Морально противоречивый - Вероника Ланцет

— Какого хрена, — слышу я голос Марчелло позади себя.

Бьянка и Адриан оба что-то говорят, но я могу только смотреть на события, происходящие на экране.

— Нет ... Нет ... — голос Влада достигает моих ушей, когда он тоже смотрит на экран, его глаза широко раскрыты, рот открыт от шока. — Этого не может быть...

— Это подделка. Это должно быть подделкой, — шепчу я, хотя знаю, что это правда.

— О, Ваня, что случилось? — мой голос срывается, когда я понимаю, что это вполне может быть концом.

Влад падает на колени, все его тело дрожит, громкий воющий звук срывается с его губ.

— Отпусти меня, Марчелло. Мне нужно быть с ним.

Я должна быть с ним.

Потому что я чувствую его боль как свою собственную, и все мое существо сотрясается от боли.

Черты его лица искажены такой сильной болью, мучительные звуки срываются с его губ, когда он прижимает кулаки к груди, громко ударяя ими по грудной клетке.

Я знаю, что он делает. Он пытается наказать себя.

Я не могу ему этого позволить.

— Отпусти меня, пожалуйста. Ты не понимаешь, — я пытаюсь вырваться из рук брата, зная, что важна каждая секунда.

Внутри меня есть срочность, инстинктивная реакция, потому что я знаю, что это может закончиться только одним способом.

— Нет, Сиси. Это слишком опасно. Он слишком опасен.

Я качаю головой, мои конечности дрожат.

Ему больно, мне больно.

— Нет, Марчелло. Мне нужно добраться до него. Мне нужно добраться до него, прежде чем... — слова замирают у меня на губах, когда я вижу внезапную перемену. Перемены, о которых я знала, должны были произойти.

Нет.

— Нет, — шепчу я, и все мое сердце разрывается, когда я вижу, как он поддается этой печали и принимает тьму. — Нет, Влад, пожалуйста, не надо, — продолжаю я, зная, что это уже напрасно.

За его глазами ничего не осталось.

Ничего.

Он ушел.

У меня вырывается вздох, когда я осознаю необъятность того, что произошло, и того, что будет продолжать происходить. Он просто уйдет в себя, пока не потеряет себя полностью.

— Отпусти! — кричу я, отчаяние охватывает меня, когда я вижу, как он медленно встает, хищник в нем проснулся и готов к крови.

И ему требуется всего несколько шагов, чтобы добраться до Майлза, обхватив его одной рукой за шею, а другой держась за голову.

Даже взгляд Майлза теперь полон ужаса, когда он осознает, что он развязал.

Небольшое давление его пальцев, и его шея наклоняется вбок, его глаза мертвы для мира. Так же, как и он. Но Влад не останавливается. Нет, это не так. Этот Влад не останавливается.

Он продолжает поворачивать голову, пока все позвонки не будут сломаны, лоскут кожи — единственное, что удерживает голову прикрепленной к остальной части тела.

Однако, уперев колено в плечи, он тянет голову, пока даже кожа не поддается, кровь хлещет и разбрызгивается по всему обнаженному телу Влада.

— Что за... — Адриан ошеломлен, когда он и Бьянка смотрят на это проявление дикости.

За исключением того, что это не заканчивается.

Он берет голову Майлза и разбивает ее о землю, пока мозг не разлетается по всему полу, а череп не разлетается на миллион кусочков.

Он воплощает в себе силу и жестокость.

Человечности не осталось.

Я чувствую, что не могу дышать, когда смотрю на него вот так.

Пот и кровь прилипли к его коже, его глаза темные и непреклонные, и где-то в глубине моего сердца я знаю.

Я потеряла его.

Весь мой мир рушится, когда я осознаю все последствия, и я снова пытаюсь освободиться.

Влад уже обратил свое внимание на новоприбывших, зверская ухмылка на его окровавленном лице, когда он неторопливо приближается к ним.

Они атакуют в полную силу — все сразу. Но ни у кого нет ни единого шанса. Не тогда, когда он двигается в два раза быстрее, его жажда крови — единственный стимул для него продолжать.

Он хватает голову одной девушки и несколько раз бьет ею о стену, пока ее лицо не превращается в неузнаваемое месиво. Кто-то пытается напасть на него сзади, но даже в этом тумане, который окутывает его разум, его чувства остры, поскольку он легко уходит в сторону, уклоняясь от атаки.

Позволив телу девушки упасть на землю, он начинает бить мужчину, который посмел его потревожить.

Это продолжается и продолжается, эта кровавая баня.

Это никогда не прекратится.

Подстегиваемый чистым отчаянием, покрытым отчаянием, которое дергает за струны моего сердца, я делаю последний рывок, бросая все свои силы на то, чтобы высвободить руку. Я не жду реакции Марчелло и мчусь к нему навстречу.

Подожди меня.

Куда он идет, туда и я иду. Если он уйдет, я уйду.

Я бегу к нему со всей силы, но даже этого недостаточно, так как руки окружают меня, удерживая.

Внезапно Бьянка и Адриан тоже оказываются рядом со мной, и Влад, видя, что жертв для его захвата больше нет, направляет свой безумный взгляд на нас.

— Нам нужно убрать его, — Бьянка качает головой, ее пистолет поднят и готов к выстрелу.

— Пожалуйста, не надо! — мне удается закричать, но все напрасно.

Влад уже вырывает пистолет из ее рук, отбрасывает его, его руки на ее горле, когда он поднимает ее в воздух.

— Влад, нет! — умоляю я его, хотя знаю, что он меня не слышит.

Адриан тут же набрасывается на него, едва успевая оторвать его от Бьянки, беря ее на руки и отводя от себя. В воздухе раздается выстрел, и я не знаю, кто в кого попал.

Мне все равно.

Это может сделать меня ужасным человеком, но я этого не делаю. Меня волнует только одно.

Он.

— Позволь мне пойти к нему. Я могу поговорить с ним, — я перевожу свои заплаканные глаза на Марчелло, пытаясь заставить его понять причину.

— Он вышел из-под контроля, Сиси. Слишком опасно. Он убьет тебя, — его голос серьезен, когда он отвечает, его пристальный взгляд направлен на Влада, когда он оценивает свои движения, медленно отступая от нас.

— Он не станет, — я энергично мотаю головой. — Он действительно этого не сделает.

— Он больше не тот Влад, которого ты знаешь, Сиси. Он... исчез.

— Не надо, — выдыхаю я, мой желудок восстает, все мое существо разбито вдребезги от этих слов.