Любовный поединок - Блайт Гиффорд

Она не будет бояться диких животных. И мужчин. Особенно французских шевалье.

Марк потрепал гриву коня и поправил подбитый мехом плащ. Предрассветное марево не позволяло четко видеть людей и предметы. Этим утром он был в хорошем настроении, раннее пробуждение по такому поводу его даже радовало.

На природе, вдали от душных помещений замка, он опять ощущал себя живым. Придворный мир не для него. Как и графиня Лосфорд. Последние два вечера он старался не сталкиваться с ней. Сэр Гилберт сказал, что леди Сесилия его не простила и не простит. Что ж, это взаимно. Ему нечего ей сказать. По крайней мере, из того, что рыцарь может позволить себе в адрес леди.

Он с удовольствием проведет день на природе, среди мужчин с оружием в руках. Выступит против большого и сильного зверя, способного клыками разорвать человека.

Марк пришпорил лошадь и подъехал к группе людей, среди которых был и де Куси. Даже в такой час он был весел, шутил и улыбался. Слава богу, леди Изабеллы рядом не было. Они смогут провести хоть один день без женщин.

Проезжавший мимо король остановился около него:

– Де Марсель?

От неожиданности Марк ответил не сразу. Затем он поклонился, но осмелился посмотреть Эдуарду прямо в глаза.

– Вы поступили благородно, дали возможность юному Гилберту взять реванш.

Щеки Марка запылали.

– Я обязан этой идеей леди Сесилии.

– Посмотрим, так же вы хороши в охоте, как и на турнире?

– Я привык быть рядом с королем в битве, но не на охоте.

– Тогда вы должны знать, что копье рыцаря, как и короля, всегда попадает в цель, – ответил Эдуард.

При всей своей ненависти к этой стране и людям, Марк не мог не улыбнуться. Что ж, он покажет этому королю, чего стоят люди из Пикардии.

Марк внимательно выслушал речь короля перед подданными, в которой он представил план и определил задачи каждого, и с неохотой признал, что Эдуард производит приятное впечатление. Если он все свои кампании проводит с такой энергией и энтузиазмом, то неудивительно, что список его побед столь внушителен.

День обещал быть приятным, кроме того, он сможет забыть о леди Сесилии, поцелуе и шуточном поединке с Гилбертом, завершившемся совсем не так, как ожидалось. Они с Ангерраном слишком надолго задержались в мире женщин, интриг и развлечений. Марк почти убедил себя, что больше никогда не станет думать о графине, как вдруг она появилась в поле зрения.

Теплые одежды скрывали очертания фигуры, но он заметил поворот головы и увидел глаза. Они смотрели так же напряженно, почти враждебно, как и в первый день их знакомства на турнире.

Де Марсель повернулся к королю:

– Разве дамы тоже охотятся на кабана?

Насколько ему было известно, они предпочитали оленя или зайца. Ведь когда кабан загнан, охотник выходил на него один на один с копьем, а ударить дважды такой зверь возможности не предоставлял. Подобные сцены не для женщин.

Эдуард посмотрел на леди Сесилию и нахмурился:

– Ее мать была любительницей охоты на кабана.

Во время нее и погибла. С тех пор Сесилия не принимала участие в охоте.

Значит, ее мать умерла, охотясь на кабана.

Марк был так удивлен, что не нашелся как отреагировать. Смерть отвратительна, он сталкивался с этим не раз, но мужчины имеют возможность привыкнуть к этому. Однако женщины…

Извинившись, Марк поскакал к Сесилии. Она заметила его и сильнее поджала губы.

– Вы сказали, что ненавидите охоту, – без приветствий начал он. – Зачем же вы здесь?

– Мне не требуется ваше разрешение.

– Я бы его и не дал.

– Женщины во Франции предпочитают отсиживаться в стенах замка?

Перед ним опять была та леди Сесилия, что и в первый день их встречи. Однако сейчас ему казалось, что она разговаривает не с ним, а с собой, и все ее эмоции вызваны собственными мыслями. Если она и дальше будет тратить столько сил на обуздание собственного страха, то не сможет думать об охоте, а это весьма опасно.

– Король рассказал мне о вашей матери.

Она так сильно натянула поводья, что лошадь дернулась.

– Прошел почти год. – Ах, разве время могло ее исцелить?..

– Вам нельзя оставаться без сопровождения.

Сесилия улыбнулась неожиданно приветливо, такой он ее еще не видел. Он решил, что был вознагражден за разумное предупреждение и заботу, однако вскоре понял, что улыбка предназначалась совсем не ему. К ним подъехал сэр Гилберт.

– Я не останусь одна, – произнесла Сесилия, глядя на молодого человека с нежной улыбкой.

Тот с довольным видом занял место рядом.

Марк нахмурился. По непонятной причине возникло впечатление, что этот юнец вновь его обошел.

– Не отходите от нее, – бросил он и пришпорил лошадь, чтобы догнать короля.