Верная неверная - Владимир Колычев

И у Димы способности. Например, таких идиотов, как он, еще поискать. Да, Юля показала характер, не захотела дружить с ним, но нельзя было так легко отказываться от нее. Ясно же, она всего лишь цену себе набивала…

Другие способности нужно в себе воспитывать. Смелость, например. А Дима не трус, и это доказано Чечней. И у него удар будь здоров…

Он вернулся в столовую как раз в тот момент, когда жених подводил невесту к столу после танца. Теперь Юлю на танец мог пригласить дружок, но Витя Дымов сидел за столом и тупо смотрел на стакан. Он даже о дружке не думал…

Зато Дима не растерялся, и как только заиграла музыка, смело подошел к Юле, протянул руку. Клим, казалось, не разозлился. И на Диму глянул вроде как спокойно. Но под тяжестью этого взгляда душа вдруг захотела уйти в пятки. Определенно было что-то магическое у него в глазах. Дима вдруг почувствовал себя псом в присутствии волка. Псом, который не осмелился бы бросить вызов хозяину леса. А волк смог бы его загрызть, но не сейчас, а потом, в тихом безлюдном месте.

Но Юля не заметила, какими глазами смотрит на него ее муж. Поэтому мило улыбнулась Диме. Мило, тепло и даже нежно. Но при этом покачала головой. Она отказывала ему в танце. И просила больше не беспокоить.

Диму бросило в краску, потянуло на выход. В себя он пришел в машине. Он гнал на своей «восьмерке» по колдобистой дороге, рискуя потерять колеса. Но еще он рисковал и своей жизнью. Стрелка спидометра перевалила отметку «сто». Фары горели едва-едва. Возможно, он ехал на габаритах.

Он собирался сбросить газ, когда дорога вдруг закончилась…

* * *

Обручальное кольцо — не простое украшение. Хотела Юля того или нет, но теперь она мужняя жена. И уже не важно, нравится ей Дима или нет. Она принадлежит Климу и танцевать отныне будет только с ним. А все остальные пусть проваливают, в том числе и Дима.

— Я устала, — сказала она Климу на ухо.

Он повиновался ей безоговорочно, ничуть того не стесняясь. И звезду с неба бы достал, если бы она того захотела. Тем более он стремился к жизненным высотам. Он всерьез собирался разбогатеть, и всё — ради нее. А она не против.

— Поехали.

Он взял ее за руку, вывел из-за стола. Все равно, что скажут гости. Они прошли через кухню, а водитель воспользовался обычным входом, но к машине они подошли почти одновременно.

Юля очень хотела покрасоваться на людях в свадебном платье. И блеснула в нем, но — хорошего понемногу. И сама свадьба утомила ее не на шутку. Очень хотелось домой. Или к бабушке, или к мужу, но домой.

— Ты знаешь Ивашова? — спросил Клим.

— Знаю. Однажды он спас меня от смерти.

Она рассказала, как было дело, как ее потянуло в омут с головой, а Дима протянул руку помощи.

— Но это было давно и неправда, — заключила она.

— Он так на тебя смотрел.

— А ты что, ревнуешь?

Никогда не забыть ей, как Дима подошел к столу, протянул дрожащую руку, приглашая на танец. Так и хотелось ему сказать «Доброе утро!». Проснулся-таки наконец. Но Юля всего лишь отказалась танцевать с ним. И отказалась без всякого усилия над собой. Кто не успел, тот опоздал.

— Ревную, — едва слышно сказал Клим.

— А парень он красивый. — Юля нарочно улыбнулась, глядя ему в глаза.

Улыбнулась, выражая свое восхищение Димой. Пусть не думает Клим, что она тихая серая мышка в клетке у своего господина. Она не против клетки, и от домашней работы не бежит, но у нее должно быть право на собственное слово. Должно и будет.

— Помню, он из армии вернулся, в форме, в тельняшке. Красавец-мужчина. Домой вернулся… А меня провожать пошел…

— Когда пошел?

— А как только вернулся. Увидел меня на остановке и пошел…

О том, что Дима принял ее за шлюху, Юля промолчала. Солененького понемножку.

— И что? — сглотнув сухой ком, спросил Клим.

— Ты не должен меня ревновать, понял? — улыбнулась она, сменив колючую иронию на мягкую милость.

Он кивнул, принимая ее волю.

— Тем более у тебя нет повода. Дима остался в прошлом.

— Он тебе нравится, — не спросил, а сделал вывод Клим.

— Дима остался в прошлом, — нахмурилась Юля.

Клим ответил ей взглядом. Да, он все понял, и разговор закончен.

Молодые подъехали к дому, Клим отпустил водителя, и они остались вдвоем. Во дворе ни одной живой души, только фонари светят, и еще два прожектора направлены на новый дом.

Последний месяц Клим пахал, как черт. Но если урожай он собрал целиком, то свой новый дом привел в порядок лишь частично. И первый этаж у него без отделки, и второй. Готова только одна комната на первом этаже, там стены оштукатурены и покрашены, на полу крепкие дубовые доски, отшлифованные и покрытые лаком, дверь вставлена, обналичена. И новенький спальный гарнитур в полном комплекте.

Клим правильно все решил, и Юля его поддержала: первая брачная ночь должна пройти в собственном доме.

— Как же я устала! — Она сначала села на кровать, затем легла на спину.

— Отдохни.

— А ты будешь приставать?

— Нет.

Клим не настаивал на сексе. Он готов был просто сидеть и смотреть на Юлю хоть всю ночь напролет. Просто сидеть, просто смотреть… Да и какой может быть секс, если ей всего семнадцать лет, а он такой взрослый? И как она может раздвинуть под ним ноги, если вдруг стала воспринимать его как отца. Никто ей больше не нужен, даже Дима, но и с Климом она лечь не могла. Он действительно ей как отец. Она даже общалась с ним как с отцом — капризно, порою недовольно, зная, что любая ее шалость будет прощена…

— Но у нас же свадьба. Первая брачная ночь.

— Ты устала. У нас еще будет время.

— Да, конечно… — Она повернулась на бок, закрыла глаза.

И устала она, и шампанское дает о себе знать. В сон клонит, сил нет.

И все-таки Юля заставила себя подняться. Первую брачную ночь можно пропустить, но все равно она останется событием, с которого начинается новая жизнь. А она не хочет начинать ее со свинства.

— Помоги мне.

Клим расстегнул молнию на спине, она сняла платье. И осталась в исподнем. Прозрачный кружевной бюстгальтер, маленькие трусики из того же комплекта, пояс, чулки на подвязках. Все, больше ничего. А живот у нее только-только начал округляться, фигура еще не испорчена. Потому и выглядеть она должна была сексуально.

Глядя на Юлю, Клим вдруг стал задыхаться, как астматик.

Ее не коробила ущербность Клима, она без отвращения целовалась с ним. И в постель может лечь, если нужно… А это нужно. Ей нужно. А ему просто необходимо. Интересно, удержится ли Клим, глядя на нее? Хватит ли ему сил и выносливости. Если нет, она его не осудит, но все равно интересно…