Медовый месяц - Сьюзен Элизабет Филлипс

Дом был самым приятным местом, в котором когда-либо доводилось жить Хани, — покрытый виноградной лозой белый оштукатуренный параллелепипед под крышей из красной черепицы, с двориком в центре. Квартира была обставлена удобной мебелью, в ней стояло небольшое пианино и на стенах висели музейные плакаты. В ней было все, кроме Софи. И было еще одно, чего она отнюдь не желала, — Гордой Делавис.

Как только Хани открыла входную дверь и ступила в прихожую, то тут же поняла, что что-то не в порядке. Обычно, когда она приходила домой, Гордон и Шанталь торчали перед телевизором, поедая готовые обеды «Хангри мэн», а сейчас в доме было темно.

Хани охватила тревога. Она включила свет и прошла через кухню в гостиную. Обертки от закусок и пепельницы загромождали кофейный столик. Она бросилась наверх. Когда Хани открывала дверь спальни Шанталь, сердце ее, казалось, готово было выскочить.

Они лежали обнаженные, обнимая друг друга, и спали. Хани, побледнев, трясущимися руками включила верхний свет. Шанталь пошевелилась и заморгала. А потом резко села, натянув на грудь простыню.

— Хани!

— Ах ты иуда! — прошептала сестра.

Гордон проснулся с трудом. На худой груди свились в клубок несколько прядей темных волос. Чувствовалось, что ему приходится нелегко между этими двумя женщинами.

Голос Хани звучал так, словно выдавливался через крохотное отверстие в горле:

— Ты же поклялась на Святой Библии! Как ты могла это сделать?

— Это не то, о чем ты думаешь!

— Я же не слепая, Шанталь! Я понимаю, что вижу.

Шанталь отвела с лица темные локоны, надув мягкие красные губы.

— Ты создала нам столько трудностей, Хани. Может, если бы ты не заставила нас поклясться на Библии, у нас с Гордоном все шло бы естественно и мы бы подождали с остальным. Но после того как ты заставила нас поклясться…

— О чем ты говоришь? Что значит «подождали с остальным»?

Шанталь нервно прикусила губу.

— Мы с Гордоном… Мы сегодня поженились!

— Что ты наделала!

— И теперь это не грех. Мы женаты и можем делать все, что хотим.

Хани смотрела на них, развалившихся на кровати, и чувствовала, что мир вокруг нее рушится. Они обнимали друг друга, и ей уже не было среди них места. Та Шанталь, которую она любила больше всех на свете, теперь любит кого-то еще!

Шанталь прикусила нижнюю губу.

— Разве ты не видишь, что наша женитьба с Гордоном ничего не меняет? Раз ты получила роль в телешоу, от меня уже ничего не зависит. Сейчас ты можешь делать большие дела, Хани. А я могу быть только обыкновенным человеком. Может, научусь делать прически. Я не могу быть кем-то особенным.

У Хани свело челюсти.

— Ну и иуда же ты все-таки! Никогда тебе этого не прощу!

Хани выскочила из спальни и бросилась вниз по лестнице. Добежав до входной двери, толкнула ее и выскочила в ночь. В ушах ее раздавался грохот — до нее через время и пространство долетели звуки «Черного грома». Но «Черный гром» был слишком далеко, и не верилось, что все опять будет хорошо.

Хани стояла во дворике у фонтана до тех пор, пока ее не начала пробирать дрожь, скорее от волнения, чем от прохладного воздуха. Потом вернулась в дом и, запершись в своей спальне, позвонила Софи:

— Софи, это я!

— Кто?

Хани захотелось наорать на свою тетку, но она понимала, что это ни к чему хорошему не приведет.

— Софи, нельзя больше откладывать твой приезд в Калифорнию. Ты мне нужна. Шанталь вышла замуж за Гордона Делависа — того парня, о котором я тебе говорила. Ты должна приехать и помочь мне.

— Шанталь вышла замуж?

— Сегодня днем.

— И я пропустила свадьбу моей девочки?

— Не думаю, что это было похоже на свадьбу. А теперь запиши вот что. Я собираюсь послать тебе билеты на самолет на следующую неделю федеральной экспресс-почтой. Готовься лететь в Лос-Анджелес.

— Не думаю, что это получится, Хани. В банке мне сказали, что пока я могу жить в трейлере.

— Софи, ты не можешь там оставаться. Это небезопасно!

— Это не опасно. Они пригласили Бака в сторожа, чтобы он за всем присматривал.

— Но Бак с трудом может присмотреть за самим собой, а не то что за тобой!

— Не понимаю, почему ты не переносишь Бака. Он ходит в бакалейную лавку, помогает мне стирать и вообще. Хани не собиралась отступать:

— Послушай меня, Софи! Шанталь вышла замуж за парня, которого почти не знает. Мне нужна твоя помощь!

В трубке воцарилось долгое молчание, а потом раздался усталый голос Софи, не громче вздоха:

— Я тебе не нужна, Хани. Ты сама со всем справишься. Как всегда.