Магия Парижа - Барбара Картленд

— Ну, теперь это, во всяком случае, не понадобится, — облегченно произнес герцог.

— Просто и не знаю, как благодарить тебя… — начал Чарльз.

Герцог посмотрел на часы.

— Если ты не успеешь на поезд в Кале, который отходит в час дня, я могу и передумать.

Чарльз издал вопль ужаса, смеясь при этом.

— Я успею, — пообещал он, — и всю дорогу до Дувра буду пить за твое здоровье!

— Прежде чем уйдешь, — остановил его герцог, — не забудь дать мне адрес Евы Бенард.

Выслушав объяснения брага, как найти ее дом на Сент-Оноре, герцог сказал:

— Позволь дать тебе совет — никому не рассказывай об этой истории! Это было бы большой ошибкой.

— Но надо же мне похвастаться, что я обвел вокруг пальца самого Рафаила Бишоффхейма! — запротестовал Чарльз.

— Насколько я представляю, он очень злопамятный человек, а так как деньги всегда звучат громче смеха, ты пожалеешь о своей болтливости.

— Да… ты прав, — согласился Чарльз. — Конечно, ты прав. Но я ведь действительно взял над ним верх.

— Ну, так держи это при себе, — посоветовал герцог.

Младший Крейг вышел из комнаты, и герцог услышал, как брат громко требует двуколку, в которой ездил в деревню.

— Чарльз неисправим! — с улыбкой сказал себе герцог.

Но он лучше брата понимал, что с Бишоффхеймом шутки плохи, и потому немедленно отправился на улицу де ла Пэ, где находился банк, имеющий связь с его банком в Лондоне.

Там герцог получил по чеку деньги, погасил часть долгов брата и взял сумму в пятьсот фунтов наличными.

Затем он поехал в свой клуб.

После легкого обеда англичанин снова сел в графский экипаж, который привез его к дому на Сент-Оноре.

Дверь открыл пожилой слуга.

Герцог вошел в прихожую и услышал крик Евы.

Не дожидаясь Анри, который как обычно еле передвигал ноги, англичанин стремительно подошел к гостиной и распахнул дверь.

Один взгляд на происходящее сказал ему, что девушка отчаянно борется с маркизом де Суассоном.

Никто из них двоих не заметил, что кто-то еще появился в комнате.

В этот момент Ева снова вскрикнула — беспомощно, жалобно, словно пойманный в капкан зверек, — и герцог стал действовать.

Он бросился вперед, схватил маркиза за ворот и оттащил его от девушки.

— Какого черта вы делаете?

В первую секунду и маркиз, и Ева смотрели на герцога в полном изумлении.

Затем девушка кинулась к англичанину.

— Спасите меня… спасите! — закричала она и уткнулась лицом в его плечо.

Вырвавшись из рук герцога, де Суассон одернул сюртук.

— А вы-то как здесь оказались, Кинкрейг? И какое вам дело, что тут происходит? — поинтересовался он.

— Убирайтесь! — резко приказал герцог.

Маркиз побагровел.

— У меня здесь столько же прав, сколько и у вас! — заявил он.

— Я велел вам уйти, — отчеканил герцог.

— А если я откажусь? — агрессивно спросил де Суассон.

— Тогда я готов выставить вас силой, — холодно промолвил англичанин.

Поскольку герцог не повышал голос, его угроза прозвучала гораздо внушительнее, чем если бы он кричал.

К тому же герцог был намного выше маркиза, и в его глазах появилось леденящее выражение, которое многих заставляло трепетать перед ним.

Бормоча проклятия, де Суассон повернулся кругом и вышел из салона, хлопнув дверью.

Англичанин даже не взглянул в его сторону. Он смотрел на Еву, которая, дрожа всем телом, все еще прятала лицо на его груди.

Поддерживая девушку за плечи, герцог осторожно подвел ее к дивану и усадил.

Ева была очень бледна, и в глазах ее застыл ужас.

— Все в порядке, — успокоил ее герцог. — Маркиз ушел, и сомневаюсь, что он вернется.

— Но если… вернется? — нерешительно спросила девушка и содрогнулась.

Герцог обвел глазами комнату.

— Бы живете здесь одна?

Ева была так разбита всем случившимся, что сказала ему правду.

— Д-да.

Герцог несколько удивился.

— А чей это дом? — спросил он.

— М-мой.

Теперь англичанин был определенно изумлен.

Он снова взглянул на красивую старинную мебель.

— К-как… вам удалось… прийти так… в-вовремя… чтобы… с-спасти меня? — очень тихо спросила Ева.

Герцог достал завернутые в бумагу деньги, которые получил в банке, и положил девушке на колени.

— Я принес вам это от брата. Здесь те пятьсот фунтов, которые он обещал заплатить вам.

— Значит… мсье Бишоффхейм дал ему чек?

— Дал, — подтвердил герцог.

Ева уставилась на пакет, лежащий на ее коленях, а потом сказала, так и не притронувшись к деньгам:

— Пожалуйста… вы не вернете их лорду Чарльзу? Л… я не хочу их брать.

— Но вы их заработали, — возразил герцог.

— Я рада… что не сделала никаких ошибок… но теперь это не нужно… и я предпочла бы не получать плату за то… что я сделала.

Герцог посмотрел на нее озадаченно.

— Бы хотите сказать, что вы достаточно богаты, чтобы отказаться от такой большой суммы, или у вас есть еще один так называемый жених?

— Нет… нет… конечно, нет! Мне нужны были деньги, чтобы… жить здесь, в этом прелестном домике… но теперь я могу поехать в замок.

— Замок? — удивился герцог. — Бы имеете в виду тот, где мы были вчера?

Девушка кивнула. Помолчав, герцог спросил:

— Граф знает, что вы подруга Леониды Лебланк?

— Я рассказала ему, что ходила к мадам Лебланк за помощью, потому что она была папиным другом… но граф не велел мне никому говорить о ней…

— Леонида Лебланк была другом вашего отца? — повторил герцог, словно пытаясь понять.

Ева всхлипнула.

— Папа… умер в ее доме… когда мы уже переехали сюда… и вы, возможно, думаете, что я поступила дурно… согласившись помочь лорду Чарльзу… но после того, как я заплатила за похороны, денег почти совсем не осталось…

При воспоминании об отце на глаза девушки набежали слезы, и голос задрожал.

Глубоко вдохнув, Ева попыталась объяснить:

— Я знала, что если заработаю пятьсот фунтов, то смогу еще долго жить здесь и платить слугам, но, конечно, я лгала… и мама была бы шокирована… хоть я и помогала… лорду Чарльзу.