Ищу тебя - Ронда Гарднер

Его губы нежно колдовали над ее губами, обворожительные в своей чувственности, неодолимо влекущие к еще более интимным радостям. И она уступала этому неспешному, мягкому вторжению, дразнящему и трепетному, отвечая ему со все возрастающей страстью, в то время как его губы все больше овладевали ее ртом.

А еще через несколько секунд ее бросило в такой водоворот чувств, о которых она и не подозревала. Ее тело вздрагивало в ответной реакции, казалось, оно пульсировало в бешеном ритме, откликаясь на каждый поцелуй Джима. Она перестала понимать, каким же должен быть поцелуй на самом деле.

Ее разум будто сбросил оковы. В ней пробудилась ответная страсть, которая, подобно джинну, освободившемуся из многолетнего заточения, вырвалась на свободу. Ее тело ликовало, радуясь силе и напору Джима, и прижималось к нему все сильнее в страстном желании ответить на его порыв.

Когда его губы оторвались от нее, Лейла захватила пальцами его волосы и притянула его голову к себе. Джим целовал ее снова. И еще раз. Его руки скользнули вниз, обвивая бедра и приподнимая ее, чтобы лучше ощущать всю. Его бедра были подобны скалам, грудь — как разгоряченный сгусток мускулов, вздымающихся навстречу ее грудям. Она хотела его. Безумно, отчаянно, слепо.

Лейла почувствовала, что он пытается распахнуть ее халат. Его рука скользнула под тонкий шелк ночной рубашки и добралась до груди. Сильные пальцы ласково трогали упругий холмик нежной плоти, возбуждая в ней сладкие восторги и жажду новых прикосновений. В следующее мгновение его губы оторвались от ее губ и стали осыпать горячими чувственными поцелуями шею. Тело Лейлы изогнулось, упиваясь его страстью. Только когда струя холодного ночного воздуха пробежала по ее лицу, Лейла очнулась, и к ней стало возвращаться благоразумие.

Этот мужчина никогда не будет принадлежать ей. И как бы ни было восхитительно то, что делали, они не имели на это права.

— Джим! — Она слабо пыталась оттолкнуть его голову. — Пожалуйста… Пожалуйста, остановитесь!

— Нет!

Это был стон о самом насущном, в чем ему нельзя было отказать.

— Прошу вас.

— Ты так не думаешь.

Он снова целовал ее шею и лицо, затем взял его в свои руки и заглянул ей в глаза с уверенностью, которую она дала ему.

— Ты не можешь так думать. И я не оставлю тебя теперь, когда все знаю.

— Катрин…

Это было все, что она смогла произнести. Она прошептала это имя в глубоком отчаянии.

— Я расскажу ей. Завтра же утром, — сказал небрежно Джим, как будто это не имело никакого отношения к тому, что происходило между ними здесь и сию минуту, как будто ничто другое больше не имело значения, кроме этого бешеного вихря желаний, все еще державших их в плену.

Его руки соскользнули вниз к ее бедрам, нежно покачивая их и прижимая к себе, так что она могла ощутить нервную дрожь его тела, которое не хотело ждать никаких завтра и находилось целиком во власти этого мгновения.

Лейла почти смирилась. Она жаждала погрузиться в чувства, которые пробудил в ней Джим, забыть прошлое и будущее и обладать тем, что могло принадлежать им обоим. И только в последний момент она отстранилась, положив ему на губы дрожащие пальцы.

— Я не знаю, как это произошло, — воскликнула она.

— Не думайте об этом.

— Я должна.

— Нет.

— Вы связаны с другой женщиной, Джим.

Он подавил тяжелый вздох.

— Только потому, что не мог иметь тебя.

— Как вы можете говорить такое?

— Это правда.

Она покачала головой, будучи не в состоянии принять его слова.

— Вы почти не знаете меня. Вы сами сказали, что Катрин будет идеальной супругой для вас.

Его рот скривился в горькой усмешке.

— Совершенно верно. Но все это ничто по сравнению с теми чувствами, которые я испытываю к тебе, Лейла.

— Нет. — Она положила ладони ему на грудь, пытаясь оттолкнуть его и вместе с ним искушение, исходившее от него.

— Здесь все так переплелось, Джим. Я не знаю, почему…

— Неважно, Лейла, — настаивал он, страстно пытаясь убедить ее. — Что бы это ни было, мы оба чувствуем одно и то же.

— Вы так долго с Катрин вместе, — спорила она, надеясь вернуть его к суровой реальности из ситуации, которая начинала казаться ей чистым безумием. — Как вы сможете вычеркнуть ее из своей жизни, как будто она и не существовала?

— Я страдаю из-за вас.

Его голос звучал так искренне, и ее сердце разрывалось от боли.

— Внутри меня пустота, которую можешь заполнить только ты, Лейла. Но не Катрин.

Ее душа тоже желала быть заполненной им, но Лейла не могла игнорировать права другой женщины.

— Джим, вы играете чужой жизнью. Мисс Хардинг любит вас. Вы не можете обмануть ее надежды.

— Вы чего от меня ожидаете, чтобы я был благородным иди честным? Я оказал бы Катрин очень плохую услугу, если бы женился на ней.

— Как вы можете быть таким уверенным?

— Потому что я уже вкусил то, что могу иметь с вами. Я не хочу ничего меньшего.

— Это… Это только секс.

— Разве? Давайте попробуем и посмотрим.

Это был вызов, на который она не имела ответа. Лейла не понимала, что она испытывала к Джиму Фарли. Она лишь знала, что никогда не чувствовала ничего подобного ни с кем другим.

— Как бы то ни было, это не может продолжаться, пока вы связаны с Катрин, Джим.

— Я обещаю вам, что объяснюсь с Катрин при первой же возможности завтра утром.

Лейла тревожно смотрела ему в глаза, не веря, что все так просто. Ничто и никогда не решалось легко там, где были замешаны человеческие чувства.

— Вы ужасно несправедливы по отношению к Катрин.

— Я сделаю все, чтобы смягчить удар, Лейла, — успокоил он ее.

— Это так кажется… — Она покачала головой, сомнения одолевали ее. — А что, если все это заблуждение, призрачная мечта? Вполне возможно, что вы сделаете неправильный выбор со мной, Джим. Я не принадлежу к вашему обществу. С Дейлом…

Он закрыл ее губы рукой.

— Все, что я прошу у вас, — это разрешить мне заполнить пустоту в вашей душе, оставленную мужем. Поверьте мне, я знаю, что делаю.

Джим перебирал пальцами пряди ее волос. Он наклонился, чтобы запечатлеть нежный поцелуй на ее губах.

— Не беспокойтесь ни о чем, — прошептал он. — Обещаю вам, все будет хорошо.

Ее губы затрепетали в невыразимом наслаждении в ответ на его прикосновение, но она заставила себя отвернуться.

— Не начинайте все снова, Джим, — прерывающимся голосом прошептала она. — Я не выдержу этого.