Вдвоем - за любовью - Николь Бернем

– Да это и неудивительно, раз ваш отец владеет компанией. А сегодня я предлагаю вам развеяться и сам собираюсь сделать то же.

– Отлично, – она протянула крупье две фишки. – Я постараюсь.

Джек вздрогнул от неожиданности, услышав, как за Эмили закрылась входная дверь.

– Вот проклятье, – зарычал он, когда она завела отцовскую машину.

Эмили становилась его проблемой. Его влекло к ней все сильнее, несмотря ни на что. Он знал, что не сможет быть хорошим мужем и отцом, но ему было очень больно, что он не сумел ее удержать, позволил уйти.

Какого черта она не осталась дома?! Предпочла, видите ли, казино! Он бы пошел с ней куда угодно: в ресторан, в боулинг, даже в дешевый бар. Куда угодно, только не в казино!

В бессильной ярости Джек вскочил на ноги.

Бросился в ванную комнату, схватил зубную щетку и принялся яростно чистить зубы. Она захотела уйти? Отлично! Он забудет о ней. Забудет все, что она для него сделала, забудет, что впервые в жизни он собрался завести серьезные отношения с женщиной. Он почистит зубы и ляжет спать.

Прошло два часа. Заснуть ему так и не удалось.

Нет, дело не в Эмили. Его прошлое, собственное отношение к родительскому браку и пагубная привычка отца – вот что не отпускает его.

Он взглянул на часы. Почти полночь, а это значит, что уже поздно, слишком поздно, чтобы позвонить матери во Флориду. Ему захотелось услышать ее голос. Ему нужно было только знать, что она довольна жизнью и у нее все в порядке. Но если честно, он хотел не столько подбодрить ее, сколько набраться у нее уверенности, чтобы ему хватило сил скоротать эту ночь.

Он сел на кровати и, натягивая джинсы, повторял вновь и вновь слова матери:

«Джек Девон, запомни, ты совсем не похож на своего отца, ты другой».

Ему хотелось, очень хотелось верить в это.

Но в глубине души он знал, что в нем живет то же импульсивное стремление к успеху, какому был подвержен его отец. Он никогда бы не продвинулся так быстро в «Винтерсофте», если бы у него не было этого соревновательного духа.

Этот дух заставлял его всегда быть на ступеньку выше, на ступеньку ближе к успеху, чем коллеги. Честолюбие снедало его так же, как его отца – страсть к игре.

Если отец на протяжении долгих лет мог неделями пропадать в игорных домах, не думая ни о чем, кроме вращающегося круга рулетки, то что может остановить его самого от подобных действий?

На ходу натягивая черный свитер с высоким воротом, Джек вышел из комнаты, надел куртку и снял с крючка в прихожей ключи от седана.

Примерно через час он подъехал к подземной парковке «Силвер Леджеси». Он должен держать себя в руках. Ему нельзя останавливаться и глядеть на автоматы, только и всего. Он не должен слушать, как персонал казино предлагает купоны для бесплатной игры в слоты или рулетку.

На вишневый ковер перед ним скатилась фишка, покрутилась и остановилась возле его ботинка. Он поднял ее и протянул женщине, сидевшей на красном стуле в конце ряда автоматов.

– Благодарю, дорогуша, – одарила она его ласковой улыбкой и взмахнула головой, чтобы отбросить падающие на лицо волосы. – Мне так тяжело наклоняться. Клянусь, эта фишка принесет мне удачу.

– Надеюсь, – улыбнулся Джек, – это, совершенно нормальная женщина. Не пьяная. Не хулиганит.

«Не все игроки – моральные уроды, Девон», вспомнились ему слова матери.

Не найдя Эмили у автоматов, Джек поднялся на эскалаторе на второй этаж, где мост соединял «Силвер Леджеси» с «Эльдорадо». В вестибюле он прошел мимо огромного фонтана, в котором стояла гигантская скульптура Посейдона, направляющего своих коней на битву в море.

Джек мимоходом разглядывал указатели на стенах и понял, что ресторан находится в углу вестибюля. Он подозвал официантку и через минуту уже знал, что Эмили не осталась ужинать в «Рокси бистро».

Повернувшись спиной к мягко освещенному ресторану, он затаил дыхание. Вот здесь он мог провести вечер с Эмили? Обстановка достаточно интимная.

У него опять свело дыхание от нахлынувшего желания. Интересно, а Эмили так же безумно хочет его, как он ее?

Джек принялся рассматривать игроков, склонившихся над игровыми автоматами. Люди разгуливали по казино, зажав в руках чаши с фишками, в поисках автомата, который принесет им удачу, или собирались группами вокруг столов для блэк-джека и рулетки. Аура удовольствия и веселья царила в зале. Он глубоко вдохнул, собирая волю в кулак, чтобы успокоиться.

Джек был в казино лишь однажды, подростком, проведя там всего пару часов. Табачный дым и дух безрассудства, витавший там, тогда потрясли и испугали его.

Нет, он совсем не такой, как его отец. Он никогда не станет прожигать здесь, в казино, свою жизнь. Так же, как этого никогда не сделает и Эмили.

Джек шел вдоль рядов автоматов, замедляя шаг, когда оказывался в толпе, надеясь, что перед ним наконец-то мелькнут мягкие темные волосы Эмили и соблазнительный голубой топ, который она надела. Он ненадолго остановился, когда ему послышался ее смех, развернулся и направился к столам, где играли в кости.

«Пожалуйста, прости меня, – молчаливо молил он ее. – Тогда, возможно, все образуется между нами, раз и навсегда».

Когда Джек увидел ее, его сердце затрепетало от радости, пока он не заметил позади нее блондина. Эмили наклонилась над игорным столом, держа в руке высокий стакан, в котором, как он полагал, была не вода. Рэндэлл Веллингбай положил руку ей на плечо.

– Эмили!

Эмили вздрогнула, заслышав позади себя голос Джека.

– Джек? – она не смогла скрыть своего удивления. – Я думала, ты... – в последний момент она вспомнила о присутствии Рэндэлла и закончила спокойным голосом:

– ..думала, ты работаешь. Что случилось?

– Ничего особенного, – ответил Джек. – Просто решил немного развеяться. – Он взглянул на Рэндэлла. – Не скучаешь?

Ни его глаза, ни голос не выдали даже намека на ревность, но Эмили ясно ощутила: именно ревность волнами накатывает на него. Но, возможно, это была лишь досада. После их вечерней размолвки она уже не знала, что думать.

– Это невозможно, – рассмеялся Рэндэлл, почувствовав возникшее напряжение. – Эмили превратила здесь двадцать баксов почти в четыре сотни.

– И только что сотню проиграла.

– Но остальные три целехоньки, – заметил Рэндэлл, показывая на чашу, в которой теперь было много фишек. Он нагнулся и неожиданно поцеловал Эмили в щеку. – Мне нужно идти, у меня рано утром рейс. Когда буду в Бостоне, непременно позвоню вам и сообщу новости от совета директоров.

– Благодарю, Рэндэлл, – кивнула она, не зная, как себя вести под пристальным взглядом Джека. Можно представить, что он себе вообразил, особенно после того, как сам ей ясно разъяснил намерения Рэндэлла. – Надеюсь, мы еще встретимся.