Монополия на верность - Эйми Карсон

– Я знаю только, – прервал он ее, – что хочу тебя снова. Потому что с тобой я чувствую себя так, как ни с кем и никогда.

Изучая ее лицо в поисках истинных мотивов, он понял, что секс с ним в доме отца выглядит в ее глазах идеальной местью.

Хантер испытывал беспокойное желание двигаться, но вместо этого он сказал:

– Я должен уйти.

– Пожалуйста, останься.

Его тело было готово ко всему, что бы она ни планировала, несмотря на то что мозг подсказывал: это плохая идея.

– Нечестно просить меня об этом в таком платье, – сдавленно прохрипел он. – Я даже думаю, что это незаконно.

Карли склонила голову:

– Тогда арестуй меня.

– Наверное, следует, – пробормотал Хантер. Он выдержал ее взгляд, вызывающий и взволнованный. Неужели для Карли он – просто еще один способ отомстить своему отцу? Или эффективный метод побороть неуверенность в себе?

На мгновение Хантер подумал, что она хочет от него чего-то большего.

А что, если это действительно так?

Борясь с внутренними сомнениями, он пробормотал свою следующую мысль вслух:

– Какие еще виды оружия ты прячешь в своих невидимых рукавах?

Она моргнула несколько раз и после короткого раздумья подняла руки, заложив их за голову и изображая капитуляцию. Как будто подчиняясь Хантеру и уступая ему всю власть.

– Ты можешь обыскать меня, если хочешь, – предложила она.

Их взгляды встретились, и Хантер знал, что она хочет, чтобы он сделал выбор.

Собравшись с духом, Карли ждала, ненавидя этого мужчину за то, что он разрушал ее обычную уверенность в себе. Он был сексуальный, интригующий и опасный, даже когда вставал на ее защиту. И всегда без колебаний приходил ей на помощь, когда это было важнее всего. Она еще никогда так не западала ни на одного мужчину, и поэтому сейчас ей было немного не по себе…

Ее сердце екнуло и упало куда-то в пятки.

Карли чувствовала себя обнаженной, доступной и беззащитной, пока он неторопливо изучал ее, как будто пытаясь решить, что делать. Страсть и желание в его глазах говорили, что он хотел ее, но, совершенно очевидно, сомневался в ее мотивах.

Но объяснить правду было слишком сложно. Как бы усердно она ни работала, как бы ни старалась казаться счастливой, печаль по поводу ее треснувших отношений с отцом не давала ей покоя. Твердый подбородок Хантера, его чувственные губы и широкие плечи – и, еще важнее, его роль защитника и заступника, которая так привлекала ее, – угрожали подавить ее волю. И Карли отчаянно этого хотела. Пусть даже на один чувственный ошеломляющий момент.

Заложив руки за голову, она смотрела на Хантера, умирая от любопытства и желания выяснить, действительно ли он так хорош, каким остался в ее воспоминаниях. Может быть, она была просто благодарна ему за тот храбрый поступок в эфире, когда он принес себя в жертву ради нее? Или за то, как яростно он сопротивлялся ей в раздевалке и насколько великолепным оказался, приняв удар? Или, возможно, она просто устала от самовлюбленных и скучных парней?

– Обыскать тебя? – повторил он, подойдя вплотную, и от его голоса по спине у нее побежали мурашки. – Наверное, я так и сделаю. – Встретившись с ней взглядом, Хантер обхватил ее плечи и скользнул вниз по ее обнаженным рукам. – На всякий случай. – Он провел ладонями по ее телу, преднамеренно задев большими пальцами кончики грудей, а потом опустил руки ей на бедра. – Что у тебя под платьем? – спросил он.

– Стринги.

Хантер медленно опустился на корточки.

– Что-нибудь еще? – сказал он, проводя обжигающими руками по ее ногам.

Предвкушение достигло критического уровня, и Карли обхватила ладонями его голову.

– Ничего.

Он посмотрел на нее, оставаясь на корточках, не отнимая рук от ее голеней.

– Значит, под этим платьем не так много потайных мест.

Ее сердце колотилось от воспоминаний об ощущениях, когда он опустился перед ней на колени в прошлый раз.

– Все зависит от того, насколько тщательно ты будешь проводить обыск.

На губах Хантера мелькнула таинственная улыбка. Он провел руками по ее коленям, поднялся выше к бедрам и дотронулся до чувствительного бугорка между ног. Пьянея от удовольствия, Карли не могла оторвать глаз от Хантера, даже когда ее стринги стали влажными.

– Я заинтересован в том, чтобы сделать все тщательно, – пробормотал он. Чуть помедлив, он поднялся и положил ладони ей на живот; они скользнули вверх по ложбинке между грудей и, нежно описав несколько кругов, накрыли их. – Формально, я должен проверить и твою спину. – Его большие пальцы дразнили ее напрягшиеся соски, и тело Карли просто таяло от удовольствия. Она попыталась сосредоточиться, когда Хантер произнес: – Но мне кажется, ты безоружна.

Он коснулся губами ее губ, и Карли поцеловала его в ответ со всей страстью и противоречивыми эмоциями, которые бурлили у нее в груди: влечение к Хантеру и одновременно боязнь его власти над собой. Хантер просто брал то, что хотел, требуя всего без остатка, и Карли оставалось единственное – подчиниться.

Тепло разлилось по ее телу, когда руки Хантера скользнули ей под платье и сжали ягодицы. Не отрываясь от его губ, Карли выгнулась и прижалась к нему в знак согласия, а Хантер успокаивающе рисовал круги большими пальцами у нее на спине.

– Мы должны запереть дверь, – пробормотала она между страстными поцелуями.

– Нам нужен презерватив, – прошептал он ей в губы.

– Второй из аппарата в моей сумочке.

Хантер удивленно посмотрел на нее. Карли захватила тот презерватив в каком-то импульсном порыве, в качестве сувенира, и не была уверена, как Хантер расценивал ее поступок – как очаровательную забавную шалость или большую наглость. Впервые в жизни она не понимала, как мужчина относится к ней, и это сводило ее с ума.

Хантер тут же отозвался:

– Я займусь дверью. А ты достань презерватив.

К счастью, и то и другое заняло несколько мгновений. Когда они вновь встретились в центре комнаты, Хантер снял с нее платье и отбросил его в сторону.

– На этот раз… – надавив руками ей на плечи, он осторожно опустил Карли на ковер, и трепет пробежал по ее телу, – я веду. – Он не отнимал рук, пока Карли не откинулась назад, упершись в пол локтями; затем стянул с нее стринги.

С еле сдерживаемым вожделением Карли наблюдала, как Хантер снял смокинг, галстук-бабочку и рубашку. От вида его точеного безупречного тела – вставшего между ней и ее отцом, когда тот оскорбил ее, – она практически потеряла контроль над собой. Карли испытывала острое желание поклоняться этим подтянутым мышцам, теплой коже и сильному покровительственному торсу. Но когда Хантер снял брюки и трусы, и его эрекция предстала во всей полноте, сердце Карли забилось так неистово, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди на пол.