев, что шотландец отпустил свою жертву, Джеймс добавил: — Черт побери, даже без зуботычины обошлось! Я бы на его месте…

— Переломал бы ему кости, я знаю. — Конни вздохнул. — Мне кажется, ты слишком близко к сердцу принимаешь случившееся.

— Дело не в этом. Никто не может обидеть женщину в моем присутствии и затем безнаказанно уйти.

— Похоже, у тебя появились новые взгляды с началом нашего путешествия. Ну-ну, Джеми, — добавил Конни примирительно, увидев, как Джеймс резко повернулся к нему. — Ты бы оставил подобные грозные взгляды для членов команды, которые могут… Ну да ладно, — оборвал он себя, когда Джеймс сделал шаг в его сторону. — Беру обратно свои слова… Стало быть, ты защитник всего женского рода.

— Ну, я бы не пошел столь далеко в утверждениях…

— Я бы тоже, если бы ты не был сегодня таким обидчивым. — Веселый тон снова вернулся к Конни.

— Обидчивым? Я? Считать меня обидчивым только потому, что я хочу, чтобы тот, кто ударил женщину, получил по заслугам?

— Должен снова указать тебе на такую мелочь:

Тиддлз понятия не имел, что бьет женщину.

— Хорошо, принимаю к сведению. В таком случае, избил ребенка. Этого я тоже не в силах вынести. И прежде чем ты начнешь защищать этого подонка, объясни мне, почему он не потребовал, чтобы Макдонелл не путался у него под ногами?

Конни вынужден был признать:

— Осмелюсь предположить, что он обошел бы Макдонелла стороной.

— Именно! Поэтому шотландец меня явно разочаровал тем, что ограничился простым внушением.

— Думаю, девчонка сама этого хотела.

— Это не имеет значения. Дело не в ее желании. Когда я увижу мистера Тиддлза в следующий раз, было бы лучше, чтобы в его руках находился молитвенник.

Впрочем, к религиозным книгам Джеймс не прибегал. А вот чистить пемзой закоулки на палубе мог заставить. Ползание на коленях по рассыпанному песку с кусочком пемзы в руках считалось одной из самых неприятных работ на судне.

— Ты хочешь заставить его драить безупречно чистую палубу? — уточнил Конни.

— Не менее чем в течение четырех вахт подряд.

— Черт побери, Хоук! За шестнадцать часов ползания по песку у него на коленях живого места не останется! Да он всю палубу кровью испачкает!

Однако это не поколебало решимости Джеймса.

— Верно. Зато останутся целыми кости.

— Надеюсь, ты понимаешь, что это вызовет у него еще большую неприязнь к юнге.

— Ничего подобного. Я уверен, что ты сможешь найти какой-нибудь повод, чтобы применить это мягкое наказание. Например, непорядок в одежде. Кстати, Макдонелл наверняка измял ему рубашку, когда держал за грудки. В любом случае он будет зол на тебя, а не на Джорджи.

— Премного благодарен! — саркастически проговорил Конни.

Джеймс проследил взглядом за тем, как Макдонелл и Джорджи направились в сторону полубака. Джорджи держалась рукой за ухо, которое, по-видимому, болело после удара.