Лучиана, кроткая невеста - Бертрис Смолл

– И все же выглядите здоровым и свежим.

– Спасибо. Главное, что красивая голова до сих пор крепко держится на плечах, – усмехнулся Роберт.

– Ах, значит, считаете себя красавцем? – не преминула уколоть Лучиана.

– А вы разве не согласны? – парировал граф.

– Пожалуй, действительно недурны собой, милорд, – сухо, уклончиво ответила Лучиана.

В комнату вошла Балия, поставила поднос на стол и тут же исчезла.

– Несмотря на занятость, думал о вас каждый день, – признался граф. – А вы обо мне вспоминали хотя бы изредка?

– Время от времени вспоминала, милорд, однако тоже была поглощена другими делами. А потом гильдия отца решила опередить миланских конкурентов, и пришлось поспешно выехать в Лондон, чтобы защитить интересы флорентийских торговцев шелком. Последовали срочные сборы, потребовалось подготовить дом к консервации, и вот в результате всей этой суеты и долгого утомительного путешествия я оказалась в вашей сумрачной дождливой стране.

– Да, поздняя осень и зима у нас действительно темные и промозглые, но весной и летом будет намного светлее и веселее, – успокоил граф.

– Теперь моя главная задача – наилучшим образом обустроить магазин, выгодно представить ткани и заинтересовать покупателей. Сомневаюсь, что останется время на что-нибудь другое, – грустно добавила Лучиана.

– Но для меня-то у вас найдется минутка, правда? – губы лорда Лайла растянулись в улыбке, однако в глазах застыло выражение тревоги.

– Только если у вас найдется минутка для меня, милорд, – невозмутимо ответила она.

– Не хотите называть меня как прежде – Роберто? – робко спросил граф.

– Только когда мы наедине, как сейчас, Роберто, но не на людях, – твердо заявила синьора Аллибаторе. – Обращение по имени покажется окружающим дерзким и фамильярным, а предстать перед вашими соотечественниками дурно воспитанной особой я не намерена. В конце концов, мой дед – венецианский князь, а способность к коммерции и интерес к торговле – вовсе не пороки.

В голосе послышалась гордость. С этой стороной характера Лучианы граф еще ни разу не сталкивался, и сейчас она показалась неожиданной, но интересной.

– Двор не выкажет вам неуважения, – заверил лорд Лайл. – Тюдоры обладают незначительными правами на трон по линии леди Маргарет Бофорт, матери короля, однако они неоспоримо выиграли войну между Ланкастерами и Йорками. Самые убежденные их противники бежали из страны, а те, кто остался, или простились с жизнью, или обречены на печальное существование в Тауэре. Генрих Тюдор женился на Елизавете Йоркской. У него растет сын, принц Артур, а скоро родится второй ребенок. Леди Маргарет со своей стороны зорко следит, чтобы королю ничто не угрожало. Я позабочусь, чтобы вы познакомились и с молодой королевой, и с матушкой Генриха VII. Постарайтесь с ними подружиться, и ваше положение при дворе окажется незыблемым.

– Буду благодарна за подобное содействие, – заверила Лучиана.

– А еще знайте, что в полной мере можете располагать моей дружбой, хотя самому мне одной дружбы с вами мало, – подчеркнуто произнес граф.

– Это очень смелое заявление, Роберто, – покачала головой синьора Аллибаторе.

– А я вообще смелый человек, – заявил граф и встал с кресла. – Сейчас мне пора идти, но позволите навестить вас вновь?

– Конечно, Роберто, – произнесла Лучиана с невозмутимой любезностью и мысленно добавила: «Каждый день». – Она тоже поднялась. – Провожу вас к выходу.

Они прошли по коридору от библиотеки до холла. Возле входной двери лорд Лайл поднес к губам изящную ручку, поцеловал тыльную сторону ладони, а потом перевернул и коснулся губами запястья. Колени внезапно стали ватными, и Лучиана с трудом устояла на ногах.

– До свидания, моя дорогая, – произнес граф по-итальянски. Выпустил руку и удалился.

Едва дверь закрылась, она прислонилась к стене, чтобы не упасть.

В холле появилась Балия.

– Итак, он ушел. Придет ли снова?

– Обязательно придет, – с едва заметной улыбкой ответила синьора Аллибаторе.